Accessibility links

В госкомитете по репатриации РА состоялась презентация книги известного абхазского писателя Джумы Ахуба «Вернись, мой брат!». Это историко-публицистический очерк, написанный еще в 1995 году в форме письма живущему в Турции потомку абхазских махаджиров. Сейчас этот очерк, написанный на абхазском языке, и его переводы на русский и английский языки вышли книгой в твердой обложке тиражом пять тысяч экземпляров, весьма внушительным для Абхазии, в сухумском Доме печати.

Неудивительно, что конференц-зал госкомитета заполнили в основном абхазские репатрианты из Турции и Сирии, в подавляющем большинстве молодежь. Все выступления на презентации – и автора книги, и его собратьев по перу Терентия Чаниа, Сергея Зухба, Вахтанга Абхазоу, председателя госкомитета по репатриации Хрипса Джопуа, по словам которого сейчас в Абхазии постоянно проживает четыре тысячи репатриантов, – прозвучали на абхазском; и поэтому я попросил после нее Джуму Виссарионовича Ахуба дать интервью на русском языке специально для слушателей радио «Эхо Кавказа» и читателей его сайта.

Начали мы нашу беседу с того, что я напомнил писателю о его очерке об абхазских волнениях 1978 года, который он в свое время написал в форме большого письма своему русскому другу, профессору социологии, жившему в Ленинграде. Очерк «Вернись, мой брат!» начинается словами: «Мой брат, в самый разгар войны я получил твое письмо из Турции. Не обижайся, что до сегодняшнего дня не смог на него ответить. Как тебе известно, слава Всевышнему, война закончилась нашей победой». Но используя тот же жанр открытого письма, автор на этот раз не называет имя адресата. Или это некий собирательный образ «брата»? Нет, Джума Ахуба, как он рассказывает, писал действительно своему троюродному брату. Начал он свой рассказ со времен махаджирства, когда его предки жили в селе Атара:

«Мой родной дед, отца отец, находился в горах. Вернулся в село – наше село почти опустело. Жители ушли в Турцию. И дед отправился в Турцию, нашел своих братьев. Но те отказались вернуться вместе с ним: «Мы не хотим жить с русскими». И он вернулся. Он шел пешком несколько месяцев. Взял с собой маленького мальчика 10-12 лет. У того никого не было, круглый сирота, по фамилии Лагулаа. Но по пути, чтобы они могли выжить, он три раза продавал этого мальчика, а потом выкрадывал. Они были, конечно, голодные, плохо одетые; холод и так далее. Целая история… Он почти полгода шел пешком. Когда видел какой-то хороший дом, продавал ребенка. Это, мол, мой младший брат, умирает от голода. А потом через два-три дня крал его. Он воспитал этого мальчика. Когда тот вырос, женил его. И внуки, правнуки того мальчика до сих пор живут в селе Адзюбжа».

В очерке-письме своем Джума Ахуба часто цитирует стихи основоположника абхазской литературы Дырмита Гулиа, который тоже в малолетнем возрасте был вывезен в Османскую империю, но вскоре его семья вернулась в Абхазию.

В самом начале очерка автор приводит строчки из письма, полученного из Турции от внука одного из оставшихся там в конце XIX века братьев своего деда: «Что же случилось между вами и грузинами, что вы начали воевать друг с другом? Как вы не можете понять, что у вас только один общий враг, которому выгодна война между вами?» Эти слова, пишет Джума Ахуба, удивили его в этом письме больше всего. И они, в частности, подвигли его на написание этого очерка, в котором он очень обстоятельно и в то же время поэтически повествует о тернистом пути абхазов к свободе и воссозданию своего независимого государства.

Деньгами на издание этой книги помог известный абхазский политик и бизнесмен Беслан Бутба, еще в ту пору, конечно, когда он не был премьер-министром Абхазии. Он же оплатил перевод текста очерка на английский язык и пообещал, что эта книга попадет в Англию и США. Один из живущих в Сухуме репатриантов перевел очерк и на турецкий язык, но получилось так, что единственный экземпляр перевода где-то затерялся и турецкий вариант так и не вошел в книгу.

В конце нашей беседы Джума Виссарионович еще раз удивил меня, обмолвившись о том, что сам он ни разу не бывал в Турции. В советские годы из-за активного участия в абхазском национально-освободительном движении он был «невыездным в капстраны», а в последние десятилетия мешали болезни и другие проблемы.

Текст содержит топонимы и терминологию, используемые в самопровозглашенных республиках Абхазия и Южная Осетия

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG