Accessibility links

ПРАГА---5 февраля в армянском городе Абовян, в гостинице, принадлежащей лидеру партии «Процветающая Армения» Гагику Царукяну, стартовала организованная им конференция неправящих политических сил, общественных организаций, гражданских инициатив и движений. Заявленной целью конференции было обсуждение сложившейся в стране сложной политической и экономической ситуации. Из парламентских сил в конференции, помимо партии «Процветающая Армения», участвовала лишь партия «Наследие». В конференции не принимали участия правящая Республиканская партия Армении, поскольку не была приглашена, а также оппозиционный Армянский национальный конгресс, заявивший, что предпочитает проводить обсуждение с партией «Процветающая Армения» в формате неправящей тройки. Все остальные участвующие в мероприятии политические силы в парламенте Армении не представлены. В начале конференции выступил Гагик Царукян и раскритиковал власти за сложившуюся в стране экономическую ситуацию и политическую монополию. Он вновь заявил, что Армении нужна власть нового качества, которая будет состоять из новых людей. Вновь раскритиковав инициированные Сержем Саргсяном конституционные реформы, а также имеющие место в последние месяцы финансовые потрясения и реакцию властей на них, лидер «Процветающей Армении» заявил, что выдвинутые неправящей тройкой 12 требований остаются в силе. Несмотря на довольно острую критику, Царукян несколько раз в своей речи подчеркнул, что они готовятся к выборам, по сути, намекнув на очередные выборы, поскольку в конце своего выступления он отметил, что только в том случае, если власти не пойдут на уступки, их заставят провести досрочные президентские и парламентские выборы. Как подчеркнул Царукян, чаша терпения уже переполнилась – народ дошел до крайне тяжелого социально-экономического положения. Из всего этого Республиканская партия должна сделать выводы. За последние два десятилетия в Армении довольно-таки часто раздаются такие призывы, но до реальных действий дело не доходит. Почему так происходит? Мы решили спросить об этом у армянских экспертов: политтехнолога Армена Бадаляна и политолога Рубена Меграбяна.​

Армен Бадалян: В Армении очень плохое социально-экономическое положение, и я могу сказать, что оно ухудшается с каждым днем. Да, можно требовать внеочередных парламентских или внеочередных президентских выборов, но корень вопроса в том, сможет ли население Армении не только требовать, но и добиться проведения парламентских или внеочередных президентских выборов. По-моему, вследствие большой эмиграции из Армении за последние 20 лет армянская общественность очень ослабла, и у нее нет достаточных сил, чтобы ее желания и требования воплотились в реальность. В течение 20 лет много раз требовали, но никогда еще не добивались этого.

Амина Умарова: А теперь мнение коллеги, пожалуйста.

Рубен Меграбян: То, что в Армении сейчас просто тяжелейшее положение и налицо экономический кризис, который усугублен еще и тем, что фактически Армения не только не воспользовалась возможностью сближения с Европейским союзом, но еще и пребывает в вертикальной зависимости от российской экономики, все это, конечно, коренным образом отражается на экономической ситуации и естественным образом порождает недовольство. Что касается конференции, проведенной накануне в Ереване, то я думаю, что с такой платформой, с такими политическими силами, риторикой и таким составом, конечно, говорить о каких-то чрезвычайных политических развитиях в силу этого не приходится по той простой причине, что быть за все хорошее и быть против всего плохого – это еще недостаточная политическая платформа, это не идеология, и это не то, с чем можно идти на фундаментальные перемены, тем более добиться их. Поэтому я считаю, что это просто очередное мероприятие, нацеленное на то, чтобы дать не забыть себя, и не более того. Что же касается того, что, действительно, в Армении должно за очень короткое время очень многое поменяться, потому что так больше невозможно, то это факт. Просто наше политическое поле настолько деградировало, что сейчас, к моему большому сожалению, нет той политической силы, которая смогла бы это требование трансформировать в реальную политику внутри страны.

