Accessibility links

Общественные дискуссии в Абхазии о возможности продажи недвижимости иностранцам напоминают сказку про белого бычка. Лишь тем, кто совсем слаб памятью или подключился к теме только что «со стороны», может показаться, будто это что-то новое.

Между тем, когда прошло всего около полугода после признания Россией независимости Абхазии и Южной Осетии (до этого, напомню, они рассматривались Кремлем де-юре как части Грузии), в начале 2009 года в ходе первого, с помпой обставленного визита в Москву официальной делегации РА во главе с Сергеем Багапшем абхазская сторона озвучила намерение законодательно разрешить в стране продажу недвижимости иностранным гражданам. Примечательно, что президент Абхазии сделал это сперва не сам, а устами тогдашнего министра экономики Кристины Озган, и появилась оговорка – продавать иностранцам, под которыми подразумевались россияне, только первичное жилье, то есть новостройки.

Но и это для большинства в абхазском обществе прозвучало как гром среди ясного неба. Дело в следующем. В абхазском общественном сознании существует такое сакральное число – «17 процентов». В действительности самый низкий показатель доли абхазов в народонаселении Абхазии был, согласно всесоюзной переписи 1959 года, – 15%. Но, начиная с переписи 1970 года, два десятилетия в советские времена эта доля составляла 17 с десятыми процента. Причем в ходе абхазско-грузинской полемики конца века данная цифра обеими сторонами выкладывалась как аргумент («вот до чего довели нас ваши этническая экспансия и колониальная политика» и «а вы, абхазы, что хотите с вашими-то 17 процентами?») В добившейся независимости Абхазии абхазы стали составлять половину населения (хотя не все согласны с официальной статистикой и говорят только о процентах сорока) и, можно предположить, хотели бы благодаря процессу репатриации довести эту цифру до среднераспространенных в мире для государствообразующих народов 70-80%.

При ясном сознании того, что Россия – «наша единственная надежда и опора», перспектива того, что, когда «откроются шлюзы», в ее более чем 140-миллионном населении найдется несколько десятков, а то сотен тысяч человек, обладающих охотой к перемене мест и способных очень быстро и кардинально изменить этнодемографический баланс в Абхазии, пугающе выглядела для этноса, который только что вышел из кровопролитной войны за право на самоопределение и гарантии сохранения национальной идентичности. «Российские толстосумы скупят в маленькой Абхазии все, мы тогда окажемся у себя на родине на задворках и растворимся в массе новых переселенцев» – так можно кратко сформулировать представление о возможной угрозе. Говорят, у страха глаза велики, но ведь и реальные предпосылки опасений были: еще до признания Россией Абхазии многие россияне, прослышав, что тут можно купить жилье за бесценок (так и было), стали его приобретать с помощью подставных лиц с абхазским гражданством. Знаком с этим процессом по живым примерам: только в моем подъезде сухумской пятиэтажки так были приобретены две квартиры под летние дачи, в Очамчыру, где цены были еще ниже, переселилось в купленные дома немало бывших жителей Нижнего Тагила и других далеких городов и весей…

Нетрудно догадаться, с чьей подачи и по чьей настоятельной просьбе в 2009-м была озвучена инициатива абхазского руководства о продаже недвижимости. (Помню, как немногим ранее один московский журналист в частном разговоре со мной педалировал ту же тему: Россия, мол, столько для вас сделала, а вы ведете себя как собака на сене.) И нетрудно догадаться, что в Абхазии эта инициатива была встречена в штыки, в первую очередь тогдашней оппозицией. Так или иначе, но никакого законопроекта на этот счет в течение последующих лет президентства Багапша в парламент представлено не было, то есть все осталось на уровне декларации.

Прошли годы. И вот уже следующий абхазский президент Александр Анкваб без какой-либо, что называется, видимой причины заявляет в интервью одному из российских СМИ о возможности изменения соответствующего законодательства Абхазии. Нельзя исключать, что такие звучащие время от времени заявления абхазских руководителей «для ушей Москвы» представляют из себя некий политический жест: я-то, мол, хороший, я – с дорогой душой, но вот что скажет наше общество? Как любил говаривать опытный партократ времен горбачевской перестройки в романе талантливого абхазского писателя Даура Зантария «Золотое колесо», «волынить надо».

