Accessibility links

Аты-баты, шли дебаты


Надо ли говорить, что практически каждый сегодня начинал свой разговор вопросом: «Ну что, смотрел вчера?»

Надо ли говорить, что практически каждый сегодня начинал свой разговор вопросом: «Ну что, смотрел вчера?»

Все в человеческой жизни и в истории когда-то происходит впервые. Например, вчера в первый раз в Абхазии прошли теледебаты кандидатов на высший государственный пост. И это несмотря на то, что вот уже в пятый раз подряд президенты у нас избираются всенародно на альтернативной основе и запрос на такие дебаты в обществе существует давно. Три года назад все трое «политических тяжеловесов», которые тогда баллотировались в президенты, публично дали свое согласие на участие в них, но в самый канун намеченной даты один из них попал в небольшую автоаварию и получил легкие травмы. Двое других в возникшей ситуации решили воздержаться от участия в дебатах вдвоем…

Впрочем, и нынче в обществе не было стопроцентной уверенности, что «полноценные» теледебаты состоятся. Некоторые выражали сомнения, что в них примет участие один из четверых кандидатов – Аслан Бжания, в адрес которого звучало в последние недели немало резкой критики. Кстати, уже после завершения дебатов мне встретился интернет-комментарий одного, по-видимому, из его сторонников: не стоило, мол, было Аслану Георгиевичу туда ходить и вновь подвергаться нападкам. Но отказаться от участия в теледебатах – это был бы для него заведомый проигрыш. Отказаться под каким-то надуманным предлогом было бы еще хуже…

И вот в девять часов вечера вся Абхазия припала к телеэкранам. Вела прямой эфир телеведущая АГТРК Анна Гуния. Многие телезрители сразу обратили внимание на ее броское платье, украшенное подобием золотых погон, и стали рассуждать, было ли это намеком на генеральские звания всех кандидатов, одетых, впрочем, в штатские костюмы. Первая часть эфира, который продолжался час сорок минут, проходила на абхазском языке, и я в очередной раз столкнулся с таким явлением, как скоропалительность людских суждений. Один из моих телефонных собеседников, с которым говорил вскоре после начала дебатов, прекрасно, кстати, знающий абхазский, начал тем не менее возмущаться: а как же, мол, русскоязычная аудитория? Заглянул на интернет-форум – и там такая же реакция одного из пользователей. Подожди, подумалось, досмотри эфир хотя бы до половины… И точно, как у нас обычно и бывает, на государственном языке шла только вступительная часть передачи. Тем более, это было оправдано темой – отношением кандидатов к проблеме сохранения и развития абхазского языка и их впечатлениями от процедуры тестирования на его знание перед регистрацией в ЦИКе. Потом все перешли на общепонятный для аудитории русский.

Честно говоря, долго все было довольно нудно. Отвечая на вопросы ведущей о том, как обеспечить безопасность в стране, подъем ее экономики, нравственно оздоровить общество и т.п., кандидаты рассуждали, что нужно сделать то, сделать это… Многое из услышанного уже не раз произносилось в последние дни. Неудовлетворенность аудитории вылилась в не раз встреченную мною потом в интернете характеристику дебатов: ну что поделаешь, первый блин комом. Многие телезрители ждали, что ведущая хотя бы в заключительной части передачи предоставит возможность кандидатам задавать вопросы друг другу. Очевидно, однако, такой формат не был предусмотрен. Тем не менее стихийно это все равно получилось; правда, как и следовало ожидать, все вопросы посыпались в сторону Аслана Бжания. Первым «на тропу войны» свернул боевой генерал Мираб Кишмария, который вновь заговорил о фактах подкупа избирателей, которым, по его мнению, занимается команда Бжания. Тот отреагировал словами о том, что во всем разберется межведомственная комиссия во главе с и.о. генпрокурора, в репутации которого никто не сомневается. Подключившийся Рауль Хаджимба напомнил, в частности, о том детском городке, который в качестве «подарка» от кандидата Бжания бесплатно функционирует все это время на площади Свободы в Сухуме. Заговорил он и о том, зачем тот передвигается под усиленной охраной в бронированном автомобиле. Выслушав эти и другие претензии, Аслан Георгиевич, наконец, заговорил:

«Этот вопрос мне задавали несколько раз, я на него отвечал. Со мной ездят ребята, которые официально находятся в отпуске. Абхазцы.

– Вам грозит какая-то опасность? (Вопрос Рауля Хаджимба).

– Я сейчас отвечу. Вы задали мне вопрос. Я могу ответить? Разрешите? Значит, мне помогают ребята, мои коллеги, друзья, консультируют, технические консультации оказывают. Есть определенные сигналы, в результате которых я был вынужден такие меры принять. Все! Кому я помешал, каким образом? И кому я создал этим проблему? Или вы думаете, что мне нравится ездить с кортежем, что я большой любитель…

– Слушай сюда… (Реплика Мираба Кишмария) Аслан Георгиевич, Аслан Георгиевич, что за сигнал такой? Вот, например, вся Грузия – мои враги. Я что – в бронежилете, в бронепоезде езжу? О чем ты говоришь? Если есть такие сигналы, есть МВД, есть охрана… Заявите в Генпрокуратуру, она разберется.

– Я уже заявил».

Несмотря на то, что по завершении дебатов все четверо по предложению ведущей пожали друг другу руки, а некоторые «в развитие» даже обнялись, впечатление в обществе об этой встрече осталось как о скандальной.

Надо ли говорить, что практически каждый знакомый сегодня начинал свой разговор со мной вопросом: «Ну что, смотрел вчера?» Была и масса телефонных обменов мнениями. Но с некоторыми, признаться, мне уже давно неинтересно обсуждать ход нынешней выборной борьбы: они запрограммированы как роботы, и что бы ни увидели и ни услышали, заранее знаешь, что все равно будут поддерживать одних и поносить других.

Но вот сразу после вчерашнего прямого эфира мне позвонил Ладико Адлейба, педагог абхазского языка сухумской очно-заочной школы, часто выступающий в прессе Абхазии, и сказал, что многое эти дебаты заставили его пересмотреть. Все это время он последовательно выступал за Аслана Бжания, у него вызывали симпатию его сдержанность, то, что он предпочитал не ввязываться в полемику и не отвечать выпадами на выпады, чтобы не нагнетать еще больше обстановку. Но сейчас, на теледебатах, эта «фигура умолчания» уже не годилась. Особенно Ладико Константиновича обескуражило то, что Бжания промолчал в ответ на вопрос, останется ли в случае проигрыша на выборах в Абхазии или уедет… «Не знаю, как для кого, – заявил Адлейба, – а для меня этот вопрос крайне важен. Никогда не проголосую за того кандидата, который не связывает свою дальнейшую судьбу только с Абхазией».

Текст содержит топонимы и терминологию, используемые в самопровозглашенных республиках Абхазия и Южная Осетия

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG