Accessibility links

Москве нужно больше контроля


Московские и местные эксперты отмечают, что такого дефицита легитимности югоосетинская власть не испытывала с момента провозглашения независимости республики

Московские и местные эксперты отмечают, что такого дефицита легитимности югоосетинская власть не испытывала с момента провозглашения независимости республики

По уверениям московских экспертов, изначально была лишь идея подписания договора с Абхазией. Говорят, он понадобился Суркову как демонстрация некоего достижения на вверенном ему посту. Договор наделал много шума – абхазы упрекнули старшего брата в попытке ликвидировать их суверенитет, а абсолютное большинство московских экспертов признало его избыточным, потому что уже подписанных без малого сотни соглашений и договоров вполне достаточно, чтобы решить любые вопросы, возникающие в межгосударственных отношениях.

После этого сомнительного достижения наступила пауза. Было впечатление, что эксперимент себя исчерпал и к нему решили не возвращаться. Но тут подкинулась сама Южная Осетия, мол, а нас что, забыли? Внешне это напоминало какую-то нелепую сцену ревности.

Дальше – больше. Вокруг договора сотворили какой-то невообразимый конспирологический сюжет c неизвестно откуда появившимся проектом документа, с таинственными обсуждениями политсовета, громкими разоблачениями врагов республики, которые против договора, и встречными разоблачениями тоже врагов, но уже тех, кто этот договор поддерживает. Все это бурление в республике весьма странно смотрится из Москвы, говорит российский политолог Николай Силаев:

«У меня, как у московского наблюдателя, нет ясности, что происходит с проектом договора. Я думаю, что в Южной Осетии есть как минимум один человек, который знает, откуда взялся этот договор. Мне кажется, что вопрос о том, какой текст подлинный, а какой неподлинный, и какой статус бумаги, в Южной Осетии могут решить самостоятельно. На мой взгляд, история подогрета совершенно искусственно и не было никаких оснований так ее подогревать».

В итоге одни южные осетины возмущаются, мол, у нас отжимают суверенитет, другие возражают – по-другому никаких гарантий нашей безопасности нет и быть не может. Третьи говорят, что этот договор вообще не нужен, потому что уже и так все есть – российские военная база, паспорта, пенсии и наполнение бюджета.

За всем этим шумом остается непонятным, что в этом договоре для России может быть принципиальным. Понятно, что сейчас, мягко говоря, это не самый важный вопрос на фоне Украины, санкций, но все же...

«России нужно больше контроля, больше подзаконности и больше ответственности югоосетинской власти, – говорит российский эксперт Александр Скаков. – Нужно, чтобы отношения с Южной Осетией были полностью введены в рамки договора, закона. Чтобы не было простора для всяких подковерных поползновений, типа кто-то кому-то дал денег, его назначили и в итоге никто ни за что не отвечает. Понятно, что нет никакой ответственности силовых структур – они постоянно ссылаются на Москву, мол, Москва нам велела, Москва то, Москва се. А де-юре Москва ничего велеть не может.

– То есть одна из головных болей российской стороны – это отсутствие ответственных партнеров, необходимость навести порядок там, где он не наводится, а деньги при этом тратятся?

– Да. Кроме того, в Южной Осетии ситуация гораздо хуже, чем в Абхазии, потому что там очень слабая власть, низкий уровень легитимности власти после прошедших выборов. И все кивают на Москву, но она, собственно говоря, де-юре ничего не обязана делать».

Об этом мало кто говорит публично, но и московские, и местные эксперты отмечают, что такого дефицита легитимности югоосетинская власть не испытывала с момента провозглашения независимости республики. Президентские выборы прошли после незаконной отмены итогов голосования 2011 года, поэтому их легитимность небезупречна. По уверениям многих цхинвальцев – чиновников, участников парламентской избирательной кампании или просто жителей Цхинвала, на прошедших выборах в законодательное собрание, даже при том, что численность избирателей была сокращена почти вдвое, не было 50-процентной явки. Говорят, недостающие голоса распределили между победителями пропорционально их результатам на выборах.

Наверное, преодолеть эту ситуацию можно через открытость власти перед обществом, вовлечение общества в обсуждение насущных проблем республики. Одной из таких демонстраций мог бы стать открытый процесс подготовки и обсуждения нового договора с Россией. Вместо этого политсовет республики подготовил документ втайне от общества и вроде бы уже отправил его в Москву. На это партия парламентского большинства «Единая Осетия», выступающая за объединение с Россией, как говорится, топнула ногой и заявила, что, когда документ поступит в парламент, она изменит его по своему усмотрению. Получается, что политсовет отправил в Москву документ, не заручившись одобрением законодательного органа, и может получиться так, что уже после согласования с Москвой в него еще будут внесены изменения?

Наконец, чужие на этом празднике жизни – партии парламентского меньшинства и партии, не прошедшие в парламент, выступили с совместным обращением к политсовету, суть которого сводится к следующему: «Опубликуйте документ, дайте возможность его обсудить, ведь он касается всех нас». По уверениям российских экспертов, до Москвы проект договора еще не дошел. В первопрестольной поговаривают, что его привезет лично президент Тибилов.

Текст содержит топонимы и терминологию, используемые в самопровозглашенных республиках Абхазия и Южная Осетия

XS
SM
MD
LG