Accessibility links

Куда идет Армения?


25 ноября в парламенте Армении прошли слушания по присоединению страны к Евразийскому экономическому союзу

25 ноября в парламенте Армении прошли слушания по присоединению страны к Евразийскому экономическому союзу

25 ноября в парламенте Армении прошли слушания по присоединению страны к Евразийскому экономическому союзу. В очередной раз разгорелись дискуссии вокруг вектора развития страны. Почему это происходит, ведь договор о присоединении Армении к ЕАЭС был подписан на саммите СНГ в Минске еще 10 октября? Об этом я побеседовал с заместителем Института Кавказа Сергеем Минасяном.

Дэмис Поландов: Сергей, на этой неделе в парламенте Армении состоялись слушания по присоединению страны к Евразийскому экономическому союзу. Было сделано много разных заявлений. Обсуждают и суть этого союза: что он собой представляет – это некий экономический договор или политический. Вы могли бы как-то прояснить ситуацию – в чем, вообще, суть этой дискуссии, почему тема Евразийского экономического союза вызывает такую реакцию в армянском обществе? Разве Армения до сих пор решает вопрос выбора приоритетов – в какую сторону ей идти?

Сергей Минасян: Во-первых, процесс длится уже больше года. Даже еще до 3 сентября 2013 года, когда Армения приняла решение, не без помощи Кремля, об отказе от ассоциированного соглашения и вместо этого присоединении к Таможенному или Евразийскому союзу, дискуссия не стихает. В принципе, то, что эта тема является еще актуальной в обществе, говорит о том, что существенная часть армянской политической элиты (причем, независимо от того, правящая она или оппозиционная) еще не смирилась с этим фактом. При всем том понятно, что это скорее эмоциональный, чем рациональный дискурс, потому что в рациональном поле для политической элиты Армении более или менее понятны причины и перспективы Армении в Евразийском союзе. Это обусловлено почти что исключительно политическими и факторами безопасности, т.е. «зонтик безопасности» со стороны России, и плюс на это повлияло, мягко говоря, довольно навязчивое давление со стороны России.

Но часть политической элиты с этим не смирилась, и, более того, в восприятии политической элиты присутствует тот фактор, что им кажется, что окончательного выбора Армения все еще не сделала. И несмотря на членство Армении в Евразийском союзе, в той или иной степени, визитная карточка армянской политики – т.н. комлементаризм или попытка одновременного сидения на нескольких стульях все-таки будет продолжаться. Может быть, не с той долей свободы, как это было до 2013 года, но, с другой стороны, как бы геополитический контекст на всем постсоветском пространстве тоже другой.

Дэмис Поландов: А влияет ли на эти сомнения и на эту дискуссию экономическая ситуация, которая сегодня сложилась в мире и в России в особенности? Не секрет, что цены на нефть серьезно снизились и российская экономика испытывает серьезные трудности, российский рубль ослабляется. Как это сказывается на экономике Армении?

Сергей Минасян: Несомненно, это уже сказывается. Армянская экономика достаточно зависима и от трансфертов из России, и некоторые сферы экономики также связаны с Россией, так что понятно, что это существует. Но, с другой стороны, как бы экономическая подоплека в критике членства Армении в Евразийском союзе присутствовала и до этого, но если раньше под нее маскировались политические и идеологические подходы противников Евразийского союза, то сейчас она приобрела еще и необходимую конкретику. Очевидно, что экономическая и финансовая ситуация в России напрямую сказывается на такого рода дискуссиях в Армении. Хотя, с другой стороны, всем более или менее понятно, что вряд ли возможно остановить этот процесс, и если Казахстан и Беларусь все-таки в декабре ратифицирует договор о присоединении Армении к Евразийскому союзу, Армения станет его членом. Но довольно распространен в Армении дискурс о том, что даже если Армения станет членом Евразийского союза, это, по большому счету, не будет то, чего боялись и о чем говорили многие создатели этого Евразийского союза, а именно, что он в реальности может превратиться в какой-то СНГ-2 или достаточно аморфную организацию, как ОДКБ. Соответственно, в дискурсе есть еще и другая точка зрения (я не знаю, является ли она все-таки констатацией скорых изменений), что Евразийский союз, даже если он и будет работать, то не будет иметь такую жесткую систему, как этого опасались многие еще год назад.

Дэмис Поландов: То есть страха, что это превратится чуть ли не в новый Советский Союз (я буквально сегодня увидел заголовок о том, что армянские коммунисты говорят о том, что ЕАЭС может стать новым Советским Союзом) в армянском обществе нет?

Сергей Минасян: Страхи есть, но одно дело страхи, существующие в различных слоях армянского общества, но адекватная политическая элита все-таки думает, что с учетом особенно экономической ситуации в России и того, что это, скорее всего, будет иметь более долговременную тенденцию, нового Советского Союза не будет и в реальности. То есть ни потенциала, ни возможностей, ни, тем более, желания внутри Армении, и не только в Армении, для этого не существует.

Дэмис Поландов: У меня к вам вопрос относительно абхазской железной дороги (во время подписания договора между Россией и Абхазией Владимир Путин заявил как раз об этом проекте). Как вы считаете, это просто реверанс с учетом тех дискуссий, которые есть в Армении, или действительно ведется какая-то работа, которая может привести к открытию абхазского участка и вообще движению из России в Армению по этой железной дороге?

Сергей Минасян: Я даже не знаю, если это был реверанс, он был адресован Путиным Армении, Абхазии или Грузии, но я достаточно скептически отношусь к тому, что в краткосрочной перспективе возможны какие-то позитивные подвижки в этом направлении.

XS
SM
MD
LG