Accessibility links

Коба Ликликадзе: «Флот в Грузии вообще не существует»


Военный эксперт, обозреватель Грузинской службы Радио Свобода Коба Ликликадзе

Военный эксперт, обозреватель Грузинской службы Радио Свобода Коба Ликликадзе

ПРАГА---Министерство обороны Грузии в последнее время оказывается в эпицентре общественного внимания. И дело даже не в том, что Министерство обороны стало самым сложным для коалиции, а за два месяца до парламентских выборов сменился министр. И других информационных поводов хватает. Военные учения России, трагедия во время учений грузинских подводников, медицинская эвакуационная машина, чья отвалившаяся передняя ось взволновала экспертов во многих странах и заставила еще раз обдумать, почему Саудовская Аравия обратила внимание на грузинский военпром. Обо всем этом мы говорим с военным экспертом, обозревателем Грузинской службы Радио Свобода Кобой Ликликадзе.

Катерина Прокофьева: Коба, считается, что Россия пользуется возможностью внезапных военных проверок для прикрытия сосредоточения своих войск на нужном направлении, поэтому, когда в конце августа начались учения «Кавказ-2016», многие грузинские эксперты были обеспокоены – высказывались опасения, что можно ждать каких-то «сюрпризов» от Кремля, а военный эксперт Вахтанг Маисая даже связал это с подготовкой к парламентским выборам в Грузии. Как вы относитесь к таким заявлениям и опасениям?

Коба Ликликадзе: Политическая экспертиза – это не точная наука, чтобы сейчас точно что-то сказать, но политическая аллюзия, наверное, существует все-таки, потому что, если вспомнить, как раз накануне войны 2008 года закончились такие же учения – «Кавказ-2008». Легендой учений было уничтожение, выдавливание грузинских вооруженных сил, вторгшихся на сепаратистские территории Южной Осетии и Абхазии. Т.е. аналогия точная. Что касается парламентских выборов, то такие же учения происходили накануне парламентских выборов 2012 года. И, вообще, вчера была очень интересная статья в Newsweek, где говорилось, что Россия за последние десять лет провела больше учений, чем все страны НАТО провели за период после холодной войны. Т.е. настолько активно идет подготовка, обучение российских войск на всех направлениях, что они будут совпадать с какими-то мероприятиями в любом государстве. Строить на этом какие-то далеко идущие прогнозы, наверное, все-таки не стоит, потому что мы видим, что из-за т.н. сбалансированной политики стратегического терпения грузинских властей за последние восемь лет не было ни одного конфликта между Россией и Грузией. Так что и на этот раз учения закончатся, и я думаю, что это не оставит никакого следа в политической жизни Грузии. Сейчас начинается новая фаза учений, в которой будут привлекаться все округа, которые в большинстве своем включают и Южную Осетию, и Абхазию.

Катерина Прокофьева: Но на фоне того, что Россия увеличивает численность армии и модернизирует технику, усилились в Грузии разговоры об обязательной интеграции в НАТО или это просто предвыборная риторика?

Коба Ликликадзе: Мы можем говорить «халва, халва» сколько нам понадобится, но от этого во рту слаще не станет. Сколько бы мы ни говорили, сколько бы разные компании в своих исследованиях не отмечали высокий уровень готовности грузинского общества к интеграции в евроатлантические структуры, это не зависит от Тбилиси, к сожалению, это зависит от ведущих держав-членов НАТО, и говорить об этом в предвыборный период в Грузии... Я даже думаю, что это актуально, но все-таки народ ждет, чтобы уменьшилась безработица, чтобы социальная жизнь стала лучше, чтобы у людей была зарплата и т.д. Т.е. социальный сегмент важнее в предвыборный период, нежели говорить сейчас, что мы вступим в НАТО. Даже если 100% грузин будут кричать и говорить, что мы хотим в НАТО, от этого ничего не изменится.

Катерина Прокофьева: Другой вопрос у меня по поводу утонувших военнослужащих-подводников, тела которых так и не нашли. Министр обороны Леван Изория предъявил претензии к армейскому руководству. Он сказал, что в Грузии вообще нет квалифицированных специалистов для того, чтобы проводить учения боевых пловцов, и что у лиц, которые проводили эти учения, были сертификаты водолазов, а не инструкторов, чем заслужил критику своей предшественницы Тины Хидашели. Как вы считаете, что произошло, кого винить в том, что произошло, и справедливы ли такие заявления, нужна ли на самом деле прокурорская проверка по этому факту?

