Accessibility links

Пес в мешке


Далеко не каждый, взяв в дом бодрого, веселого щенка, готов взвалить потом на себя опеку над собакой-инвалидом. Нетрудно догадаться, что больные собаки часто оказываются в приюте

Далеко не каждый, взяв в дом бодрого, веселого щенка, готов взвалить потом на себя опеку над собакой-инвалидом. Нетрудно догадаться, что больные собаки часто оказываются в приюте

Большим количеством беспородных собак в приютах для животных сегодня вряд ли можно кого-то удивить. Впрочем, порой там можно встретить и породистых собак, правда, как правило, с определенными генетическими патологиями, причиной которых является бесконтрольное разведение собак в стране.

Первые пять месяцев новоиспеченные хозяева щенка лабрадора Бонни нарадоваться не могли на своего энергичного питомца. Но вскоре Георгий заметил, что щенок стал прихрамывать. С помощью рентгена было диагностировано тяжелое генетическое заболевание – дисплазия тазобедренных суставов. Долго искать виновных не пришлось, говорит Георгий:

«Когда я связался с хозяйкой отца нашего щенка, она даже не отрицала, что у ее собаки есть дисплазия. Даже поспешила утешить: мол, ничего страшного, в Грузии много собак с подобным заболеванием. Я только не могу понять, зачем было вязать больную собаку? Для того, чтобы заработать на щенках? Или для того, чтобы ее пес смог удовлетворить свои потребности? Из-за этого мой щенок должен теперь страдать от боли до конца жизни?! Но самое главное, что за вязку этих собак ответственна ветеринар. Именно она посоветовала хозяевам родителей моей собаки это сделать».

За подобное в странах Европы можно было бы через суд призвать виновников к ответу, говорит ветеринар Мариам Чхиквишвили. Однако в Грузии вопрос вязки собак не регулируется законодательством, а потому хозяевам, чей щенок оказался инвалидом, искать справедливости негде.

Какой будет жизнь собаки с диагнозом дисплазия, зависит от формы ее проявления. В наиболее тяжелых случаях собака просто не в состоянии самостоятельно ходить, даже операция, которую в Грузии не делают, может помочь лишь частично. Однако и легкая форма заболевания в корне меняет жизнь как самого животного, так и его хозяев. Собаке необходимо специальное питание, определенные нагрузки и дорогостоящие медикаменты, которые просто невозможно приобрести в Грузии. Единственно возможный способ борьбы с неизлечимым заболеванием – не размножать больных собак. Именно поэтому в ряде стран проверка животных перед вязкой – обязательная процедура, говорит ветеринар:

«Существует ряд тестов: генетический, тест на дисплазию и тест сетчатки глаза. Без этой проверки в Германии, например, собаку вязать запрещено. У нас же по факту хозяин может делать со своей собакой, что угодно. У меня был в практике случай, когда хозяин собаки с диагнозом дисплазия, несмотря на наши аргументы, заявил, что он скорее усыпит свою собаку, чем кастрирует. Это как минимум безответственно – вязать такое животное, зная, что, мучиться будут не только щенки, но и их будущие хозяева».

Далеко не каждый, взяв в дом бодрого, веселого щенка, готов взвалить потом на себя опеку над собакой-инвалидом. Нетрудно догадаться, что больные собаки часто оказываются в приюте. В заведении Тамаза Элизбарашвили сейчас находится около тридцати породистых собак с различными генетическими патологиями:

«Существует категория людей, для которых разведение собак – это бизнес. Некоторые не придают значения тому, здорово ли животное. Они не являются членами кинологических клубов и разводят животных, как им вздумается. Продают их впоследствии дешевле. Однако мне известно, что и в некоторых клубах вяжут больных собак с целью наживы».

Для того чтобы решить эту проблему, выдумывать велосипед не надо, говорит Элизбарашвили. Достаточно просто использовать опыт, который уже давно существует в Европе.

XS
SM
MD
LG