Accessibility links

Быть сыном Давида Какабадзе


Премьера фильма прошла тихо в достаточно узком кругу. Горстка людей, которая пришла на «Амира», заметно выделялась на фоне большинства, спешившего запастись колой и попкорном перед началом очередной голливудской истории

Премьера фильма прошла тихо в достаточно узком кругу. Горстка людей, которая пришла на «Амира», заметно выделялась на фоне большинства, спешившего запастись колой и попкорном перед началом очередной голливудской истории

Закрытый показ документального фильма о сыне знаменитого художника Давида Какабадзе – Амире прошел сегодня в кинотеатре «Амирани».

Непросто быть сыном знаменитого художника, если, ко всему прочему, выбрать профессию отца. Ведь это в какой-то степени делает обоих своего рода конкурентами, пусть по времени и неравными: отец скончался признанным мастером, когда сыну было всего шесть лет. Избежать слова «сын» при упоминании его имени было изначально практически невозможно. Режиссер фильма Габриэль Размадзе говорит, что, работая с Амиром, он никогда не спрашивал его о том, ощущал ли тот на себе тень отцовской славы, переживал ли из-за этого. Этот вопрос в большей степени скорее беспокоил общественность, нежели самого художника – такое впечатление сложилось у режиссера, по его словам.

«Сына большого отца в какое-то особое положение ставит общественность. Ты можешь не ощущать дискомфорта, не пытаться конкурировать с отцом, но этого в какой-то степени ожидает от тебя общество. Особенно когда оба являются представителями одной профессии. Я могу сказать, что мне было очень легко работать с Амиром. Он практически сразу перестал замечать камеру, поэтому фактически фильм показывает Амира таким, какой он был на самом деле», – говорит Размадзе.

Картина документальная, а потому все события, люди и места, показанные в ней, реальны. Режиссер признается, что не пытался сделать ее биографичной. Фильм – зарисовка, портрет уже пожилого художника, живущего в своем собственном мире, наполненном символами и мыслями, спрятанными от посторонних любопытных взглядов. Здесь каждая вещь – это история, а любая из многочисленных картин, смотрящих со стен, – полноправный жилец этого дома.

Амир, играющий самого себя в картине, бродит по блошиному рынку, покупает старинные вещицы и, делая их частью своего творчества, дарит им вторую жизнь. Так, в его картины «врастают» вилки и карманные часы. Свои сюрреалистические работы он экспонирует вдали от гудящих городскими сплетнями и пересудами выставочных залов – в лесу. Там под сопровождение звуков леса, при лучшем – естественном освещении Амир остается наедине с собой и своими картинами.

Премьера фильма прошла тихо в достаточно узком кругу. Горстка людей, которая пришла на «Амира», заметно выделялась в фойе на фоне большинства, спешившего запастись колой и попкорном перед началом очередной голливудской истории. Трудности перевода, а точнее его отсутствия, не помешали латышке Инете Курсиете проникнуться фильмом Размадзе и разгадать некоторые из символов, зашифрованных в картине. По ее словам, наиболее сильное впечатление на нее произвела сцена, использованная и в трейлере фильма. На этих кадрах дочь Амира резко открывает перед ним, сидящим у окна, шторы.

«Он (Амир) живет в своем мире, и, может быть, близкие стараются открыть ему глаза на реальную жизнь. Но надо ли это ему?.. Фильм просто уникален. Не понимая слов, я поняла суть фильма. Он о личной трагедии художника, о трудностях, которые несет известность его отца, об отношениях с собственным сыном. Через весь фильм проходит тема его искусства, которое абсолютно не похоже на то, что делал отец, и то, что сейчас делает сын», – говорит Инете.

Сын Амира, названный в честь деда – Давидом, тоже пошел по стопам родителя. Он говорит, что разгадать отца было так же сложно, как и его работы:

«Он одновременно и близок, и далек от меня. Наши отношения не похожи на отношения отца и сына. Мы можем не видеться по два года, а потом, наоборот, встречаться очень часто. С ним сложно общаться, потому что он не живет реальной жизнью, и в то же время просто, потому что он, как ребенок».

В этом интервью, которое вошло в фильм, Давид говорит об отце еще в настоящем времени. Пару недель назад, когда работа над картиной была практически завершена, Амир скончался на 74-м году жизни. Он так и не увидел фильма.

Уважаемые посетители форума "Эхо Кавказа", пожалуйста, используйте свой аккаунт в Facebook для участия в дискуссии. Комментарии премодерируются, их появление на сайте может занять некоторое время.

XS
SM
MD
LG