Коба Ликликадзе: Во-первых, я могу констатировать факт: еще руководитель военной полиции Грузии говорил о том, что они возбудили уголовное дело по статье 113, которая, по-моему, предусматривает гибель двух или более лиц, факторы, которые привели к гибели, – значит, что-то произошло. Там погибли сразу двое пловцов Министерства обороны Грузии, которое должно ответить родителям, родственникам этих солдат, почему погибли: был шторм в море или все-таки имела место какая-то халатность, как сейчас говорит Леван Изория. Это покажет следствие, и я думаю, что оно будет открытым, потому что общественный интерес огромный в этом отношении, тем более что уже, как говорят, перчатка брошена, и эту перчатку подхватил начальник Генштаба Грузии, который ответил, что у этих инструкторов все-таки были сертификаты, но что-то там произошло. Он тоже как-то сумбурно ответил – вроде что-то отрицает, но чего-то не отрицает, но это стиль Вахтанга Капанадзе. Я думаю, что следствие надо провести и надо дать ответы на все вопросы, в первую очередь родственников и общественности.

Катерина Прокофьева: На этом фоне также усилились разговоры о том, что флот вообще самое слабое место грузинских вооруженных сил...

Коба Ликликадзе: Флота вообще не существует. Начнем с того, военно-морские силы Грузии во времена (Михаила) Саакашвили и его воинских реформ были выведены как отдельный род войск из состава вооруженных сил Грузии – осталась только, по-моему, береговая охрана. В пользу Хидашели я скажу, что она на закате своей карьеры, как министр обороны, начала это восстанавливать. Вообще, что восстанавливать? Если честно, название было «военно-морские силы Грузии», но это не соответствовало действительности. Иметь военно-морской флот для Грузии – это большая роскошь, и я думаю, что с таким бюджетом вооруженные силы Грузии не смогут его содержать. Или если это будет какой-то сегмент, то это будет всего лишь ритуально. Так что это глубоко политический вопрос, и на государственном уровне его надо решать. Но все-таки я думаю, что надо, чтобы кто-то был ответственен за такие просчеты, которые произошли в Гонио.

Катерина Прокофьева: Леван Изория был назначен 1 августа. Он успел сделать что-нибудь, что нам позволило бы оценить этот месяц пребывания его на посту министра обороны?

Коба Ликликадзе: Вообще, нормальные люди оценивают минимум через три месяца после т.н. медового месяца политика. У министра обороны тоже может быть такая поблажка в этом отношении, тем более что его назначение совпало с трагической ситуацией. Он почти две недели находился там, принимал участие в поисково-спасательной операции. Он вообще очень порядочный человек – Леван Изория, – государственник, хороший менеджер, хороший юрист. Станет ли хорошим министром обороны? Ну, это покажет время, потому что в истории Грузии ведь бывали министры, которые начинали с огромным авторитетом, и потом их авторитет в конце их карьеры был на уровне плинтуса. Я не буду называть их имена, но многие об этом могут догадаться. Так что поживем – увидим.

Катерина Прокофьева: Бронемашина Didgori грузинского производства, которая потеряла переднюю ось при атаке в Йемене, сразу спровоцировала споры о качестве грузинской военной промышленности. Какова ее надежность, по-вашему?

Коба Ликликадзе: Дело в том, что графическая информация в социальных сетях появилась раньше, чем видео, снятые самими же этими экстремистами, в осаду которых попала группа военнослужащих Саудовской Аравии. Там уже отчетливо видно – не надо глубоко копать и быть большим экспертом, что в первую очередь механик-водитель очень неправильно эксплуатирует машину и что это было реальное боевое участие, и машина не развалилась, а это просто было воздействие извне и ошибка механика-водителя. В любом случае я заинтересовался, звонил в Delta. Никакой официальной жалобы от Саудовской Аравии не поступило, и контракт продолжается. И то, что грузинская боевая машина получила такое боевое крещение, – это все-таки говорит в пользу этой машины, потому что мы видим вообще парадоксальную ситуацию, что эти боевые машины пока на вооружении Грузии не имеются, и мы не знаем их реального боевого потенциала. Нет худа без добра, так что сейчас мы видим, что там произошло. На видео видно, что не так уж и плохая эта машина – не развалилась, а просто был реальный боевой эпизод. Наверное, любая боевая машина выдающихся стран получила бы тот же самый ущерб, что и грузинская.

Уважаемые посетители форума "Эхо Кавказа", пожалуйста, используйте свой аккаунт в Facebook для участия в дискуссии. Комментарии премодерируются, их появление на сайте может занять некоторое время.

XS
SM
MD
LG