Accessibility links

ПРАГА---Темой нашего «Некруглого стола», в продолжение материала нашего корреспондента Мурата Гукемухова, является референдум в Южной Осетии о присоединении к России. У нас на прямой связи из Южной Осетии лидер общественного движения «Твой выбор – Осетия» Алан Джуссоев и из России – руководитель Центра по изучению общественно-политических процессов на постсоветском пространстве, политолог Александр Караваев.

Дэмис Поландов: Алан, тема вступления в состав России действительно была одной из основных на прошедших парламентских выборах, и понятно, что когда «Единая Осетия» получила большинство в парламенте, должна была достаточно широко поднять эту тему. Но насколько необходимо проводить референдум, учитывая позицию, которую в этом вопросе занимает Россия, которая явно дает понять, что не собирается принимать именно в качестве субъекта федерации Южную Осетию?

Алан Джуссоев: За все время существования Южной Осетии как независимого государства (вернее, неподконтрольного Грузии), у нас было проведено три референдума. Один из референдумов, который прошел в 1992 году, включал два вопроса: о независимости и о воссоединении Северной и Южной Осетии в составе Российской Федерации. Оба эти вопроса набрали более 95% голосов. С учетом созданного сегодня механизма, который апробирован на Крыме, я думаю, что референдум, в принципе, проводить необязательно.

Дэмис Поландов: А какой смысл тогда? Это уже похоже на выкручивание рук России. Но если Россия не выказывает никакого желания это делать, если она не видит в этом целесообразности, может быть, имеет смысл подождать какого-то более удобного момента, как-то сначала заручиться кулуарно какой-то поддержкой российских руководителей?

Алан Джуссоев: Все, что делается в Российской Федерации кулуарно, как правило, в средствах массовой информации озвучивается намного позже. У этой партии есть такая линия. В обществе Южной Осетии на это смотрят как на необходимость. Дело в том, что нет ничего плохого в том, что один народ объединится. Просто на Западе на это смотрят негативно с той точки зрения, что все это как бы будет проходить в рамках Российской Федерации.

Дэмис Поландов: Александр, может быть, мы чего-то не знаем? Может быть, Россия просто говорит в каком-то публичном пространстве, что она против присоединения Южной Осетии, а на самом деле это не так? Может быть, югоосетинские лидеры получили какой-то сигнал из Москвы о том, что на самом деле Россия готова присоединить Южную Осетию?

Александр Караваев: Знаете, это вопрос, который не имеет какого-то однозначного ответа, и вот по какой причине: это тема, которая по-разному рассматривается и трактуется в разных источниках в Кремле, насколько можно наблюдать со стороны. Заметно, что у некоторых высокопоставленных чиновников есть такое выражение, что было бы желательно, наверное, присоединить Южную Осетию, учитывая, что этот дотационный регион органично смотрелся бы интегрированным в пространство российской экономики и политики. Каким образом это можно было бы реализовать? Предположим, в начале 2009 года или в период с 2009-го до крымских событий – это один сценарий. А как это сделать в условиях, когда над Россией нависает очередная порция санкций или расширение предыдущих санкций? Здесь возникает много вопросов. Очевидно, что даже на разных уровнях правительства и силовых структур есть разное толкование того, каким образом это сделать и надо ли делать это вообще.

Дэмис Поландов: Алан, а почему, собственно, у Южной Осетии возникает такая необходимость присоединиться? Сейчас Владислав Сурков приезжал в Южную Осетию и говорил о том, что отношения между Россией и Южной Осетией будут углубляться, что будет найден новый формат взаимоотношений, который будет как бы ответом на евроинтеграцию Грузии и заключение соглашения об ассоциации с Евросоюзом. Неужели этого недостаточно? Неужели в югоосетинском обществе есть какой-то страх, что иной вариант сотрудничества, нежели вхождение в состав России, не гарантирует безопасность Южной Осетии?

Алан Джуссоев: Во-первых, мы – разделенный народ, и нет ничего плохого в том, что разделенный народ хочет объединиться…

Дэмис Поландов: К сожалению, у нас произошел сбой связи. Александр, как вы считаете, если все-таки будет проведен референдум и будет конкретно обращение к России, может ли случиться такой вариант, что Россия вообще ничего не ответит в публичном пространстве?

Александр Караваев: Вполне возможно, ведь приблизительно то же самое случилось с Приднестровьем. Там тоже был проведен референдум, во всяком случае, было голосование Верховного совета о том, чтобы рекомендовать руководству Приднестровья обратиться к руководству России включить Приднестровье в состав России. Какого-либо внятного ответа, кроме различных заявлений чиновников на разных уровнях, в принципе, не было. Здесь, может быть, последует то же самое. Другое дело, что все-таки кавказская ситуация – это не приднестровская и даже не донбасская. Здесь никто не знает, как отреагируют в Южной Осетии и даже в Северной Осетии, потому что, правильно прозвучало: речь идет о том, что два народа хотят объединиться. Просто в европейском правовом пространстве это сейчас не рассматривают как аргумент, несмотря на все, что происходило в последние годы. На Донбассе тоже русские украинцы пытаются объединиться с русскими россиянами. Я скажу так: это будет очередное большое неудобство для российского руководства.



Показать комментарии

XS
SM
MD
LG