Accessibility links

Иллюзия жила долго. Столько, чтобы умереть почти безболезненно, угаснуть так, чтобы признание было не признанием, а бесстрастной медицинской констатацией. С новой российско-грузинской дружбой ничего не получилось. Что и вынужден был сказать премьер Гарибашвили, выразив достаточно формальное удивление вероломством, с которым Россия обманула грузинские ожидания, пойдя на договор с Абхазией.

И можно только догадываться, сколь формальным теперь будет негодование по поводу аналогичного договора с Южной Осетией.

И это хорошо. Чем постепеннее прояснение, тем удобнее наблюдать, как все становится на свои места.

Грузия слишком долго жила странной жизнью, в которой научилась ничему не удивляться. Может быть, поэтому она так легко поверила в то, что можно жить одновременно в двух измерениях. В одном страна жила в состоянии войны и с чувством всенародной потери. То, что ни одна власть не продержится и дня, если признает потерю исконных территорий, считалось и продолжает считаться аксиомой.

С аксиомами все вообще очень двусмысленно. То, что не требуется доказывать и с чем не принято спорить, невозможно проверить. Но во втором измерении обида на оккупанта уходила куда-то в область чистой истории и абстрактной географии, оккупант был не оккупантом, а воплощением утраченной гармонии.

И вот грузинская власть начала год с декларации об отказе от двойной жизни. И тут же явственно проступили какие-то забытые, казалось бы, сюжеты и очертания. Будто избавившись от необходимости хранить на лице невозмутимость при совмещении того, что несовместимо, власть облегченно сбросила с себя обязательства скрывать то, о чем все равно догадаются.

О том, что с единством «Мечты» не все ладно, страна узнала еще в конце минувшего года. Оказывается, во власти есть кланы, и шум их борьбы даже вывел из созерцательности самого главного человека и гражданина страны. Все это, конечно, не имело никакого отношения ни к российскому договору с Абхазией, ни к большой геополитике вообще. Даже на уровне слухов. Поэзия исторического выбора не должна омрачаться суетностью клановых разборок, это Грузия усвоила еще при Саакашвили, и новая власть этот тезис тоже ревизовать не стала. И не случись интриги с «Роснефтью», вдруг купившей без одного процента контрольный пакет Petrocas Energy Group Давида Якобашвили, вопрос о глобальном сотрудничестве с Россией так бы и оставался темой высоких историософских рассуждений.

Но интрига случилась. И как-то вспомнилось все: и проекты большого шоссейного транзита с Северного Кавказа на Южный через Грузию. И железная дорога через Абхазию в Ереван. Причем, вспомнилось все это уже не в привычной связи с большой стратегией глобальных коммуникаций, что было очень модно прежде. Большая геополитика стала продолжением того же внутреннего противостояния. И свелась вся глобальность, как обычно, к переплетению вполне конкретных интересов вполне конкретных людей по обе стороны границы.

Опровергать слухи в маленькой стране так же бессмысленно, как доказывать аксиомы, особенно если их никто не собирается опровергать в стране большой. История с «Роснефтью» – ответ конспирологам, предрекающим неминуемый инфраструктурный распад Грузии, ради которого, несомненно, и пришла на Черное море сечинско-путинская «Роснефть». Только один вопрос: много ли геополитического совершил во славу России ЛУКОЙЛ, поучаствовав в свое время в каспийских контрактах? Они ведь, как мы знаем, тоже глубоко противоречили историческим чаяниям России?

Словом, теперь по той же схеме намерены подзаработать люди из «Роснефти», а вместе с ней и ее местные контрагенты. Обыкновенная история, просто Грузия успела подзабыть размах, с которым это всегда бывало между соседями. Это, кстати, справедливо и для шоссе и стальных магистралей, которые для этого, впрочем, совершенно необязательно строить.

Прежняя эпоха, конечно, не было воплощением добродетели и благородного чиновного аскетизма. Но пепелище, которое было отстроено на месте былых отношений с Россией, что бы о нем ни говорили, долгие годы уберегало Грузию хотя бы от этого комплекса искушений. Что само по себе было революцией, поскольку комплекс – системообразующий. И если в чем-то грузинские реформы удались, в том числе и антикоррупционные, то во многом благодаря этому. Большая часть традиционных переплетений с конкретными интересами российских людей – не вся, конечно, – была безоглядно разрублена. В чем была революция сама по себе.

А теперь все будет как прежде. И как у всех. Все встает на свои места. В Москве ведь тоже многие думают, что железная дорога нужна для стратегической связи с армянским союзником, а «Роснефть» на Черном море – для контроля грузинских инфраструктур. И Грузии все это нисколько не помешает сообщать миру о своем продвижении в Европу. И дальше разочаровываться в российской искренности. А войны не будет. И двойной жизни тоже. Зачем?

Мнения, высказанные в рубриках «Позиция» и «Блоги», передают взгляды авторов и не обязательно отражают позицию редакции

XS
SM
MD
LG