Accessibility links

Игорь Корольков: «Я не исключаю, что Пол мог добыть нежелательную информацию»


Корреспондент Радио Свобода Игорь Корольков

Корреспондент Радио Свобода Игорь Корольков

ПРАГА---В рамках рубрики «Гость недели» корреспондент Радио Свобода Игорь Корольков расскажет о своем журналистском расследовании убийства первого главного редактора российского издания журнала Forbes Пола Хлебникова 9 июля 2004 года. Пол Хлебников был убит выстрелами, когда вечером выходил с работы. Следствие установило предполагаемых исполнителей преступления, и в 2005 году дело было передано в суд. В мае 2006 года Мосгорсуд на основании решения присяжных оправдал подсудимых. В конце 2007 года дело было отправлено на повторное рассмотрение в Генпрокуратуру. Однако официального ответа на вопрос, кто организовал и кто заказал это убийство, нет до сих пор.

Амина Умарова: Судя по вашим статьям, вы практически все расследовали, разложили по полкам. У меня к вам такой риторический вопрос: как вы думаете, почему специально обученные следователи российской прокуратуры не могут точно так же, как вы, в суде найти ответы на этот вопрос?

Игорь Корольков: Я, скорее, задал очевидные вопросы, которые вытекают из собранной мною информации. Ответить на эти вопросы могли бы как раз следователи, которые занимались расследованием убийства Пола Хлебникова. Но почему они этого не сделали? Я думаю, что они, возможно, работали с подачи людей, которые им подкинули версию, что заказал убийство чеченец Нухаев, а совершили убийство двое чеченцев и один татарин. Я думаю, что люди опытные и профессиональные прекрасно понимали, обладая тем набором информации, который стал известен и мне, кто за этим стоит, и, возможно, по этой причине они не стали глубоко копать, а стали формировать именно эту версию, под которую подставили людей, не имеющих к этому, судя по всему, никакого отношения, заманили их в ловушку и выдали за обвиняемых. К сожалению, это не первое такое дело. Есть и другие уголовные дела примерно такого же качества, которые говорят о том, что следствие или сознательно поддерживает тех, кто причастен к убийству, или просто не хочет связываться с этим людьми, понимая их силу, могущество и влияние.


Амина Умарова: Вы сами сказали, что очень похожее расследование. А почему именно чеченцы? Кроме того, что он написал книгу о Хож-Ахмеде Нухаеве «Разговор с варваром», он же и о других людях писал? Почему именно надо было акцентировать внимание на чеченцах?

Игорь Корольков: Видите ли, когда пытаются создать ложную версию, то ищут удобных людей, которых можно было бы под эту версию подвести. Вот он написал книгу. Вот он обозвал его «варваром». Удобно предположить, что Нухаев обиделся, тем более что найти Нухаева не было никакой возможности, и можно было валить на него все что угодно. Кроме того, с определенного времени чеченские версии стали фигурировать во многих делах. После чеченской войны эта нация стала очень удобной для того, чтобы на нее сваливать многие проблемы, очень многие убийства. Дома взорвали – чеченцы, автобусы взорвали – чеченцы, убили человека – чеченцы. Потом на поверку выходит, что ко многим преступлениям они не имели никакого отношения, но это удобно – это как бы такое веяние времени, и здесь некоторые чеченцы, как, впрочем, и русские, и многие другие, действительно связаны с криминальным миром. Спецслужбы, правоохранительные органы очень плотно опекают, контролируют этот мир и знают, чем он живет. Оттуда очень удобно взять людей на роль будущих преступников, как, на мой взгляд, случилось и с этими тремя людьми – двумя чеченцами и одним татарином.

Амина Умарова: Получается, что ФСБ, российская полиция поддерживают какие-то дружеские отношения, знакомства, может быть, поверхностные, и, когда надо, их подставляют. Ясно видно из вашего расследования, что и Дукузова, и Вахаева каким-то образом заманили к этой больнице, куда потом повезут уже убитого Хлебникова. Эти двое чеченцев поняли, что их подставило знакомство с ФСБ?

