Accessibility links

Большинство людей, независимо от объективной реальности, привыкло думать о себе любимых, а также о человеческих общностях, к которым они принадлежат, очень хорошо, гораздо лучше, чем о других людях и других общностях. И с этим ничего не поделаешь, как и с тем фактом, что объективность вообще с трудом дается человеку, когда дело касается его собственных интересов и субъективных ощущений. А также с тем, что зачастую именно люди, не склонные к объективному, «сбалансированному» мышлению, выбиваются в национальные лидеры.

Когда-то, почти четверть века назад, в конце 1990 года, на меня произвела, что называется, неизгладимое впечатление короткая фраза в конце первого публичного выступления в государственной должности Звиада Гамсахурдиа – его речи на открытии сессии Верховного совета Республики Грузии в качестве только что избранного председателя ВС. В целом речь была вполне по-своему логичная и адекватная, с обращением к политике, экономике и т.д., но в завершение ее прозвучало нечто загадочное и погрузившее меня в недоумение, если не сказать – введшее в ступор: «Недалек тот день, когда Грузия станет примером нравственного величия для народов мира».

Что же такое могло произойти в маленькой Грузии, чтобы земляне, многие из которых и не подозревали о ее существовании, дружно обернулись бы на нее и застыли в восхищении? Звиад Константинович широко прославился многими другими словами и поступками, гораздо более громкими, нередко скандальными и истеричными. Мне же памятна именно эта, процитированная, в которой, на мой взгляд, вполне можно разглядеть зачатки многих будущих безумств в грузинской политике и в которой слово «величие» вызывает стойкую ассоциацию с понятием «мания величия».

За пролетевшие с той поры годы грузинское общество не раз отрекалось от «ух-патриотизма» Гамсахурдиа и Саакашвили, у каждого из которых он был, конечно, в своем роде. Но, во-первых, далеко не все в обществе отрекались, во-вторых, многие, отвергая крайние, порой пародийные проявления национализма и радикализма, так и не могли расстаться в душе со словосочетанием, которое постоянно мелькало на рубеже 80-90-х годов прошлого века в тбилисских СМИ, – «грузинский феномен», а также с представлением о своей стране как о форпосте демократии и свободы, европейской цивилизации на границе с миром варварства.

Блажен, кто верует, тепло ему на свете… Вот хваткий украинский парубок Парубий разъезжает по западным столицам и растолковывает там, что именно на Украине сейчас идет решающая битва планетарных добра и зла, света и тьмы, и для скорейшей победы первых над вторыми срочно нужно скорейшее вооружение киевской власти новейшим летальным оружием. В свою очередь, когда на каком-нибудь российском телевизионном ток-шоу берет слово «матрос-парламентарий» Железняк, у меня почти нет сомнений, что сейчас он с горделивым видом выдаст аргумент типа такого: «Все дело в том, что на нашей стороне правда!» В глазах его и его многочисленных единомышленников мир давно рухнул бы в бездну, если бы распоясавшейся Америке не оказывала мужественное сопротивление Россия. А вот рассуждения многочисленных интернет-пользователей, в частности украинских и грузинских, которым, так и видишь, застилает глаза ненависть к «Рашке»: там, мол, и коррупция, и непотизм, и тотальная неорганизованность, и пошлая попса, и алкоголизм, и агрессивность; словом, Россия – рассадник всех и всяческих зол.

Мне, конечно, не придет в голову утверждать, что ничего этого на «седьмой части земной суши» нет. Есть, и в гораздо «более чем достаточных» размерах. Но утверждать, что Россия – родина, скажем, коррупции, не менее нелепо, чем утверждать, что «Россия – родина слонов». Разумеется, люди, которым словно вставлен в головы чип ненависти к России, не могут отрицать того очевидного факта, что перечисляемые ими пороки и общественные язвы встречаются и среди окружающей их действительности, в частности в Грузии и на Украине. Но они давно и бесповоротно решили, что это из-за долголетних контактов с российской действительностью.

Мне, кстати, доводилось в разные времена общаться с несколькими представителями самых разных южнокавказских народов, убежденными почему-то, что их этнос в древности был в большинстве своем светлокожим, чуть ли не белокурым, но потом посмуглел от смешения с другими, как правило, пришлыми этносами. Но куда более распространено среди людей представление о том, что их этносы в стародавние времена были белыми и пушистыми в этическом отношении. И если бы не пагубное влияние чужаков…

Чип самолюбования не меньше распространен, чем чип ксенофобии. Для полноты и сбалансированности картины приведу вчерашний разговор со знакомым сухумцем. Зашла речь о Шота Руставели, вернее, о тех многочисленных публикациях, авторы которых старались доказать, что на самом деле великий средневековый поэт был по происхождению не грузином, то бишь картвелом, а осетином, армянином… (О национальной принадлежности авторов этих статей нетрудно догадаться.) Я сказал, что мне немного смешны эти изыскания, поскольку знаменитая поэма «Витязь в тигровой шкуре» в любом случае написана на грузинском, то бишь древнекартвельском, и это главное.

Собеседник же с улыбкой вспомнил об одном представителе абхазской творческой интеллигенции, который в своей публикации высказывал искреннее убеждение, что Руставели был на самом деле абхазом. Доказательство у него было очень простое: именно абхаз мог написать такие строки – «что ты спрятал, то пропало, что ты отдал, то твое».

Мнения, высказанные в рубриках «Позиция» и «Блоги», передают взгляды авторов и не обязательно отражают позицию редакции

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG