Accessibility links

София Киласония: «Нам не нравится культурная политика, которая не сохраняет памятники»


Искусствовед София Киласония

Искусствовед София Киласония

ПРАГА---Одной из главных на этой неделе была тема древнейшего в мире рудника по добыче золота, обнаруженного на территории Грузии, который ученые датируют между IV и III тысячелетиями до нашей эры. Ученые-искусствоведы и археологи, общественные деятели, студенты протестуют против планомерного уничтожения этого памятника и политики грузинских властей, не уделяющих должного внимания охране культурного наследия. В первых рядах активистов, которые борются за сохранение рудника Сакдриси-Качагиани, и герой нашей рубрики «Гость недели» – искусствовед София Киласония.

Кети Бочоришвили: София, мы все уже знаем о том, что происходило и происходит, и, кажется, уже ни у кого нет сомнений в том, что службы, которые должны защищать памятники истории и культуры, работают с точностью до наоборот, и надежда у тех, кто переживает из-за уничтожения памятника, теперь только на вас – на активистов. Разговор с вами хотелось бы начать с вопроса: есть ли надежда на то, что ваша борьба увенчается хотя бы каким-то частичным успехом, удастся ли вам сохранить хоть ту часть, которая еще не повреждена?

София Киласония: Мы боремся за то, чтобы хоть что-нибудь уцелело от этого памятника, но мы не знаем, что там происходит. Мы лишь знаем, что повреждение масштабное, но нам не удается сделать снимков и провести какой-то анализ. Однако на нашей стороне закон о культурном наследии, а также любой закон, который каким-либо образом касается культурного наследия и экологии. Среди активистов и искусствоведы, и студенты, и юристы. Мы боремся по всем направлениям. Мы сделали все возможное и сейчас только ждем реакции правительства, поскольку компания RMG Gold занимается каким-то черным пиаром: говорят о том, что если они не возьмут эту территорию, то тогда вообще уйдут из Грузии. Поэтому местные жители – работники этой компании – волнуются, думая, что без этой компании они не смогут выжить. Это самая плохая и негуманная кампания, которую проводят против нас и против местных жителей, которые думаю, что без этой компании им будет худо жить. Это ложь, поскольку сохранение этого памятника давало какую-то гарантию для развития этого региона как культурного и туристического центра. Без этого памятника для этого региона нет никакой перспективы развития, кроме как работать в компании, которая не соблюдает никаких норм экологии и прав работников.

Кети Бочоришвили: София, насколько мне известно, вы собираетесь продолжить акцию прямо на месте...

София Киласония: В субботу на месте пройдет акция студентов, но это группа студентов, которыми я не руковожу. Ими движет оптимизм, что акция на месте будут эффективной, и они каким-то образом смогут остановить работы. Однако остановить работы должны соответствующие структуры, премьер-министр или министр культуры, но они не делают никаких адекватных заявлений.

Кети Бочоришвили: То есть у вас уже абсолютно исчезла надежда на то, что вы сможете попасть на территорию этого памятника и хотя бы выяснить для себя, что там осталось, что можно спасти, а чего уже нет?

София Киласония: Мы видели кое-что издалека, и археологи, которые там работали, говорят, что можно что-то сохранить, потому что там много археологических слоев. Но нам страшно говорить об этом, поскольку, если мы часто будем об этом говорить, то, возможно, спровоцируем более масштабные работы. Я думаю, что в этой проблеме главное – совсем другое. Мы боремся за этот памятник ради того, чтобы эта варварская тенденция не распространилась и на другие памятники. Если в Грузии что-то есть, о чем мы можем долго и с радостью говорить, – это наше культурное наследие, которое является перспективой нашего развития в экономическом и туристическом плане. Нам не нравится культурная политика, которая не сохраняет памятники и не придерживается либеральной позиции в отношении культуры.

Кети Бочоришвили: Чего вы добиваетесь в данный момент в отношении конкретно компании RMG Gold и насколько реально то, что вы этого добьетесь? Остались ли какие-то правовые механизмы для того, чтобы надавить на этот бизнес и вынудить его уйти?

София Киласония: Главное то, что с первого января нового года у них уже не будет права работать на этой территории, т.е. их новая лицензия не дает им права работать на месте, где расположен рудник. Поэтому они очень торопятся с проведением этих работ, чтобы успеть за эти дни максимально сделать все, чтобы ничего не осталось от этого рудника. Мы обходим всевозможные институции с письмами, чтобы RMG Gold прекратил работы до первого января. После первого января у них не будет никакой легитимации там работать. Наши юристы очень тщательно работают, у нас много прав, но наша проблема состоит не в том, что мы не имеем права и закон не на нашей стороне, а в том, что эти законы не работают. Я думаю, что это глобальная проблема, а не только данного конкретного рудника. Страшнее всего то, что законы – плохие или хорошие – не работают, и это и есть главная мотивация этой кампании.

Кети Бочоришвили: Что вы намерены предпринять в ближайшие дни?

София Киласония: У нас запланировано несколько пресс-конференций, акций. Наверное, главное еще сделать акцент на то, что у нас очень трудная социальная ситуация, у местных жителей там действительно много проблем, в том числе экономических, но если мы допустим, чтобы культурное наследие было продано ради сиюминутной выгоды, то тогда это будет уже тенденция, которую мы потом не сможем остановить.

XS
SM
MD
LG