Accessibility links

27 июня, день подписания договора об ассоциации с Европейским союзом, стал исторической датой для Грузии. Праздновали непримиримые противники из обоих политических лагерей – правительственной «Грузинской мечты» и оппозиционного «Национального движения». Событие приветствовала и Грузинская православная церковь, которую обычно не считают поборницей европейских либеральных ценностей. Деятелей пророссийского направления было практически не слышно.

Предыдущей такой исторической вехой было 27 апреля 1999 года, когда Грузию приняли в Совет Европы. От того события в коллективной памяти осталась неодекартовская фраза председателя парламента Зураба Жвания: «Я грузин, следовательно, я европеец».

Ни тогда, ни сейчас каких-то конкретных и тем более скорых материальных благ народ не ожидал. Ясно и то, что само членство в Европейском союзе остается крайне долгосрочной и смутной возможностью: Брюссель все еще отказывается даже формально признать такую перспективу. Самое конкретное ожидаемое благо – это безвизовый въезд в Европу; если все будет хорошо, граждане Грузии могут скоро получить эту возможность. Но от этого качество жизни особо не улучшится. Будет гораздо легче экспортировать грузинские товары в Европу, что, в принципе, открывает новые возможности для развития экономики, но ни у кого нет иллюзий, что у нас уже есть избыток товаров, готовых конкурировать на европейском рынке. Наоборот, в ближайшее время правительству придется провести много дорогих и иногда непопулярных реформ.


Подписание договора об ассоциации, прежде всего, означает, что Грузия приблизилась к осуществлению своего главного стратегического проекта – стать составной частью европейского пространства. С этой точки зрения, 2014-й качественно отличается от 1999-го. Вступление в Совет Европы было первым формальным признанием европейской идентичности Грузии. Для того чтобы этого достичь, надо было лишь убедить европейцев через проведение определенных реформ в области государственного строительства, что страна реально движется в европейском направлении. Внешних препятствий не было: Россию приняли в ту же организацию двумя годами раньше, сама она тогда еще не отказывалась от европейского пути развития и не протестовала против аналогичного выбора Грузии.

Сейчас, особенно на фоне украинских событий, подписание договора об ассоциации стало предметом острой геополитической борьбы. На Украине за это умирают люди. Многие до последнего боялись, пройдет ли подписание без проблем и для Грузии. Поэтому политический фон намного поднял цену этого решения. Соответственно, оно в большей степени воспринимается как «достижение».

Все основные политические силы и лидеры последних 25 лет внесли свою лепту в подготовку этого дня. Звиад Гамсахурдиа и национальное движение того времени утвердили в умах представление о том, что независимость является непреложной ценностью для Грузии и только Запад может быть союзником в борьбе за нее. Бывший советский чиновник Эдуард Шеварднадзе, хоть поначалу и заигрывал с идеей развития в фарватере России, в конечном счете сделал выбор в пользу союза с Западом, и именно он формально заявил о желании Грузии вступить в НАТО. С другой стороны, он вывел на орбиту большой политики группу молодых прозападных деятелей во главе с Зурабом Жвания (хотя позже и пожалел об этом). Жвания и его сначала неформальная группа «молодых реформаторов» внутри правительственной партии Шеварднадзе были первыми, кто сделал идею европейской Грузии центральной осью реальных политических действий.

Из «молодых реформаторов» выросло «Национальное движение» уже во главе с Михаилом Саакашвили, которое сделало больше всех для того, чтобы реально превратить Грузию в государство европейского типа. Пусть он не был идеальным демократом, но в октябре 2012 года Саакашвили стал первым грузинским лидером, который признал поражение на выборах и спокойно передал власть оппозиции. Это его пока последний, но важный вклад в проект европеизации Грузии.

Важная заслуга Бидзины Иванишвили, основателя «Грузинской мечты», в том, что он увел оппозицию с революционного пути и привел к победе на выборах. Вопреки ожиданиям многих его противников и некоторых сторонников, «Мечта» сохранила курс на Запад и довела дело до подписания договора с Евросоюзом.

Всем ясно, что само подписание ничего не гарантирует. Проявит ли правительство «Мечты» твердость и последовательность и сделает ли те шаги, которые необходимы для дальнейшей европейской интеграции? Это следующий вопрос, ответ на который совсем не ясен.


Мнения, высказанные в рубриках «Позиция» и «Блоги», передают взгляды авторов и не обязательно отражают позицию редакции

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG