Accessibility links

Во благо или бессмертия ради?


По словам Гаги Нижарадзе, власть имущие стремятся обессмертить себя при помощи произведений искусства, которые видны издалека и стоят веками. При этом они очень часто отличаются вопиющим отсутствием вкуса

По словам Гаги Нижарадзе, власть имущие стремятся обессмертить себя при помощи произведений искусства, которые видны издалека и стоят веками. При этом они очень часто отличаются вопиющим отсутствием вкуса

ПРАГА---Страсти в Грузии накалились вокруг еще одной проблемы – проекта под названием «Панорама Тбилиси», который столичные власти намерены осуществить в самом центре столицы с помощью Фонда соинвестирования, учрежденного бывшим премьер-министром Грузии Бидзиной Иванишвили. В рамках проекта в центре Тбилиси будут построены четыре туристических комплекса, которые будут соединены между собой канатными дорогами и лифтами. Этот проект оказался настолько спорным, насколько и грандиозным, и послужил еще одним поводом для разделения общества на тех, кто «за», и тех, кто «против». Сегодня нашими собеседниками являются специалист по градостроению Зураб Бакрадзе и психолог Гага Нижарадзе.

Кети Бочоришвили: Батоно Зураб, я знаю, что вы один из тех, кто предупреждает об опасности этого проекта. Объясните, пожалуйста, почему его нельзя осуществлять.

Зураб Бакрадзе: Во-первых, это не проект, а какое-то намерение. Это нельзя назвать проектом. И вообще, если мы говорим об этом намерении, то должны выделить два аспекта: первый – что получит город от этого в эстетически-пространственном и социальном смысле, в смысле сохранения и развития ценностей города; и второй аспект – на какой правовой основе, какими правовыми инструментами пытаются реализовать это намерение. Если мы посмотрим, что получит от этого город, можно было бы сказать, что город от этого больше потеряет, чем получит.

Кети Бочоришвили: Батоно Зураб, я хотела бы уточнить: вы хотите сказать, что вообще не существует как такового проекта, т.е. нет никаких расчетов, архитектурных планов?

Зураб Бакрадзе: Конечно, существуют т.н. рендеры – это виртуальные рисунки, которые демонстрируются на каждом заседании или рассмотрении, и больше ничего. Они непостоянны, их можно каждый раз менять, и никто никому не даст гарантий, что в конце концов не построится что-то другое. Одним словом, никаких черт проекта – в архитектурном или градостроительном смысле – у этого намерения нет, поэтому я это называю просто намерением, выраженным в каких-то виртуальных рисунках. Если мы будем сейчас говорить о том, что получит от этого город, то дело обстоит плохо. Главная ценность Тбилиси – это соотношение его застройки с ландшафтом, и из-за этого Тбилиси считают не самым самостоятельным городом. В этом отношении очень важна застройка Сололаки и отношение к ландшафту над Сололаки. Это определяет облик города в этом уголке Старого Тбилиси, и как раз на этом месте будет построено огромное здание, которое ничему не соответствует.

Кети Бочоришвили: Батоно Зураб, превращение в огромную стройку старой части города, которая, по сути, очень хрупкая (там разрушается очень много ценностей), не грозит ли тем, что там окончательно развалится все, что можно было бы на эти же самые деньги законсервировать или сохранить?

Зураб Бакрадзе: Конечно, существует такая опасность. В принципе, это неправильно, когда город в таком состоянии, он буквально рушится, плохо работают практически все технические системы, социальная инфраструктура.

Кети Бочоришвили: Батоно Гага, вы наверняка были заинтригованы тем, почему мы пригласили для участия в этой передаче именно вас, психолога. Мы хотим услышать ответ на такой вопрос: что движет инициаторами подобных амбициозных проектов и теми, кто их осуществляет, почему им надо устраивать такие урбанистические вакханалии там, где и без этого есть чем любоваться?

Гага Нижарадзе: Вы знаете, это не ново. Есть две причины: у власть имущих есть пристрастие к архитектуре – дело в том, что над теми, которые достигли всего, чего могли, довлеет неотвратимый призрак небытия, поэтому они пытаются себя обессмертить.

Кети Бочоришвили: Грубо говоря, оставить свой след...

Гага Нижарадзе: Да, именно обессмертить при помощи произведений искусства, которые видны издалека и стоят веками. При этом они очень часто отличаются вопиющим отсутствием вкуса. Вторая же причина, более частная, касающаяся данного проекта, состоит в том, что нынешняя власть соревнуется с предыдущей, а у предыдущей видимых продуктов было гораздо больше. Больше было и плохого, конечно, но кое-что они построили, а нынешняя власть, в общем-то, не сделала пока ничего видимого и, скорее всего, хочет это компенсировать.

Кети Бочоришвили: Батоно Гага, а нельзя это компенсировать меценатством или вкладывать во что-нибудь, что уже есть, и сохранить наследие грузинской культуры? Так нельзя себя обессмертить?

Гага Нижарадзе: Конечно, это было бы лучше, но мы имеем дело с людьми, которые заботятся о своем бессмертии, не имеющими вкуса.

Кети Бочоришвили: А что может послужить для таких людей стимулом изменить свое отношение к этим вопросам?

Гага Нижарадзе: Много чего...

Кети Бочоришвили: Общественное мнение, например, может?

Гага Нижарадзе: Не знаю. Это зависит от того, как оно будет организовано, в какой форме будут выражены протесты. По-моему, это уже идея фикс, которая крепко засела в верхушке.

XS
SM
MD
LG