Accessibility links

Компартия РЮО обновляется


Популярность левых взглядов в Южной Осетии связана в том числе с тем, что они перекликаются с традиционными общественными институтами, представлениями южных осетин о справедливости. Развал Советского Союза совпал с началом конфликта, длившегося двадцать лет

Популярность левых взглядов в Южной Осетии связана в том числе с тем, что они перекликаются с традиционными общественными институтами, представлениями южных осетин о справедливости. Развал Советского Союза совпал с началом конфликта, длившегося двадцать лет

В Коммунистической партии республики Южная Осетия собираются обновить составы Бюро и Центрального комитета. Первый секретарь Компартии Валерий Казиев заявил, что это произойдет на съезде, который соберется в конце месяца. Таким образом коммунисты надеются преодолеть внутренний кризис, из-за которого потерпели поражение на недавних парламентских выборах.

По мнению местных экспертов, популярность левых взглядов в Южной Осетии связана в том числе с тем, что они перекликаются с традиционными общественными институтами, представлениями южных осетин о справедливости. Здесь никогда не существовало классового разделения, издревле люди жили вольными обществами. Развал Советского Союза совпал с началом конфликта, длившегося двадцать лет – не лучшее время для импорта либеральных идей, конкуренции идеологий, привнесения чего-то нового. В общем, люди остались советскими. Наверное, поэтому, полагает Станислав Кочиев – бывший спикер югоосетинского парламента, возглавлявший местную Компартию на протяжении 23 лет, в республике все партии – левые:

«Я полагаю, что левые идеи традиционно востребованы в югоосетинском обществе. Правый сектор у нас не был востребован, поэтому этой нишей никто не занимался, а если и занимался, то временно. По своей ментальности у нас люди левых и левоцентристских взглядов, поэтому все играют на этом поле, и избирателю очень трудно разобраться, чем одна партия отличается от другой».

Эта давка на левом фланге, считает Станислав Кочиев, создает массу проблем для Компартии. Правда, при этом он подчеркивает, что в отличие от прочих партий, которые в основном создавались для обслуживания местных ресурсных персон, у коммунистов все же есть свои идеология и традиции. В этом он видит выгодное отличие от других и залог возрождения Компартии. Есть и другая проблема, общая для всех без исключения политических сил республики, говорит Станислав Кочиев:

«У наших партий нет политической культуры, культуры общения друг с другом, традиций партийной работы, своего места в обществе и в государстве. Всего этого у нас нет. Мы находимся на начальном этапе строительства политической системы, когда допустимы крупные ошибки, просто надо постараться их перебороть.

– Вы можете назвать какие-то ошибки Компартии?

– У нашей партии самой главной ошибкой было то, что мы не учли веление времени и мы не смогли стать движущей силой, которая бы мобилизовала всех наших сторонников. Лидеры партии и я, прежде всего, находились в руководстве государством, и недовольство людей происходящим в республике отразилось и на популярности партии. Я считаю, что в этом главная причина неудачи Компартии на парламентских выборах».

Местная бюрократия под предлогом характерного для военного времени расширения полномочий государства и ограничения гражданских свобод укрепляла личную власть. Наделяла себя особыми привилегиями, не имевшими никакого отношения к безопасности государства, пресекала любые проявления недовольства.

По мнению югоосетинского политика Роланда Келехсаева, после того, как Россия признала независимость Южной Осетии и взяла республику под свою защиту, не осталось ни одного аргумента в оправдание бюрократического произвола. Авторитарная система управления окончательно изжила себя и ничего, кроме раздражения в обществе, уже не вызывала. Это время, по мнению Роланда Келехсаева, как нельзя лучше подходило для самоутверждения левых партий. Но ничего не менялось. Люди шарахались от прокуратуры и госохраны, шептались на кухнях о разворовывании российской помощи. А партии левого толка вместо того, чтобы проводить акции протеста, требовать справедливости и честности от власти, рассуждали о сложности очередного исторического периода и о необходимости еще теснее сплотиться вокруг власти. Итогом этого диссонанса стала «снежная революция» 2011 года, говорит Роланд Келехсаев:

«В принципе, любой сторонник левого движения видит в партии защитника своих социальных интересов. К сожалению, этого не произошло ни с Компартией, ни с любой другой партией, которая позиционирует себя на левом фланге. Они все выступали с лозунгами – «поможем руководству построить республику». Но этот лозунг не отвечал чаяниям народа Южной Осетии. Избиратель хотел видеть в них некую возможность повлиять на исполнительную власть, а фактически каждая партия предлагала себя исполнительной власти как инструмент влияния на общество. В этом причина кризиса всех политических партий».

В этом, считает Роланд Келехсаев, главная причина провала подавляющего большинства партий на последних парламентских выборах. В этом, полагает он, грядущие проблемы тех, кто оказался более успешным и прошел в парламент. На местном политическом рынке наблюдается явный дефицит предложений, способных заинтересовать избирателя. Рекордно низкая явка на прошедших выборах – тому доказательство. Все понимают это как шанс наверстать упущенное, и все начинают с одного и того же – перетряхивают кадры, проводят съезды, демонстрируют обществу свою активность и обширные связи в российских политических кругах. По словам Келехсаева, избирателю все это уже не в диковинку, он ждет, когда партийные товарищи перестанут говорить о себе и начнут говорить о людях.

Текст содержит топонимы и терминологию, используемые в самопровозглашенных республиках Абхазия и Южная Осетия

XS
SM
MD
LG