Accessibility links

Гия Мепаришвили: «Конституционный суд действительно последний бастион «националов»


Бывший заместитель председателя Конституционного суда Грузии, профессор и доктор права Кавказского международного университета Гия Мепаришвили

Бывший заместитель председателя Конституционного суда Грузии, профессор и доктор права Кавказского международного университета Гия Мепаришвили

ПРАГА---Конституционный суд Грузии продолжает штормить. Представители власти часто называют его последним оплотом «националов». Накануне следователи Главной прокуратуры страны несколько часов допрашивали председателя Конституционного суда Георгия Папуашвили, который ранее заявил о давлении на судей. Сами судьи разделились на два лагеря – трое поддерживают действующего председателя, пятеро других, во главе с Мерабом Турава, обвиняют его в предвзятости и политизированности. В частности, они утверждают, что Папуашвили единолично принимает решения об ускоренном рассмотрении политически резонансных дел. Неправительственные организации и эксперты между тем предупреждают, что на кону не только независимость этого важного института, но и авторитет всей судебной системы. Так ли это, – об этом мы говорим с Гией Мепаришвили – бывшим заместителем председателя Конституционного суда, который занимал эту должность с 1996 по 1999 год, он профессор и доктор права Кавказского международного университета.

Нана Плиева: Господин Мепаришвили, какова природа теперь уже очевидного раскола в Конституционном суде? Многие эксперты считают, что это последний бастион, который власти не смогли взять, и борьба идет именно за контроль над этим органом.

Гия Мепаришвили: В общем, рядовым гражданам, и не только рядовым гражданам, а особенно тем, кто раньше работал в Конституционном суде, небезразлично, что сейчас происходит в Конституционном суде. Хочу отметить, что действительно происходят как раз нежелательные события и явления. Я вкратце описал бы эту ситуацию как «чехарда» в Конституционном суде. Это без преувеличения так. Мы докатились до того, что судьи выясняют отношения через средства массовой информации – объясняют, передают информацию средствам массовой информации, дипломатическому корпусу, оправдывают свои поступки. В общем, что происходит – только богу известно.

Нана Плиева: А почему это происходит?

Гия Мепаришвили: Я боюсь, что тут причины кроются именно в политических мотивах. Это самое досадное, что я хочу подметить. Обязательно надо это сказать. Просто-напросто та версия, которую вы только что повторили, которая распространена среди населения, – это все-таки не беспочвенно. Это действительно последний бастион «Единого национального движения», которое сейчас как раз не хочет смириться с тем, что в ближайшее время будут проведены парламентские выборы, на которые (возлагается) очень большая надежда и на которых сосредоточены сейчас все граждане Грузии. Предвыборная кампания в разгаре, естественно, если сейчас ситуация накаляется, то накаляется как раз чересчур выходящими за рамки событиями. Именно на этом сыграл Конституционный суд, к сожалению. Конституционный суд – орган очень серьезный, не имеет как раз политическую окраску и нагрузку. Это орган, который решает правовыми способами политические споры. Но, к сожалению, суд оказался в гуще политики, и это очень плохо.

Нана Плиева: Вы говорили о политической игре суда в предвыборный период – что вы имеете в виду?

Гия Мепаришвили: Имеется в виду то, что часть из девяти судей, которые сейчас работают в Конституционном суде, симпатизируют бывшим властям Грузии, которые сейчас хотят вернуться и победить на парламентских выборах, и это естественное желание, но суд не имеет права и возможности – и это противоречит как раз всем законам логики и действующего законодательства – принимать участие в таких политических распрях. Это не его дело. Именно Конституционному суду не свойственна такая природа.

Нана Плиева: Вы говорили о публичном выяснении отношений… Из этой публичной полемики становится ясен расклад сил. И, судя по всему, большинство – пятеро судей все-таки симпатизируют не бывшей правящей партии, а нынешней.

Гия Мепаришвили: Знаете, проблема заключается в том, что официально делаются заявления очень ответственным должностным лицом – председатель Конституционного суда страны заявил, что на него оказывается давление. Со стороны кого? Он не называет. Более того, он продолжает говорить о том, что незаконное воздействие происходит на судей, которые рассматривают нашумевшие политические дела – «дело о кабелях», «Рустави 2» и т.д. Главная прокуратура уже завершает проверку. Восемь членов Конституционного суда отказались, говорят о том, что никакого давления со стороны властей, средств массовой информации на них нет.

Нана Плиева: Вы считаете, что Георгий Папуашвили выдумал все это? За его заявлениями ничего не стоит?

