Accessibility links

Самосбывшиеся прогнозы: сколько еще?


За все лето 2015-го потери силовиков на всем Кавказе составили пять убитыми и шесть ранеными. Для сравнения: за лето 2014-го – 10 убитыми и 30 ранеными

За все лето 2015-го потери силовиков на всем Кавказе составили пять убитыми и шесть ранеными. Для сравнения: за лето 2014-го – 10 убитыми и 30 ранеными

Из Чечни – только хорошие новости!

Мир воцарился здесь. Где теперь сообщения с фронтов «контртеррористической операции»? Не то что «ушли из топов», – вообще не найдешь в новостных лентах.

А ведь воевали... С кем только, теперь и не припомнишь. С кем сражались сначала «федералы», а потом – нукеры Рамзана Кадырова, получившего «ярлык на княжение»?

Сначала с сепаратистами-«ичкерийцами». Именно они были «целью номер один». Вряд ли случайно то, что избранный в январе 1997-го президент Масхадов был убит в марте 2005-го, а «террорист номер один» Басаев погиб в июле 2006-го, подорвавшись на своем же «сюрпризе». Но правда и то, что уже летом 2002-го басаевская «Миджлис-уль-Шура» объединилась с масхадовским «Государственным комитетом обороны Ичкерии». Российские власти получили самосбывающееся пророчество: долго и упорно приравнивая сепаратистов к террористам, они таки добились воплощения этого в жизнь. Правда и то, что после октября 2002-го, после Норд-Оста, пути назад, похоже, не было...

Потом воевали с террористами-«имаратчиками»: 7 октября 2007 года Доку Умаров, преемник преемника Масхадова, что называется, закрыл проект и учредил вместо Ичкерии «Имарат Кавказ». Российские власти получили еще одно самосбывающееся пророчество: вместо локализованного политического проекта они теперь имели дело с общекавказским фундаменталистским подпольем, внесистемным, по сути, не имевшем программы в политическом пространстве. Собственно, Умаров признал очевидное – активность подполья все более уходила за пределы Чечни: 2004-й – нападение на Ингушетию и теракт в Беслане, 2005-й – вооруженное выступление в Нальчике, и недаром в 2006-м Басаев погиб за пределами Чечни. С 2007-го активность «имаратчиков», если оценивать ее по числу погибших и раненых силовиков (а как еще?), ушла в большей мере сначала в Ингушетию, а с 2009-го – в Дагестан. У лидера «Имарата» не было особых сомнений в терроре как методе: он брал на себя ответственность за взрывы в московском метро в 2010-м и в аэропорту Домодедово в 2011-м, оправдывая убийство «мирных», гражданских лиц. Умаров погиб в сентябре 2013-го, девятое сообщение о его смерти оказалось правдой. Пришедший ему на смену в марте 2014-го Алиасхаб Кебеков, напротив, пытался ограничить собственно террористическую активность, запретив использование женщин в ходе атак и запретив атаковать «мирных». Кажется, ему это отчасти удалось. Но вот только в конце 2014-го ряд полевых командиров «Имарата» заявили о присяге («баяте») «Исламскому государству Ирака и Леванта».

Заканчивая затянувшийся экскурс в прошлое, зададимся вопросом: что произошло за год?

За всю осень ушедшего 2015 года на Кавказе от атак боевиков был убит один силовик, семеро ранены. Для сравнения: за осень 2014-го – восемь убитых и 22 раненых, за осень 2013-го – 38 убитых и 58 раненых. Второй год – троекратное снижение.

Может, это осень такая? Но вот за все лето 2015-го потери силовиков на всем Кавказе составили пять убитыми и шесть ранеными. Для сравнения: за лето 2014-го – 10 убитыми и 30 ранеными.

Это уже многолетняя устойчивая тенденция, отчасти связанная с «работой» спецслужб: согласно неполным данным за 2015 год, они числят «уничтоженными» 156 боевиков, среди которых трое амиров «Имарата» – Алиасхаб Кебеков и его преемник Магомед Сулейманов, пробывший в амирах с июля по август 2015-го, и преемник последнего Магомед Абдулаев, срок которого составил с 12 по 17 августа. О новом преемнике амира «Имарата» ничего пока не слышно. Осенью сообщалось об успешных «спецоперациях» в дагестанском селе Гимры, в ходе которых, похоже, была разгромлена последняя верная «Имарату» крупная группировка.

Победа? Очень относительная.

Потому что четверо остающихся на Северном Кавказе наиболее известных полевых командиров подполья – Рустам Асельдеров, Гасан Абдуллаев, Аслан Бютукаев и Залим Шебзухов, присягнули «Исламскому государству» вместе со своими людьми. А ведь когда год назад, в декабре 2014-го, Рустам Асельдеров заявил о «баяте», данном «Исламскому государству», тогдашний амир Кебеков его «уволил».

Подводя итоги, мы видим: за год «ландшафт» на Кавказе сменился коренным образом. «Имарат Кавказ», похоже, почил, не дожив до восьми лет. Оставшееся подполье – пусть значительно ослабленное – теперь, видимо, следует именовать вилаятом «Исламского Государства». А это уже совсем другие методы. Еще один самосбывшийся прогноз: сколько лет наши пропагандисты говорили о международном терроризме, направляемом извне, – нате, получите!

Пусть «в топах» сообщения из Сирии, где воюют сотни и чуть ли не тысячи выходцев с Северного Кавказа вообще и из Чечни в частности. Именно этот исход, кстати, в значительной мере объясняет успехи силовиков в последние три года: подполье занялось «отхожим промыслом».

И пока что оно не вернулось, «из Чечни – только хорошие новости».

Уважаемые посетители форума "Эхо Кавказа", пожалуйста, используйте свой аккаунт в Facebook для участия в дискуссии. Комментарии премодерируются, их появление на сайте может занять некоторое время.

XS
SM
MD
LG