Армен Бадалян: Я хотел бы добавить, что Армения вошла в новый интеграционный проект – Евразийский союз, после Таможенного союза. Там тоже неразбериха, особенно в таможенных вопросах, потому что многие предприниматели еще не знают, по каким таможенным пошлинам что можно ввозить, что не ввозить, какие документы действуют, какие льготы не действуют, что тоже добавляется к экономическому положению, ухудшает политическое состояние. Что касается этого мероприятия, то, да, это обычная партийная конференция, круглый стол, таких партийных конференций в Армении за последние 20 лет было много, и не только со стороны «Процветающей Армении», но и других партий. Кстати, что касается его названия. Объединение политических сил вне партий, такая большая консолидация, надо просто иметь в виду то, что, конечно, Министерство юстиции Армении зарегистрирует чуть больше 70 партий, но на самом деле в Армении действует всего несколько партий. Независимо от того, критикуете вы или являетесь сторонником этих партий, но вы видите их деятельность. Это руководящая Республиканская партия, «Процветающая Армения», Армянский национальный конгресс, армянская революционная партия «Дашнакцутюн», и условно можно назвать еще партию «Наследие», которая очень ослаблена. То есть пять партий, и все они находятся в парламенте, и из этих пяти партий в конференции участвовали только «Процветающая Армения», которая и проводила это мероприятие, и партия «Наследие». Все другие партии, которые принимали участие в конференции, по сути, не являются партиями – это как бы «лидер-партии», где кроме лидера больше никого нет. Кстати, в Армении зарегистрировано примерно пять тысяч общественных организаций, но действуют лишь где-то пара из них.

Рубен Меграбян: Ну, скажем, не пара, а реально несколько десятков...

Армен Бадалян: Даже намного меньше, чем несколько десятков. То есть суть того, что это такая большая консолидация политических, общественных сил, новый формат, как бы новая организация, – это не так. Это чисто партийное мероприятие, круглый стол: прошел, приняли декларацию, покритиковали власть, и через неделю забудем.

Амина Умарова: Вполне очевиден факт, что руководство Армении сильно ориентировано на Россию. Армен, считаете ли вы, что Армения в такой слабой позиции потому, что она ориентирована на Россию, или вы видите другие причины слабости Армении – и в экономическом плане, и в политическом отношении?

Армен Бадалян: Нужно прожить хотя бы день в Армении и станет ясно, почему Армения в таком слабом положении, потому что в республике действуют жесточайшие монополии по вводу многих товаров, и все эти крупные предприниматели (олигархи) в основном зависят не только от руководства Армении, но и многие из них являются руководителями Армении, занимают государственные должности, они подмели под себя всю экономику. Естественно, это создает политические монополии, потому что в основном эти «предприниматели» являются членами руководящей Республиканской партии, и тем самым они просто не дают развиваться малому бизнесу, гражданскому обществу, плюс к этому у нас из-за этого почти не существует судебно-правовой системы, она полностью обслуживает интересы власти, и по этой причине, когда люди уже не видят, что делать, то они просто эмигрируют из Армении. Число уезжающих с каждым годом растет, тем самым слабеет та сила общества, которая остается здесь, а ослабевающие люди ничего не могу делать. Что касается зависимости от России, то это очень мягко сказано.

Амина Умарова: А если сказать как есть, то как это будет?

Армен Бадалян: Некоторые руководители административно-территориальных делений России более сильные, чем даже руководство Армении. Если сказать точнее – это вассалитет.

Амина Умарова: Рубен, я хочу спросить вас, как политолога: каковы два наиважнейших пункта, которые могла бы сейчас предпринять Армения при всем том, что она имеет и на политической арене, и в экономическом плане, чтобы идти независимым путем и стать независимой страной?

Рубен Меграбян: Во-первых, в Армении должен был бы укрепиться демократический строй, механизм формирования легитимных властей, должны были быть доведены до конца экономические реформы, чтобы обеспечить необратимость такой политической реформы, и, самое главное, Армения должна была решить вопрос своей безопасности, должна была найти безопасный Modus Vivendi со всеми своими соседями, чтобы не создавать условий, при которых Россия будет эксплуатировать и подчинять себе Армению в своем новом имперском порыве, свидетелями чего мы становимся сегодня и сейчас. Это два важнейших пункта, которые не были осуществлены за это упущенное время, что составляет практически четверть века. Сейчас мы встали перед таким прискорбным фактом, и нужно очень многое отыгрывать назад. Для этого я вижу возможности, и они связаны с тем, что Россия сейчас резко слабеет – и экономически, и политически, – и для Армении открываются возможности для того, чтобы делать самостоятельные шаги в плане балансирования ситуации. С другой стороны, Армения настолько погубила собственный иммунитет, что сейчас очень трудно воспользоваться открывшимися возможностями. Поэтому ситуация сейчас в определенной мере тупиковая. Эта тупиковость еще отягощается тем, что мы видим существенный негативный тренд в политике Турции, Азербайджана, что опять-таки не способствует тому, чтобы мы могли надеяться на попутный ветер.