Гия Мепаришвили: Я ничего не говорю, потому что сегодня его должны допросить, и посмотрим, что он скажет. Я пока не знаком с содержанием разговора, какие у него претензии. Видимо, он что-то скрывает. Если скрывает, то, пожалуйста, сегодня будет это, наверное, (известно). Я сомневаюсь, что из-за этого что-нибудь происходит, потому что мне это больше кажется, к сожалению, политическим заказом, чем обычным явлением. Кого это устраивает, нетрудно догадаться.

Нана Плиева: Срок полномочий четырех из девяти судей истекает в сентябре...

Гия Мепаришвили: В конце сентября истекает конституционный срок – это очень серьезно. Парламент, Верховный суд и президент выдвинут новые кандидатуры.

Нана Плиева: Связана ли развернувшаяся борьба с попыткой провести в суд своих людей?

Гия Мепаришвили: Эта ротация судей обязательно подействует на качество судебного разбирательства и на качественный состав нынешнего Конституционного суда. К сожалению, хочу это подметить.

Нана Плиева: У вас нет надежды, что место этих четырех судей займут принципиальные и независимые люди?

Гия Мепаришвили: Члены Конституционного суда не должны вести себя так, как сейчас они себя ведут. Они выясняют свои отношения через третье лицо – неправительственные организации, дипломатический корпус, телевидение, составляют какие-то справки, заявления, обращения. Что это такое?! Это не судебная деятельность, это не свойственные суду функции. Политизация судебной деятельности – это чревато нежелательными последствиями, и это обязательно наступит. Какие плоды мы получим? Ничего хорошего не получим.

Нана Плиева: Власти открыто выражали недовольство и не раз критиковали Конституционный суд, в частности, после того, как он признал незаконным предварительное заключение экс-мэра Тбилиси Гиги Угулава, приостановил исполнение судебного решения о передаче телекомпании «Рустави 2» бывшему владельцу – бизнесмену Кибару Халваши. В последнее время дело «Рустави 2», а также т.н. дело о кабелях очень часто фигурируют. Эти громкие дела стали триггером этой борьбы?

Гия Мепаришвили: Это нашумевшие дела, которые сейчас находятся как раз в портфеле Конституционного суда Грузии. Я не политик, не политический деятель и никакой симпатии к политическим движениям (у меня нет), не возглавляю и не хочу, но хочу подчеркнуть, что Конституционный суд – орган деполитизированный, он подчиняется только Конституции и выполняет только функции конституционного контроля – это очень важное дело. Обратите внимание, чтобы рассмотреть конституционные иски физических лиц, требуется не меньше девяти-десяти месяцев. Общая очередь сейчас в Конституционном суде Грузии после подачи конституционной петиции, документов составляет примерно девять-десять месяцев – возникает вопрос: почему именно такие дела, где как раз стороной является «Единое национальное движение» или бывшие власти, рассматриваются в течение нескольких дней? Это же совершенно резонный вопрос: кто делает исключение ради них и почему?

Нана Плиева: Судьи говорят, что это обусловлено высоким общественным интересом к этим делам...

Гия Мепаришвили: Давайте вот об этом как раз и поговорим. И раньше – имеется в виду первый состав, членом которого я состоял, – мы имели возможность, которую предусматривает закон: в связи с актуальностью конкретных исковых заявлений ускорить процесс, но решение принималось только коллегиально пленумом единогласно (хочу подчеркнуть), и после этого мы рассматривали дело. А здесь ничего такого нет. По единоличному распоряжению председателя такие дела попадают именно первой коллегии. Почему не второй? Как раз на это обратили внимание и сказали: в чем такая необходимость, и почему такие процессы – ответов нет. Надо на них ответить, попробовать, во всяком случае, на них ответить. В общем, тут вопросов много. Кризис в Конституционном суде – это факт, от этого никуда не денешься, но посмотрим... Я думаю, что где-то в конце сентября все успокоится.

Нана Плиева: В результате ротации, кто займет четыре кресла?

Гия Мепаришвили: Лучше, если те, кто попадет в Конституционный суд, будут избираться или назначаться по Конституции Грузии. Конституционный суд состоит из девяти судей – троих избирает парламент, трое назначаются президентом, а трое из пленума Верховного суда Грузии. В конце сентября истекает срок четырех судей. Естественно, процессы выдвижения новых кандидатур уже начнутся где-то в конце сентября. Я думаю, что лучше будет, если туда попадут люди, которые не имеют политической биографии и не были политическими деятелями. Это очень плохо влияет на дальнейшую судьбу этих процедур, возникает много подозрений, и очень часто как раз под такие подозрения попадает именно нынешний председатель, который стоял у истоков «Единого национального движения», «Кмара» и других неправительственных организаций, которые симпатизируют «Единому национальному движению». Это факт, и от этого никуда не денешься. Лучше, если это будут научные сотрудники, которые работают в университетах, научно-исследовательских институтах.

