Accessibility links

Нежелание договариваться: что в итоге?


Буденновск – это еще и напоминание о том, что всегда есть возможность если не решить нерешаемую задачу путем переговоров, то хотя бы попытаться

Буденновск – это еще и напоминание о том, что всегда есть возможность если не решить нерешаемую задачу путем переговоров, то хотя бы попытаться

Из Чечни – напоминание и предупреждение.

Двадцать лет назад, 14 июня 1995 года, отряд террористов под командованием Шамиля Басаева захватил заложников в Буденновске и укрылся в больнице за «живым щитом» из полутора тысяч пациентов, родственников, персонала и просто согнанных туда горожан.

17 июня силовики предприняли неудачный штурм больницы и, понеся потери, были вынуждены отступить. Тогда в переговоры с террористами вступила «группа Сергея Ковалева» – депутаты и правозащитники. Получив мандат от правительства России, они за два часа сумели подготовить соглашение, по которому полторы тысячи заложников освобождали, а их заменяли полтораста заложников добровольных. Сама «группа Ковалева» вошла в число этих заложников. Прикрывшемуся новым «живым щитом» отряду террористов был обещан «коридор» обратно в Чечню. И – главное: в самой республике приостанавливались боевые действия и начинались переговоры под эгидой ОБСЕ между представителями правительства Российской Федерации и сепаратистов, Чеченской республики Ичкерия. То самое перемирие и переговоры, которых «группа Ковалева» тщетно добивалась полгода, с самого начала войны.

Потом было много всего. И приготовления уничтожить колонну на въезде в Северную Осетию, – тогда бы все сразу и сорвалось. И триумфальная встреча – не в Чечне еще, а в населенных чеченцами районах Дагестана, – встреча, от которой «крыша» у главаря террористов, кажется, окончательно съехала в сторону «повоевать». И полгода все более напряженного мира, вновь переросшего в войну в декабре 1995-го. Все логично: одни готовились легализовать на «выборах» своих марионеток, другие готовились к продолжению войны, которая продлилась до августа 1996-го. А потом – три года мира, до августа 1999-го. И – вторая война. Нет общепринятой даты ее окончания, но вот вариант: 7 октября 2007 года Доку Умаров, исполнявший обязанности президента Ичкерии, упразднил и распустил это образование. А учредил вместо Ичкерии «Имарат Кавказ».

К чему я все это повторяю? А вот к чему. Мир-то мы проиграли – потому что хотели получить «все и сразу». «Мы» – и в Чечне, и в России. И полгода мира после Буденновска проиграли. И три года между войнами тоже. А что получили в итоге?

Из России это видится так.

Первый президент Ичкерии Джохар Дудаев был советский генерал, с ним можно было говорить на одном языке (хотя порой и тяжело), а при желании – договариваться. Не договорившись за три года, с 1991-го по 1994-й, довели дело до войны. Через полгода войны, не желая договариваться о мире, получили Буденновск, – реальный теракт в глубоком тылу на российской территории. Потом ухайдакали Дудаева. Со сменившим Дудаева Яндарбиевым, человеком, мягко говоря, непростым, тоже договариваться могли. И со сменившим Яндарбиева Масхадовым, полковником Советской Армии, – тоже. Однако Масхадов был убит в 2005-м. Далее на короткое время его сменил Абдул-Халим Садулаев, а потом уже, после его гибели, это место занял Доку Умаров.

Что в итоге? Норд-Ост, взрывы в Тушино и в метро, Беслан и так далее – потом снова метро, Домодедово и Волгоград.

Что в итоге? Сепаратистов, ставивших и формулировавших цели в политическом пространстве, сменили фундаменталисты и террористы, по сути своей, выходившие за рамки пространства политики.

Что в итоге с другой стороны? Получили – взрастили и вскормили – режим, «заточенный» на борьбу с террористами, но с российской властью договариваться особо не склонный. Разве что – требовать. Это была вроде как цена победы над террористами. Однако победы особо не видно: если посмотреть статистику, Чечня по интенсивности «контртеррора» и потерям силовиков занимает на Северном Кавказе уверенное второе место после Дагестана. Это не очень-то видно в СМИ, потому что «из Чечни – только хорошие новости». Однако боевики как минимум «раз в год с друзьями» устраивают такой «шумок», что скрыть не удается. Последний раз – налет на Грозный в декабре 2014-го.

Что в итоге? А посмотрите – у кого больше реальной независимости, то есть ресурсов и «штыков»: у нынешней кадыровской Чечни или у Ичкерии времен Дудаева и Масхадова?

Что в итоге? 13 июня, накануне двадцатой буденовской годовщины, стало известно, что «амир Хамзат» от имени «муджахедов вилайята Нохчий-чо» принес присягу «Исламскому государству». Это уже не первый такой случай среди ячеек «Имарата Кавказ», но теперь, похоже, «Имарат все».

А по сравнению с «Имаратом» это «Исламское государство» – тот самый «случАй куда злее». Смена целей, смена тактики, при которой «мирные» становятся «разрешенной целью».

Еще один шаг в пропасть.

Такой же, каким был в 2007-м Имарат – по сравнению с Ичкерией.

Такой же, каким было в 1999-м сваливание во Вторую чеченскую.

Такой же, каким был в 1995-м Буденновск.

Но Буденновск – это еще и напоминание о том, что всегда есть возможность если не решить нерешаемую задачу путем переговоров, то хотя бы попытаться. Как это сделали двадцать лет назад Сергей Ковалев и его команда. И у них ведь получилось!

Из Чечни – напоминание и предупреждение.

Уважаемые посетители форума "Эхо Кавказа", пожалуйста, используйте свой аккаунт в Facebook для участия в дискуссии. Комментарии премодерируются, их появление на сайте может занять некоторое время.

XS
SM
MD
LG