Ну, а как в случае с заявлением Рауля Хаджимба, которое прозвучало на расширенном заседании кабинета министров 29 июля и в котором он призвал депутатов парламента обсудить все тот же вопрос? Напомню, что это тот самый Хаджимба, которого в бытность его лидером абхазской оппозиции рьяные российские авторы обзывали «русофобом» («не догоняли», что любая оппозиция, как правило, атакует правительство с позиций отстаивания национальных ценностей и интересов, а правительству-то надо еще и выстраивать отношения с внешним миром?) И одновременно тот самый Хаджимба, которого в Грузии именуют не иначе, как самой большой марионеткой из всех «марионеток во главе сухумского режима», поскольку «его давно вел к власти Путин», и тот, поздравляя которого после его победы на президентских выборах Владислав Сурков в телеинтервью многозначительно сказал: «Надеюсь, что мы с Раулем Джумковичем и впредь останемся друзьями».

Так или иначе, но Хаджимба уже поднаторел в умении «вбрасывать» в общество и во властные структуры подобные «неразрешимые» вопросы и принимать решение на основе их обсуждения.

Сразу же, в частности, откликнулись в интернете решительным «нет» молодой парламентарий Тенгиз Агрба и Бота Ажиба. Последний даже заявил так: «Как может правопреемник Владислава, насколько нам его представляли, следовать антивладиславовским идеям? А ведь Ардзинба наложил полный запрет на распродажу недвижимости и земель, благодаря чему Абхазия по сей день сохранилась».

Если же говорить о коллективном обсуждении, то единомышленники, как и обычно у нас в последние годы, предпочитают высказываться в своем кругу. 12 августа в ходе беседы за круглым столом в Сухуме идею снятия запрета поддержал ряд абхазских предпринимателей, представителей Общественной палаты. Речь шла о том, что этот шаг повысил бы инвестиционную привлекательность республики, помог бы «запустить» ее экономику, о том, что у нас и так уже давно идет скрытая продажа недвижимости иностранцам, которая ухудшает имидж Абхазии, и даже что против снятия запрета выступают как раз участники этих теневых схем.

Вчера вопрос обсудили в Абхазском институте гуманитарных исследований на специальном научном семинаре. Доктор исторических наук, академик Теймураз Ачугба заявил на нем: «Сохранение этнической идентичности абхазов должно стать первейшей функцией абхазского государства…Продолжение политики перенаселения Абхазии путем продажи иностранным гражданам недвижимости напрямую угрожает коренным интересам абхазского народа, ставит под сомнение его существование и функционирование абхазского государства». Говорилось и о том, что в случае снятия запрета для россиян очень трудно, практически невозможно будет на правовой основе отказывать тем сотням тысяч из них, которые являются этническими грузинами и мечтают об «абхазском реванше».

И ведь каждая сторона тут права по-своему. К тому же спорить о будущем можно до посинения и безрезультатно, ибо никто пока не знает доподлинно, что произойдет в случае принятия того или иного решения. Можно лишь говорить о приоритетах, и тут, думаю, для Абхазии, абхазского народа гораздо важнее исключить любые риски растворения в другом этносе и утраты идентичности. И я, безусловно, на стороне ученых АбИГИ, среди которых не вижу участников «теневых схем».

В мире, кстати, подобные запреты и ограничения существуют не только на Кубе и во Вьетнаме, но и в Швейцарии, Австрии… А ведь там нет подобных угроз, висящих как дамоклов меч.

Тема обсуждается не только в Абхазии. С большой статьей в «Росбалте» выступил на днях Андрей Николаев. Начинается она так: «Как и ожидалось, с приходом к власти в Абхазии президента Рауля Хаджимба и подписанием частично признанной республикой договора о союзничестве и стратегическом партнерстве с Россией актуализировался вопрос снятия запрета с продажи недвижимости иностранцам. Под иностранцами подразумеваются в первую очередь граждане России; во вторую – Турции». Это интересная постановка вопроса, потому что нигде больше упоминания Турции в этом аспекте я не встречал. Николаев считает, что «отсутствие права на собственность не дает россиянам (впрочем, как и турецким гражданам) вести в Абхазии полноценный бизнес. Сейчас он там присутствует, однако на птичьих правах, через абхазских подставных или доверенных лиц и соответствующие «конторы». Правда, он, очевидно, не в курсе, что этнические абхазы, независимо от места проживания, автоматически получают гражданство Абхазии и для жителей Турции абхазского происхождения, которые в основном представляют турецкий бизнес в РА, обсуждаемый вопрос не актуален. Почти так же, как и для этнических турок, которые выступают их компаньонами.

Мнения, высказанные в рубриках «Позиция» и «Блоги», передают взгляды авторов и не обязательно отражают позицию редакции

Уважаемые посетители форума "Эхо Кавказа", пожалуйста, используйте свой аккаунт в Facebook для участия в дискуссии. Комментарии премодерируются, их появление на сайте может занять некоторое время.

XS
SM
MD
LG