Accessibility links

ПРАГА---Цены на нефть устанавливают антирекорды десятилетия, и экономика России переживает беспрецедентный кризис. Тем временем драм демонстрирует завидное безразличие к девальвации российского рубля. О ситуации в армянской экономике мы побеседовали с экономистом Ашотом Егиазаряном.

Катерина Прокофьева: Ашот, вчера премьер-министр Армении заявил о том, что республика просит Россию снизить тарифы на природный газ. Предприниматели обратились к нему с такой просьбой: снизить тариф на импортируемый газ и осуществлять ценообразование на газ в национальной валюте, а не в долларах. Как вы думаете, что будет хотеть Россия, если согласится на снижение тарифов? В 2013 году «Газпром» снижал тарифы как раз в обмен на вступление Армении в Евразийский экономический союз...

Ашот Егиазарян: Честно говоря, я не ожидаю каких-то дисконтов, но даже если они будут, то это не означает, что Армения решит вопросы с «Газпромом». Цены на газ сейчас для Армении, для конечного потребителя остаются высокими по сравнению с международными или региональными ценами. Может быть, какие-то уступки будут со стороны «Газпрома», потому что все-таки цены на углеводороды сейчас падают и эта тенденция продолжается.

Катерина Прокофьева: В обмен на что это снижение тарифов? Меньше года назад было последнее снижение тарифов, но оно совершенно не отразилось на рядовых потребителях.

Ашот Егиазарян: Сейчас сложно сказать, в обмен на что будет снижение тарифов. В прошлом году было решено, что Армения готова купить газ в рублях, то есть вести взаиморасчеты в рублях. Россия может опять использовать этот момент – вести расчеты в рублях, но этому я тоже не верю. Скорее всего, Россия даже не пойдет на такие уступки.

Катерина Прокофьева: А если властям Армении не удастся избежать повышения цен на электроэнергию в этом году, то нас опять ожидают социальные протесты, и власти этого боятся, правильно я понимаю?

Ашот Егиазарян: Сейчас ситуация ухудшается. Если цены еще поднимутся, то это означает, что армянская экономика вообще станет неконкурентоспособной. Я думаю, что в Москве сейчас другие проблемы. Сейчас Москве надо решить свои проблемы. Цены на нефть являются решающим фактором для функционирования экономики России, но российская экономика основана на добыче и экспорте углеводородов, и цены на нефть и газ на мировых рынках уже рухнули – сегодня цена на нефть за один баррель составляет меньше 20 долларов. Вместе с тем Запад продолжает осуществлять политику изоляции России. В данных условиях российская экономика оказалась в тяжелейшем положении. Фактически она рушится на глазах. Россию ожидает также бюджетный кризис с серьезными социально-политическими последствиями. По словам российского премьера, ситуация даже драматичная. Более точное определение данной ситуации дал председатель Сбербанка, бывший министр экономического развития и торговли России Герман Греф, по словам которого Россия проиграла конкуренцию с другими странами. В действительности Россия сегодня технологически отсталая и бедная страна.

Вы правильно заметили, что наша экономика зависит от российской и не только по газу. Данная ситуация, конечно, влияет на нашу экономику. В первую очередь это проявляется в сокращении объемов частных трансфертов из России в Армению. Объемы частных трансфертов из России существенно сократились уже в прошлом году более чем на полмиллиарда долларов. Эта тенденция продолжится и в этом году. В прошлом году были также проблемы, связанные с реализацией армянских товаров на российском рынке, в результате чего экспорт из Армении в Россию сократился почти наполовину. Были и остаются также проблемы с логистикой. Единственная автомобильная дорога через Ларс, связывающая Армению с Россией, часто непроходима. Конечно, сокращение объемов трансфертов из России и экспорта армянских товаров в Россию давит на курс армянского драма.

Катерина Прокофьева: За счет чего держится драм, по-вашему?

Ашот Егиазарян: Укрепляющие факторы, прежде всего, касаются сокращения объемов импорта более чем на 25% и привлечения правительством новых иностранных кредитов, поэтому сегодня драм относительно стабилен, хотя мы уже отметили, что курс рубля тоже влияет на армянский драм. В денежном выражении объемы трансфертов сокращаются. Физически они могут не сокращаться, но если перевести в долларовое соотношение, они сокращаются.

