Accessibility links

География может быть преисполненной образов не хуже истории. Список стран, которые Украина выбрала для импорта руководящих кадров, короток, но исчерпывающе ясен. Америка. Литва – лидер и зачинатель всех антикремлевских начинаний еще с конца 80-х. И, конечно, Грузия, бросившая вызов Москве и основной партнер Украины по революционному делу.

Правда, теперь вышло, что Украина бросила вызов Грузии. Причем, намеренно и демонстративно. Грузия в лице своей власти обиделась. Что тоже очень образно. Образнее всех получился, конечно, Бидзина Иванишвили. Он, как старший товарищ, поправил запальчивую молодежь. Ничего, мол, в этих назначениях страшного нет. Но посетовал: украинские грузины-назначенцы – те, у кого ничего не получилось в Грузии.

Конечно, речь исключительно о символах. Вряд ли Петр Порошенко всерьез рассчитывает, что Александр Квиташвили на самом деле разгребет авгиевы конюшни украинского здравоохранения. Или что Эка Згуладзе совершит с украинской милицией то грузинское чудо, которое вынуждены признавать за Саакашвили даже самые убежденные его оппоненты. Реформы делают не заместители министров и даже не министры. Бестселлер Ларисы Бураковой «Почему у Грузии получилось» можно читать с разной улыбкой, хоть с едкой, хоть со снисходительной. А можно прочитывать ее с особой внимательностью в тех местах, где автор говорит о тех, кто ей особенно близок. Не о министрах и даже не о Бендукидзе. Не о полководцах, а о комбатах. О тех, кто, собственно говоря, и разрабатывал реформу. Об интеллектуалах и профессионалах среднего звена, возглавлявших не ведомства, а рабочие группы. Которые возились с графиками, отслеживали динамику, просчитывали будущий эффект. Кто-то из них сделал карьеру – но потом. Кто-то так и остался без славы, так и не войдя в историю лицом реформы. Да и реформы – они же не все такие сенсационные, как новая полиция. Скажем, кто слышал про реформу земельного кадастра?

Быть лицом реформы важно, кто спорит. Просто у каждого своя функция. Кто-то лицо, кто-то координатор, кто-то пиарщик, кто-то спасет все это мероприятие зонтиком политического прикрытия. Кто-то портит репутацию, принимая решения, разработанные в мозговых центрах, и эти входит в историю. Говорят, ждет своего украинского назначения Ладо Гургенидзе, один из премьеров времен Саакашвили. Какая разница, что он сделал для грузинской реформы. Да был бы он тысячу раз Черчиллем, что бы делал любой премьер без всего перечисленного ансамбля? И напора Саакашвили, который хоть на короткое время, хоть в какой-то части убедил страну в том, что она просто изнемогает от своего гражданского запроса на реформу.

Есть такой запрос в Украине, чья элита ничуть не лучше российской, а победители Майдана немедленно переводят революцию в режим термидора? Готов президент распороть олигархическую ткань украинской власти? Он в самом деле готов проявить невиданную политическую волю, которой когда-то не хватило Ельцину. А в искренности его намерений сомневались куда меньше, чем ныне в Порошенко. Александр Квиташвили во главе министерства сам по себе – не более чем знак. Эка Згуладзе – тоже знак, наверное, хороший. А некоторые назначенцы из былого грузинского чиновничества и вовсе ничем, кроме своей принадлежности к нему, не выделяются. Что опять же подтверждает: участие в эпохе Саакашвили для правительственного назначения в Киев – такой же профессионально-кадровый символ, как и принадлежность к стране, с которой когда-то начался развал империи.

Но нынешней грузинской власти, похоже, не хватило чувства юмора. Она всю эту лукавую игру в символы приняла исключительно на свой счет. На что, конечно, имела право. Превратности с курсом лари явно обостряют комплексы, а они явно имеются. Симпатии к новой власти и антипатии к старой закону о сообщающихся сосудах не подчиняются. И разочарование в «Мечте» никак не повышает шансов на реставрацию Саакашвили. Но для команды Иванишвили это будто родовое проклятие – во всем сравнивать себя с прошлым. Саакашвили уже нет больше года, но вечный дуализм никто не решается отменить.

Нынешняя власть будто не собирается избавляться от ненавистного статуса альтер-эго власти ушедшей, и в этом ее неизбывная особенность. Будто боясь, что без этого статуса утратит реальный политический смысл своего существования. И ведь, возможно, тоже имеет право так считать.

Порошенко, назначая министров Саакашвили, меньше всего, надо полагать, думал о его преемниках. Его преемники меньше всего в своей обиде думали об Украине. Саакашвили есть чем утешиться в изгнании.

Мнения, высказанные в рубриках «Позиция» и «Блоги», передают взгляды авторов и не обязательно отражают позицию редакции

XS
SM
MD
LG