Амина Умарова: Армен, тот же вопрос я хочу адресовать вам.

Армен Бадалян: Знаете, надо конкретизировать: Армения – это кто: власти, оппозиция, общественность, общественные организации? Здесь каждый должен делать свою работу.

Амина Умарова: Я имею в виду Армению – государство.

Армен Бадалян: Значит, власть, потому что, когда мы говорим государство, мы имеем в виду власть. Во-первых, власть ничего не делает. Во-вторых, в том, что Армения оказалась в таком положении, отрицательную роль сыграли различные европейские структуры, потому что, начиная с 2008 года, особенно после 1 марта, европейские структуры всегда положительно оценивали результаты выборов, которые были фальсифицированы. Народ видел, что президентские выборы, парламентские выборы, выборы в местные органы власти фальсифицируются, а европейские чиновники говорили, что это нормальные выборы и это шаг вперед. Мы, конечно, в частных беседах с этими наблюдателями говорили: знаете, когда вы говорите, что это шаг вперед, что это хорошо, не критикуете, тем самым вы в Армении убиваете проевропейски настроенные общественные и социальные группы. Были люди, которые просто думали, что Европа – это свободные страны, что она всегда будет поддерживать свободные выборы, она не пойдет на торги с руководством Армении из-за европейской ориентации. Мы говорили: не делайте так, потом будет намного хуже – не будет материала, который может, восстановившись, как бы поднять за собой Армению. Какая-то часть общественности, видя, что Европа просто предала, – уехала. Поэтому сейчас сделать два шага, о которых вы спросили, намного труднее, тем более что я сейчас не вижу какой-либо внятной политики Запада, во-первых, в отношении Армении, во-вторых, в отношении политической структуры и, в-третьих, в отношении армянской общественности. Многие западные структуры здесь уже закрываются, как бы закрывают двери, и армянская общественность очень слаба, чтобы самостоятельно что-то делать. Когда власть видит, что общественность очень слаба, она ничего не делает, просто смотрит на Кремль: какое получит оттуда указание, то и делает, поэтому сделать два шага просто невозможно. Когда будет внятная политика с Запада, мы здесь хотя бы сможем политтехнологически что-то сконструировать и что-то попробовать сделать, а без этой помощи мы ничего не можем делать.

Рубен Меграбян: С другой стороны, добавив к сказанному коллегой, я хотел бы сказать, что для этого должна быть еще определенная благоприятная внешняя среда. Во-первых, должны быть нейтрализованы крайне деструктивная и токсичная роль России в армянской внутренней политике, экономике, а также информационное влияние, в том числе, что сыпется к нам с экранов. То есть многое необходимо для того, чтобы можно было что-то менять. Однако я сейчас все-таки вижу положительные тенденции, правда, они недостаточны. Вот коллега говорит о том, что нет внятной политики... Но внятной политики нет вообще в отношении и постсоветского пространства, и самой России, и в отношении восточной политики со стороны Европейского союза, со стороны НАТО. Есть рефлексия, но это еще не политика. Сейчас больше всего действует принцип «не навреди». Люди как бы инстинктивно движутся в этом направлении, но все-таки нужно сказать, что эта система хороша, если только эту болезнь не загонять внутрь, а мы сейчас как раз имеем дело с этим – сейчас идет практически заболачивание, если оставить все это без изменений.

Армен Бадалян: Я хочу привести конкретный пример: в Грузии действует французская торговая система «Карфур», которая принадлежит Франции, являющейся членом Совета безопасности, ядерной державой, одним из лидеров Европейского союза. Так вот у нас даже из-за этого островка европейской экономики три-четыре года ведутся переговоры, чтобы открыть этот маленький универмаг, который из себя ничего такого сильного не представляет (это не многомиллиардные инвестиции), но даже этот маленький вопрос транша не могут решить. О какой еще европейской политике можно говорить в Армении, экономической экспансии? Этот маленький вопрос не могут решить.

Армен Бадалян: Да, как ни прискорбно, – это факт.

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG