Accessibility links

Инвестагентство как средство изменить реальность


Формирование инвестиционно привлекательного климата в республике с ограниченным статусом и довольно сложными финансовыми отношениями с единственным партнером – Россией, занятие хлопотное. Оно требует усилий огромного числа людей по обе стороны границы

Формирование инвестиционно привлекательного климата в республике с ограниченным статусом и довольно сложными финансовыми отношениями с единственным партнером – Россией, занятие хлопотное. Оно требует усилий огромного числа людей по обе стороны границы

Поддержкой реального сектора экономики республики Южная Осетия займется специально созданное инвестиционное агентство. «Роль агентства, созданного в августе этого года, заключается и в обеспечении доступа российских инвесторов на рынок Южной Осетии», – сообщил сегодня ИА «Рес» руководитель агентства Алексей Щербаков.

По определению российского эксперта Евгения Крутикова, формирование инвестиционно привлекательного климата в республике с ограниченным статусом и довольно сложными финансовыми отношениями с единственным партнером – Россией, занятие, мягко говоря, хлопотное. Оно требует усилий огромного числа людей по обе стороны границы, начиная от принятия целого комплекса законодательных актов, заканчивая формированием прозрачной, психологически комфортной для бизнеса атмосферы. Это скорее вопрос эволюции государства, нежели некий набор формальных мероприятий, после проведения которых, как по мановению волшебной палочки, изменится реальность.

Но инвестиции необходимы уже сегодня, потому что нужно создавать экономику, необходимо как-то облагораживать территорию, налаживать здесь более или менее сносную жизнь. Для этого и было решено создать инвестиционное агентство как способ привлечения капитала в непривлекательную республику. Создать российское государственное юридическое лицо, которое бы под свою ответственность привлекало бюджетные и внебюджетные средства. Понятное дело, что все это закручено на личных отношениях потенциальных инвесторов и высокопоставленных российских чиновников, под их гарантии, на условиях каких-то преференций для инвесторов на территории России. Предполагалось, что агентство будет сотрудничать с югоосетинским бизнесом напрямую по принципу грантовых инвестиций, минуя бюрократические структуры республики. Такая была задумка, говорит Евгений Крутиков:

«В агентстве, которое распределяло бы инвестиционные гранты, предполагалась довольно жесткая система управления. Например, специально оговаривалось, что в руководстве будут участвовать только граждане России, потому что в случае неправомерных действий они должны были нести персональную ответственность, в том числе и уголовную, по российским законам и перед российским работодателем. Эти-то точно найдут. Но подобное положение не устраивало югоосетинскую сторону по множеству причин, в том числе и психологических, мол, как же так, давайте мы тоже будем здесь командовать. Но если вы будете здесь командовать, то теряется смысл, ради чего это агентство создавалось – как раз ради того, чтобы вы здесь не командовали».

Теперь инвестагентство, как структура, контролируемая югоосетинской стороной или совместно с югоосетинской стороной, заметно теряет в способности заинтересовать российского инвестора. И здесь, что называется, без обид. Российские банки менее всего мечтают вложиться в республику. Говорит российский экономист Александр Караваев:

«Учитывая реалии взаимоотношений России с республиками, а также учитывая фактор нетипично высоких рисков для обычных банковских инвестиций, это, наверное, единственно возможный способ привлечения ресурсов в виде инвестиционного агентства, которое функционирует на грани между правовыми условностями и реальной экономической деятельностью. Ну а минусы работы подобных агентств исходят из реалий кланово-бюрократических трений, очень сложных балансов, которые на местах могут оказывать негативное воздействие на инвестиционные проекты, если они не совпадают с интересами местых групп влияний».

По мнению Александра Караваева, неслучайно в названии инвестиционного агентства не были указаны ни Абхазия, ни Южная Осетия. В таком завуалированном виде агентство, например, могло бы привлекать средства за пределами России на тех же юго-восточных рынках или приглашать к сотрудничеству крупные российские банки, которые имеют зарубежные филиалы, кредитуются за рубежом и не могут открыто вступать в отношения с полупризнанными республиками. Все это могло получиться, говорит Евгений Крутиков, но из-за разногласий партнеров судьба в общем-то красивой идеи повисла в воздухе:

«На самом деле пока неясно, кто это все будет контролировать. На протяжении двух последних лет борьба за контроль разрушает все эти положительные идеи. На слуху или на бумаге они выглядят хорошо, но на практике они разваливаются в результате перетягивания каната. Это печально и даже обидно, потому что люди ведь на самом деле пытаются придумать что-то хорошее, но все это пропадает».

Александр Караваев говорит, что идея с инвестиционным агентством действительно уникальна. И эта идея, судя по всему, получила свое продолжение. На прошлой неделе указом Дмитрия Медведева создано инвестиционное агентство Киргизии. Это тоже российское юридическое лицо, потому что трудно привлекать деньги, связанные с евразийскими проектами, в страну, которая еще не является членом Таможенного союза.

Текст содержит топонимы и терминологию, используемые в самопровозглашенных республиках Абхазия и Южная Осетия

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG