Accessibility links

Шотландский пример


Если в Южной Осетии и есть оптимистичные ожидания, они связны не только с Шотландским референдумом. Сегодня в ООН больше двухсот государств, и, по прогнозам, еще через 50 лет эта цифра удвоится. Так почему бы не стремиться быть в числе этих четырех сотен?

Если в Южной Осетии и есть оптимистичные ожидания, они связны не только с Шотландским референдумом. Сегодня в ООН больше двухсот государств, и, по прогнозам, еще через 50 лет эта цифра удвоится. Так почему бы не стремиться быть в числе этих четырех сотен?

Все мысли жителей Южной Осетии в последние дни о независимости. Только повод – не референдум в Шотландии, а празднование дня провозглашения независимости. 24-ю годовщину этого события республика отметит через два дня. Сегодня в Цхинвале прошла генеральная репетиция военного парада.

Шотландские события обсуждают здесь меньше, чем можно было ожидать. По мнению независимого политолога Геннадия Кокоева, шотландский референдум, конечно, прецедент. Независимо от результатов Шотландия уже выиграла, так как озабоченный Лондон согласился на многие преференции для Эдинбурга. Но в первую очередь шотландский пример показывает, что любые вопросы можно решить цивилизованно:

«Это, конечно же, прецедент, потому что он показывает, насколько бесконфликтно можно решать очень многие проблемы в международной жизни».

Югоосетинский политолог Дина Алборова считает главным уроком шотландского референдума его мирный характер – самые болезненные вопросы здесь решают в рамках закона. Алборова с большим сожалением говорит о том, что в отношении Южной Осетии события развивались совсем по другому сценарию:

«Если бы был цивилизованный развод, а развод был бы в любом случае, то взаимоотношения с Грузией были бы на качественно другом уровне. Еще неизвестно, в каких взаимоотношениях мы бы были сегодня. Я считаю, что были бы открытые, добрососедские отношения и они бы развивались».

Другой эксперт – Юрий Вазагов не считает, что результаты референдума, какими бы они ни были, пойдут на пользу Южной Осетии в вопросе дальнейшего признания ее независимости со стороны мирового сообщества. Политику двойных стандартов никто не отменял. Если бы в мире действовала сбалансированная прецедентная система международного права, то к положительным результатам шотландского референдума могла бы апеллировать и Южная Осетия. Но Шотландия – часть Запада, противоположного полюса мировой геополитики, говорит Вазагов:

«Те законы, которые действую в том полюсе, не распространяются на нас. Ведь прецедентов, на самом деле, было очень много. И Косово, и Сомали, и вот Шотландия в случае победы референдума. Может, можно будет в информационном плане использовать для продвижения интересов Южной Осетии, но говорить о том, что это принесет нам какие-то политические дивиденды, не приходится».

Если в Южной Осетии и есть оптимистичные ожидания, они связны не только с Шотландским референдумом. Геннадий Кокоев напоминает, что в 1970 году в ООН состояло около сотни государств. Сегодня их больше двухсот, и, по прогнозам, еще через 50 лет эта цифра удвоится. Так почему бы Южной Осетии не стремиться быть в числе этих четырех сотен?

Текст содержит топонимы и терминологию, используемые в самопровозглашенных республиках Абхазия и Южная Осетия

XS
SM
MD
LG