Игорь Корольков: Я думаю, что да. Однако это моя версия, и все это должно быть проверено и доказано в суде. Но, исходя из тех фактов, которыми я располагаю, думаю, что их подставили спецслужбы. В материалах судебного заседания, при допросах этих людей мелькает информация, что они близко контактировали с сотрудниками ФСБ. Это та информация, которая должна была быть очень серьезно проверена: кто они, что они делали, почему они связывались, кому эти т.н. бандиты звонили, от кого получали указания, кто с ними работал. Это требует очень серьезной работы, но, насколько я понимаю, это вообще выпало из поля зрения следствия. К сожалению, наше следствие, когда нужно, на что-то обращает внимание, а когда нужно – не обращает внимание.

Амина Умарова: Игорь, у вас имеется очень интересный и важный факт, и вы в своей статье, в своем расследовании многократно на это указываете. Там был чрезвычайно важный свидетель С., которого называют Алексей Сергеевич. Этот человек живет где-то за Москвой, он приезжает до убийства. Один из обвиняемых – Фаиль Садретдинов, полиция раза два выясняла его телефонный биллинг, но он, скорее всего, чтобы себя защитить, попросил, чтобы ему дали всю эту информацию. Выяснилось, что этот человек находился на улице Докукина и раньше, и в день убийства, и в момент убийства, он и 20-ю больницу посещал. Он теперь считается исчезнувшим?

Игорь Корольков: Его хотели еще раз допросить в суде, но он исчез, и найти его не могли. Вообще, безусловно, странный свидетель. Я все это рассказал со слов адвоката и Садретдинова, и то, что он рассказал, – чрезвычайно серьезно. Некоторые документы я посмотрел, в частности, протокол допроса с тем следователем, которого прокуратура не смогла найти. Никто не знает, кто же допрашивал этого странного свидетеля. Перемещения этого свидетеля говорят об очень многом, и, конечно, следствие должно было бы очень тщательно разобраться с этим человеком – кто он, откуда, кем он работает на самом деле, тот ли он, за кого себя выдавал в суде, предоставляя паспорт. Очень странный момент: сразу после убийства Хлебникова журналисты обратили внимание на то, что когда Хлебникова завезли в лифт, он остановился, простоял около 20 минут, и Хлебников там умер. И вот оказывается, что этот свидетель в день убийства, где-то после обеда, приехал в эту 20-ю больницу. Видимо, те, кто планировал убийство, предусматривали этот вариант, что он может оказаться ранен и нужно сделать так, чтобы он не доехал до операционного стола. Примерно полчаса, как минимум, этот свидетель там был. Что он там делал?

После этого он зафиксирован в районе улицы Докукина, где было совершено убийство. С какой целью он там был? В этот день он не поехал к себе домой в Домодедово. Мы не знаем, жил ли он там, но во всяком случае он там пребывал какое-то время. В течение трех месяцев он не появлялся в Москве, и именно в этот день после звонка он приехал в Москву, проехал по МКАДу, свернул в Северо-Восточный округ и оказался в больнице, а потом на улице Докукина, а потом не поехал к себе домой в Домодедово, а переночевал в Москве, на улице Снежной, недалеко от места, где было совершено убийство, хотя адрес его прописки другой. На следующий день, после звонка в 7:30 он оказывается снова в районе улицы Докукина. Еще через день он снова оказывается в это же время на улице Докукина, словно там проводили какое-то совещание. Здесь вопрос в том, кто проводил и какое отношение к этому имел этот человек, не работающий в правоохранительных органах. Почему на следующий день после убийства, после возможного утреннего совещания он оказался в районе Управления милиции по Северо-Восточному округу, а после этого оказался в районе прокуратуры этого же округа? Что он там делал? Почему два дня он провел в автосервисе, у которого дурная слава? Если помните ту неразбериху, которая происходила с автомобилем – самым главным свидетельством убийства, – из которого якобы стреляли в Хлебникова, то можно предположить, что он искал машину, которая подходила бы по внешним данным под описания, которые давали свидетели. В итоге такую машину не удалось найти – это была машине не черная, без молдингов, не новая, а цвета мокрого асфальта, без молдингов и подержанная.