Нана Плиева: Насколько обоснована ваша надежда, что туда попадут нейтральные люди, ведь неправительственные организации говорят, что поправки в закон, принятые недавно, не гарантируют независимой работы Конституционного суда? Их теперь оспаривают в том же суде около сорока представителей неправительственных организаций…

Гия Мепаришвили: Неправительственные организации имеют очень большое значение в развитии деятельности демократии, но неправительственные организации не в состоянии оценить уровень подготовленности кандидатов на судебные должности. Это лицо, которое имеет высшее юридическое образование, возраст – раньше было 35 лет, потом сделали для нынешнего председателя 30, и плюс еще безупречное поведение и безупречная биография. Эта безупречность биографии обуславливается как раз неполитизированностью. Грузия – не маленькая и не очень большая страна, так что здесь соответствующих кандидатур много, надо просто искать, найти и выдвигать юристов-профессионалов. В неправительственных организациях молодые люди, они, естественно, заинтересованы как раз в другом исходе, другом развитии. Неужели неправительственные организации в состоянии оценить уровень подготовки кандидата на судебную должность? Это же нереально. Это молодые люди, которым по 20, 25 лет...

Нана Плиева: Но они тоже юристы и указывают на то, что, согласно поправкам, никто не обязан обосновывать принятое решение и невозможно его обжаловать. У вас не возникает вопроса почему?

Гия Мепаришвили: Нет, это другой вопрос. Если речь идет о совершенствовании законодательства, – это другой вопрос. Говоря о неправительственных организациях, на которые обращают внимание, это как раз не очень беспочвенные претензии. Во всех цивилизованных странах в такой деятельности принимают участие научная общественность, научные организации, правительственные организации, юридическое сословие. Вот они и ищут соответствующие кадры и выдвигают их на эту ответственную должность. Неправительственные организации должны принимать участие, но не на этом уровне вопрос должен решаться.

Нана Плиева: Например, в конце прошлого года Высший совет юстиции большинством голосов утвердил Левана Мурусидзе на пост судьи Тбилисского апелляционного суда. С именем этого человека связано скандальное дело Сандро Гиргвлиани. Поэтому возникает множество вопросов и теперь. Те же неправительственные организации, многие эксперты опасаются, что в КС будут назначены ретивые исполнители, которые будут служить не закону, а определенным политическим интересам. Эти опасения, учитывая опыт последних лет, обоснованы?

Гия Мепаришвили: Знаете, вопрос совершенно закономерный. Да, так и случилось в отношении Левана Мурусидзе, такая ситуация действительно имела место, и Высший совет юстиции все-таки пришел к выводу, что он должен быть секретарем, несмотря на то, что были какие-то конкретные претензии. Но что поделаешь? Процедура, которая происходит в рамках закона, иногда завершается не очень-то положительно, если не противоречит закону. Речь идет как раз о вкусах и о возможностях, которыми в общем-то располагает Совет юстиции. К сожалению, Совет юстиции как раз не оказался на должном уровне. Неправительственные организации тут действительно правы. Что касается заинтересованности политических структур – парламента, президента и правительства, – это же естественно. Ничего здесь противоположного я не вижу. Попадут или не попадут в эти ряды (имеется в виду судебная работа Совета юстиции, Конституционного суда или общих судов) недостойные граждане, никто нас не застрахует от этого. Сфера деятельности неправительственных организаций – именно эта часть. Здесь они должны показать свой уровень. Действительно, сейчас очень активно распространяют очень хорошую обзорную информацию, но решение должны принимать профессионалы. Я подчеркиваю – профессионалы. Имеется в виду юридическое сословие.

Нана Плиева: Вы надеетесь, что это случится именно так – эти четыре места займут нейтральные и профессиональные судьи?

Гия Мепаришвили: Я хочу на это надеяться. С надеждой человек живет и умирает, так что – посмотрим.

Уважаемые посетители форума "Эхо Кавказа", пожалуйста, используйте свой аккаунт в Facebook для участия в дискуссии. Комментарии премодерируются, их появление на сайте может занять некоторое время.

XS
SM
MD
LG