Accessibility links

«Наш язык – наше орудие»


В Северной Осетии начали бить в набат после того, как ЮНЕСКО причислило осетинский к числу вымирающих языков. В многонациональном Владикавказе осетины все чаще предпочитают общаться на русском. Все реже говорят на родном языке и в кругу семьи

В Северной Осетии начали бить в набат после того, как ЮНЕСКО причислило осетинский к числу вымирающих языков. В многонациональном Владикавказе осетины все чаще предпочитают общаться на русском. Все реже говорят на родном языке и в кругу семьи

Во Владикавказе обсудили вопросы сохранения и развития осетинского языка. Несмотря на то, что он является вторым государственным в Северной Осетии, закон о языке в республике не принят до сих пор. Власти работают над ним с 2007 года. Законопроект даже вносили в парламент в конце 2013 года, однако депутаты отказались за него голосовать.

2 апреля общественная организация «Иудзинад» собрала за круглым столом экспертов, политиков и ученых, чтобы обсудить будущее осетинского языка. Говорит секретарь совета общественного движения «Иудзинад» Руслан Кучиты:

«Мы рассматриваем язык не просто как средство общения, а как наш родной язык, связывающий каждого индивидуума, каждого человека с его родной культурой. В переводе с осетинского можно что-то понять и узнать, но не все. Осетинский язык тесно связывает нас с нашей родной культурой. Все в оригинале познается только через владение родным языком».

В Северной Осетии начали бить в набат после того, как ЮНЕСКО причислило осетинский к числу вымирающих языков. Об этой проблеме заговорили и политики, и ученые, и рядовые граждане. В многонациональном Владикавказе осетины все чаще предпочитают общаться на русском. Все реже говорят на родном языке и в кругу семьи. Осетинский – не приоритет в дошкольных и школьных учреждениях. Эксперты отмечают слабое владение горожанами литературным языком, несмотря на то, что в Северной Осетии действуют профильные научно-исследовательские центры, факультеты осетинской филологии и литературы, специализированные педагогические институты.

Необходимость сохранения осетинского языка и его популяризации осознают и республиканские власти, при содействии которых подготовлены специальные образовательные программы. Хоть со скрипом, но дело сдвинулось с мертвой точки, однако эти меры, по мнению специалистов, половинчатые, пока не принят закон о языке.

Известная в Северной Осетии актриса и телеведущая Альбина Секинаева подготовила несколько телепередач на осетинском, призванных усилить интерес к национальной культуре. Однако, по ее словам, телевизионное начальство относится к этому скептически и часто отказывает в предоставлении эфира. Секинаева говорит, что если не принять срочных мер по сохранению культурного наследия, оно может быть безвозвратно утеряно:

«По долгу работы мне часто приходится искать записи наших актеров, певцов, исполнявших героические песни на осетинском языке, в архиве сохранилась малая толика старинных записей. Кроме того, профессиональные певцы-песенники уходят. С каждым годом их становится все меньше. Чтобы их талант не пропадал, нужны студии звукозаписи, чтобы записывать эти произведения…»

По Конституции, осетинский язык наряду с русским является государственным в Северной Осетии, однако он не задействован в полную силу, полагают эксперты. Заместитель председателя Союза писателей Осетии Гастан Агнаев привел печальную статистику: в годы Великой Отечественной войны в Северной Осетии книги на осетинском языке издавались тиражом от трех до десяти тысяч экземпляров. Сейчас он не превышает 500 экземпляров.

По мнению выступавших, не лучшим образом обстоят дела и в Южной Осетии. В республике не хватает филологов. Один из ученых рассказал, что в 2010 году на факультете осетинской филологии Югоосетинского университета пожелал учиться только один абитуриент.

Участники круглого стола надеются на программу поддержки осетинского языка, заложенную в договоре о союзничестве и интеграции Южной Осетии с Россией. По их мнению, в Северной и Южной Осетии могли бы использовать эту возможность, чтобы разработать методики преподавания, издать книги, подготовить теле- и радиопрограммы, которые были бы интересны как северным, так и южным осетинам.

«На реализацию договора Москва выделяет один миллиард рублей. Это огромные деньги для Южной Осетии, где проживает столько населения, сколько в нашем Кировском районе Северной Осетии. Поскольку осетинский язык общий и для северных, и для южных осетин, в Цхинвале должны максимально ответственно подойти к реализации открывающихся перспектив», – считает североосетинский юрист Таймураз Цгоев.

В советские годы искусственно насаждалось представление, что разговаривать на осетинском непрестижно. Такие взгляды были особенно популярны среди североосетинской партийной номенклатуры. С их подачи укрепилось мнение, что «осетинский язык дальше Моздока не пригодится». Да и сейчас родители стараются дать своим детям «престижное образование, чтобы знал английский», при этом молодые люди не могут двух слов связать на родном языке.

«Такие суждения – признак невежества», – считает осетинский поэт Тотрадз Кокайты. Он широко известен переводами на осетинский язык классиков мировой литературы. На осетинском доступны и древнегреческие классики, и поэты эпохи Возрождения, напоминает мне Кокайты и обращает внимание на надпись в центре стола: «Нае взаг – нае хазна» (наш язык – наше сокровище). Он считает эту формулировку в корне неверной. К родному языку надо относиться не как к сокровищу, стараясь спрятать его подальше от пытливых глаз, а, наоборот, нужно провозгласить лозунг: «Нае взаг – нае хотых» (наш язык – наше орудие), говорит поэт. По мнению Тотрадза Кокайты, осетинский должен стать преобладающим языком общения в повседневной жизни.

Участники круглого стола вспомнили и о давней дискуссии о нормах осетинского языка. Именно из-за разногласий по данному вопросу в декабре 2013 года депутаты отклонили законопроект о национальном языке. Тогда в парламенте часть депутатов настаивала, чтобы дигорскому диалекту осетинского языка также придали статус государственного. Другие отсылали к Конституции, в которой сказано, что осетинский (иронский, дигорский диалекты) является национальным языком осетинского народа и имеет статус государственного в Северной Осетии. Большинство участников дискуссии считают этот спор искусственным. По их мнению, вопросы диалектологии были использованы, чтобы сорвать принятие закона. По мнению заместителя комитета по законности, законодательству и местному самоуправлению парламента Северной Осетии Ахсара Фадзаева, осетинам нечего делить:

«Лично меня тоже больше устраивает конституционная норма. Я думаю, это наиболее правильное компромиссное решение, с которым большая часть общества должна быть согласна. Нам делить нечего. Это вопрос одной нации с несколькими диалектами. Таких множество в мире. И они прекрасно говорят, работают, живут. Я не вижу особой проблемы».

Текст содержит топонимы и терминологию, используемые в самопровозглашенных республиках Абхазия и Южная Осетия

Уважаемые посетители форума "Эхо Кавказа", пожалуйста, используйте свой аккаунт в Facebook для участия в дискуссии. Комментарии премодерируются, их появление на сайте может занять некоторое время.

XS
SM
MD
LG