Катерина Прокофьева: Но Армения зависима от состояния российского рынка не только экономически, но и политически в плане принятия решений по экономической политике в силу ее членства в Евразийском экономическом союзе. Какой вы видите ситуацию в Армении в связи с этим в краткосрочной и среднесрочной перспективе?

Ашот Егиазарян: Членство в Евразийском экономическом союзе серьезно связывает руки Армении и лишает ее проведения независимой торгово-экономической политики. Пока Армения состоит в этом союзе, перспективы ее экономического развития остаются неопределенными. Скорее всего, можно ожидать ухудшения положения.

Катерина Прокофьева: Есть ли сейчас в стране политическая воля для того, чтобы изменить экономическую политику?

Ашот Егиазарян: Это самый трудный вопрос. Я сейчас, конечно, ее не вижу, но, наверное, придет такой момент, когда власти будут вынуждены поднять какие-то вопросы. Вы уже сказали, что премьер-министр обратился к Москве по поводу снижения цен на газ, но я думаю, что решение вопроса зависит только от того, что Армения должна выйти из ЕАЭС – этот союз просто тупик для развития республики. Армения должна максимально приблизиться к Европе, интегрироваться в западные структуры. В создавшемся положении это просто единственный выход. В конце прошлого года Европейский союз инициировал старт новых переговоров с Арменией для подписания нового соглашения. Вот надо крепко уцепиться за это и не потерять очередной шанс. Ослабление России открывает многие возможности – в первую очередь надо наращивать сотрудничество с Западом в сфере энергетики и транспорта. В ЕАЭС, конечно, есть правовая договорная база, но там многие пункты и положения все-таки оставляют место для альтернативной политики. Казахстан и Беларусь ведут свою относительно самостоятельную политику, и это тоже говорит о том, что просто ЕАЭС не состоявшееся региональное объединение. Вот и вся надежда.

Катерина Прокофьева: Российская компания «Роснефть» является монополистом оптовых поставок нефтепродуктов в Армению. Насколько это препятствует тому, чтобы Армения, как страна-импортер нефтепродуктов, воспользовалась снижением цен на нефть? Могут быть какие-то плюсы в падении цен на нефть для Армении?

Ашот Егиазарян: В целом, конечно, можно прийти к выводу, что позиции российских компаний, в том числе и «Роснефти», в Армении слабеют. Российские компании не имеют достаточных финансово-технологических ресурсов для прибыльной работы на армянском рынке. Свидетельство этому компания «Интер РАО», которая в прошлом году продала свои акции «Армянских электросетей» российскому бизнесмену армянского происхождения, владельцу группы «Ташир» Самвелу Карапетяну. Невозможно скрывать также неэффективную работу «Южно-кавказских железных дорог», являющихся концессионером «Армянских железных дорог». Пока вроде без проблем работает российская сотовая компания МТС и «ВымпелКом», но со временем, наверное, и у них появятся проблемы. Что касается конкретно «Роснефти», пока она работает, я думаю, прибыльно, но за счет высоких цен на бензин, однако сколько так будет продолжаться, неясно, так как в Армении уже громко говорят об этом, потому что это уже ненормальная, неестественная ситуация.

Катерина Прокофьева: А есть ли возможности для диверсификации поставок нефти в Армению?

Ашот Егиазарян: Возможности всегда были, но сейчас руки Армении связаны обязательствами перед ЕАЭС: заключены контракты и Армения вынужденно покупает топливо только одного поставщика-монополиста – «Роснефти». Да, был в свое время проект провести нефтепровод из Ирана до Ерасха, иранцы даже хотели весь проект финансировать сами, но тогда тоже Москва не допустила реализации этого проекта. Мы могли получить нефтепродукты по очень низким ценам, но проект был заблокирован со стороны Москвы.

Катерина Прокофьева: В прошлом году, если я не ошибаюсь, были поиски нефти в Армении, в районе озера Севан...

Ашот Егиазарян: Эти поиски не дали таких результатов, чтобы мы могли говорить уже о промышленной добыче нефти, о коммерческих запасах. Таких запасов нефти и газа в Армении нет. Есть, конечно, запасы, но они не имеют промышленного, коммерческого значения.

Уважаемые посетители форума "Эхо Кавказа", пожалуйста, используйте свой аккаунт в Facebook для участия в дискуссии. Комментарии премодерируются, их появление на сайте может занять некоторое время.

XS
SM
MD
LG