Амина Умарова: Я вас правильно поняла, что в деле фигурируют три машины?

Игорь Корольков: Первая машина, которую видели свидетели, вторая машина, которую обнаружили на проспекте Мира, но, видимо, с которой трудно было работать, т.к. у нее, скорее всего, был хозяин, а нужна была машина, хозяина которой установить было бы невозможно, поэтому подобрали третью машину, которую выдавали за ту, из которой вели огонь по Хлебникову. Это все говорит о том, что следствие проведено, как минимум, недобросовестно, как максимум, что следствие что-то знало, понимало, кто за этим стоит, и поэтому так халтурно провело расследование.

Амина Умарова: Игорь, следствие вызывало лифтера-таджика в суд?

Игорь Корольков: Насколько мне известно, с этим не работал никто.

Амина Умарова: Тоже очень важный свидетель получается.

Игорь Корольков: Конечно. Я думаю, что если этим заняться, то станет понятно, что этот лифтер после этого очень быстро исчез. Возможно, его отправили на родину. Я еще приведу пример, который, кстати, не использовал. Когда машину обнаружили на проспекте Мира, то потом вместо той, которую обнаружили, предъявили третий вариант – машину цвета мокрого асфальта. Предъявили дворничихе, которая видела ту машину, которую нашли, и теперь ей предъявили другую. Она сказала, что это совершенно не та машина, и когда ее пытались убедить и сказать: «вы, может быть, ошибаетесь, не разбираетесь в машинах», она возмутилась и сказала: «ну, конечно, я не отличу черную машину от машины цвета мокрого асфальта». Допрашивали ее и ее мужа. Они в один голос сказали, что это не та машина. Когда адвокаты попытались найти эту дворничиху, то они ее найти не смогли. Вероятно, и ее отправили домой – она не из России.

Амина Умарова: Игорь, получается, что убийство было подготовлено настолько тщательно, что даже предусмотрели, что он не будет убит сразу и что его отвезут в больницу – даже вот такой аспект.

Игорь Корольков: Да, это очень серьезный момент, который говорит о том, что этим занимались очень серьезные люди. Если сюда добавить то, что домашний телефон Пола прослушивали, судя по всему, профессионально, то догадки о том, кто это сделал, напрашиваются сами собой.

Амина Умарова: Вы дали очень интересное заключение, почему, по-вашему, Пол Хлебников пострадал и был убит.

Игорь Корольков: Но это тоже версия. Я полагаю, что одна из тем, которой он занимался, – тема влияния распределения акций в сфере телекоммуникаций, – это очень серьезная сфера, там задействованы очень серьезные высокопоставленные люди, плюс это такая сфера, к которой всегда проявляли интерес спецслужбы. Я не исключаю, что Пол мог добыть какую-то информацию, публиковать которую для кого-то было бы нежелательно.

Амина Умарова: …и опасно…

Игорь Корольков: Да, конечно. Кроме того, говорили о том, что он, собирая этот материал, намеревался сделать доклад для Конгресса Соединенных Штатов, и, видимо, эта информация представляла для кого-то опасность. Если прослушивали его телефонные переговоры, то, видимо, были в курсе того, чем он занимается и на какой стадии находится его сбор материалов. Поэтому, возможно, именно это послужило причиной его гибели. Я думаю, что его дружба с людьми из спецслужб могла сыграть роковую роль. Будучи в близких контактах с ними, они часто хорошо играют роль друзей, получая взамен контроль, информацию.

Амина Умарова: Совершено бесплатно и добровольно.

Игорь Корольков: Он был как на ладони. Он был под контролем. Все его замыслы, идеи, видимо, контролировались.

XS
SM
MD
LG