Accessibility links

В этом месяце по одному из российских телеканалов показывали кинофильм «Эволюция Борна» – продолжение нашумевшего в свое время голливудского блокбастера «Идентификация Борна». А еще немногим ранее в перерыве заседания сессии абхазского парламента, которое я освещал, один подошедший в коридоре депутат напомнил о моей публикации «Идентификация Колха».

Так, публикация с заголовком, навеянным названием блокбастера, вышла в местной прессе года полтора-два назад и была посвящена тому, как некоторые абхазские блогеры и юзеры усиленно, но безуспешно пытались выяснить, что же это за пользователь под ником Колх неутомимо комментирует почти каждый текст, выложенный на популярном сайте «Абхаз авто» и часто вступает в полемику с другими форумчанами. Другие форумчане тоже, за редким исключением, выступали под никами, но многие из них в то же время общались между собой в «реале», и в любом случае никто из них не вызывал у интернет-сообщества такого же интереса к их личностям. Очень уж заинтриговал он всех не только активностью, но и остротой своих суждений и тем, как искусно уходил от всех вопросов о себе.

Спустя время после моей статьи, около года назад, в абхазских СМИ и интернет-сообществе вновь разгорелась дискуссия на предмет «идентификации Колха»; на сей раз всем миром обсуждали версию о том, что под этим ником скрывается министр образования Абхазии Даур Начкебиа, хотя тот категорически ее отверг. Об этом эпизоде рассказывалось моей коллегой и на «Эхо Кавказа». В общем, поиски Колха, этакого абхазского интернет-Фантомаса, напоминали разворачивающийся в жизни детектив...


Парламентарий, который ко мне подошел, кстати, сам активный комментатор текстов и интернет-полемист на «Абхаз авто», оказалось, хорошо помнил мою публикацию. Но это было лишь присказкой, потому что затем он поведал новость: Колха удалось-таки «вычислить». И было названо имя сухумца, которого я давно знаю, хотя это и шапочное знакомство. Ему действительно, как он представлялся в своих постах, уже за шестьдесят, и он имеет отношение к науке. Больше того, я знаю его последнее место работы, расположенное в центре города, и поэтому сразу же возникла мысль о том, что зайду к нему и попытаюсь выяснить, действительно ли он – тот самый Колх.

Спустя несколько дней заглянул в небольшую организацию, где работает человек, которого мой собеседник-депутат считал тем самым Колхом. Перед этим, конечно, не раз обдумывал тактику в предстоящем разговоре. Надо сказать, что было время, когда я думал о Колхе чуть ли не с восхищением, даже несмотря на то, что не всегда наши позиции по обсуждаемым вопросам на сайте совпадали (сам я в этих обменах мнениями не участвовал, ибо на каждый чих в мире не наздравствуешься, а только читал их). Со своими интернет-оппонентами он расправлялся обычно легко, с остроумием, часто приводя анекдоты «на тему». И неслучайно, готовя в тот период для газеты подборки интернет-комментариев по обсуждаемым в обществе проблемам, я чаще всего цитировал именно его посты. Думая об этой коллизии – все обсуждают сказанное им, а он предпочитает оставаться инкогнито, – сравнивал его с кумиром многих любителей современной русской прозы таинственным Виктором Пелевиным. И представлял себе Колха в момент, когда его инкогнито будет, наконец, раскрыто, триумфатором. Потом мое увлечение чтением интернет-комментариев прошло, а когда снова стал регулярно заглядывать на «Абхаз авто», увидел, что отношение к Колху там изменилось в худшую сторону. Может, потому, что там увеличилось число комментаторов, которые придерживались противоположных внутриполитических взглядов. Один молодой пользователь, выступающий под своим именем, даже грозился найти его и выбить ему зубы. Колха обвиняли в хамстве и интриганстве, в том, что он умудряется «перессорить» других комментаторов...

Не берусь быть тут судьей; возможно, он действительно «зарвался», «распоясался», хотя знаю, что порой чересчур убедительный оппонент вызывает больше ненависти, чем сто явных негодяев. И в конце концов он исчез с сайта, хотя некоторые его единомышленники, да и не только они, долго вспоминали на форумах о нем и сетовали, что без него «все же что-то не то», то есть слишком пресно. Кто-то однажды даже разместил посвященные ему стихи. А его оппоненты до сих пор (сейчас, конечно, на сайте доминирует тема предстоящих президентских выборов) именуют там его единомышленников КОЛХОЗНИКАМИ.

Учитывая все эти обстоятельства, я сразу сказал «подозреваемому», что если это действительно он, то предлагаю ему дать интервью для газеты при соблюдении все того же его инкогнито. Но он категорически отверг свою причастность к творчеству Колха, добавив, что несколько раньше к нему уже приходили двое абхазских политиков и убеждали «признаться».

«Ну, да, – кивнул парламентарий после моего рассказа об этом визите. – Они его «спугнули». А в ответ на мой вопрос, на чем все же основывается его подозрение и не такой же ли это мыльный пузырь, как предыдущие ложные «идентификации», сказал, что тут все основано на свидетельствах близких этого человека, который буквально дневал и ночевал в интернете, за клавиатурой, что они рассматривали как настоящее заболевание.

На днях при встрече с одним из упомянутых «двух политиков» – секретарем Координационного совета партий и общественных организаций Нугзаром Агрба – рассказал ему о своей беседе с «подозреваемым». Нугзар уверен, что это действительно Колх. «Жаль, что с ним так все закончилось, – сказал он. – Ведь человек очень грамотный, интересно мыслящий. Но чересчур заигрался...»

Я не согласен с теми, кто категорически отвергает ники. Ведь и в журналистике никто не отменял псевдонимы. Многие острые и справедливые оценки и факты, в достоверности которых не приходится сомневаться, наверняка не прозвучали бы на абхазских интернет-форумах, если бы не возможность использования этих «масок». (Хотя лично для себя считаю неприемлемым высказываться по принципиальным политическим вопросам анонимно.) Но плачевный конец «эпохи Колха» свидетельствует, что в нашем маленьком замкнутом обществе подобная свобода действий относительна.

И еще. Интернет-зависимость, безвылазное пребывание в соцсетях сегодня многие рассматривают в одном ряду с игроманией, наркоманией и подобными отклонениями. Одна из моих коллег-журналистов называет соцсети и интернет-форумы «помойкой» и никогда туда не заходит. Я не столь категоричен и считаю, что не следует с грязной водой выплескивать и ребенка. Хотя, в отличие от некоторых других своих коллег, почти ничего не пишу там: зная, как подобное затягивает, не хочу сжигать в этой топке свое время. Но и те коллеги, кто активно пишет в Facebook, порой с недоумением рассказывают об отдельных пользователях, у которых уже явный сдвиг по фазе, ибо те просто не способны остановиться в своих интернет-эпистолах.

Ругать при этом Facebook, конечно, так же нелепо, как и ругать кондиционеры, из-за которых кое-кто простужается, автомобили, самолеты... И в доинтернетовскую эпоху было немало людей, про которых говорили, что у них «недержание речи». Сегодня это их качество просто приняло новую форму, только и всего...


Текст содержит топонимы и терминологию, используемые в самопровозглашенных республиках Абхазия и Южная Осетия

XS
SM
MD
LG