Accessibility links

ПРАГА---14 октября в Ереване прошла сессия Совета коллективной безопасности Организации Договора о коллективной безопасности. Страны-участницы ОДКБ приняли проект стратегии коллективной безопасности до 2025 года, решили создать новую аналитическую структуру – Центр кризисного реагирования, обсудили терроризм, но главные вопросы для Армении, которая принимала саммит, остались нерешенными. Не принято решение о кандидатуре на пост генсека ОДКБ, которым должен был стать представитель Армении, и не обсуждена карабахская проблема – сделано лишь формальное заявление для красного словца. Подводим итоги саммита и председательствования Армении в ОДКБ с армянским экспертом, журналистом Айком Халатяном.

Катерина Прокофьева: Айк, как вы думаете, по какой причине вопрос назначения генсека ОДКБ был снова отложен? Можно ли, учитывая еще прошлогоднее продление полномочий (Николая) Бордюжи, теперь считать это однозначным признаком недоверия к Армении и как в Ереване на это отреагировали?

Айк Халатян: Тут я бы однозначно не сказал. По-моему, есть две версии того, что новый генсек не был выбран. Первая – это внешняя причина, можно предполагать, что те кандидатуры, которые предлагает армянская сторона, не очень устраивают некоторых членов ОДКБ – здесь я имею в виду не Россию, а, к примеру, Белоруссию и особенно Казахстан, который является лоббистом интересов Турции и Азербайджана в рамках ОДКБ в Евразийском союзе. Учитывая то, что все кандидатуры, которые предложила армянская сторона, те имена, которые муссируются с армянской стороны в местной прессе – бывший начальник главного штаба Юрий Хачатуров, экс-министры обороны Сейран Оганян или Вагаршак Арутюнян, – все они участники карабахской войны, может быть, кого-то такие люди не устраивают.

С другой стороны, это может быть обусловлено внутренними причинами. Одно время утверждалось, что должность генсека ОДКБ должен будет занять экс-министр обороны Сейран Оганян, потом он публично отказался от нее. Не исключено, что это одна из версий. Может быть, армянская сторона взяла время, чтобы суметь как-то убедить Сейрана Оганяна все-таки занять эту должность, потому что, по моему личному мнению, из всех перечисленных мною кандидатур именно он является оптимальным на эту должность с армянской стороны, т.к. его знают, уважает политическое руководство в самом ОДКБ, а остальные кандидатуры не очень известны, и они больше именно военные фигуры, чем политические.

Катерина Прокофьева: Есть еще мнение, что это не устраивает именно Россию, поскольку уже армянин Тигран Саркисян возглавил Коллегию Евразийской экономической комиссии...

Айк Халатян: Нет, я так не считаю, потому что в данном случае всем понятно, что решение принято, что это будет на ротационной основе. Если бы Россия была против, то она бы просто в свое время не согласилась на это. Надо отметить очень важную вещь: в ОДКБ как бы сформировались две группы государств. Первая – это Россия и Армения, а также к ним можно отнести Киргизию и Таджикистан (которые ощущают опасность со стороны исламистских террористических группировок из Афганистана), которые заинтересованы в развитии ОДКБ именно как военно-политического союза. Вторая группа – это Казахстан и Белоруссия, которые не очень-то и заинтересованы в превращении ОДКБ в реальный военно-политический союз. Белоруссия играет как более или менее нейтральное государство. В свою очередь, для Казахстана отношения с рядом государств намного более важны – к примеру, с Турцией или Азербайджаном, – чем интересы и отношения со своими союзниками в рамках ОДКБ. Поэтому с этой точки зрения, хочу подчеркнуть, что Армения – один из самых активных участников ОДКБ, всегда выступает с инициативами, которые во многом находят поддержку с российской стороны, и в российских интересах, чтобы именно представитель Армении занял пост генсека, т.к. армянский представитель будет продолжать тот же курс, что и российский, – на развитие ОДКБ. Поэтому я тут не вижу противодействия со стороны России.

Катерина Прокофьева: Но в армянском обществе продолжают обсуждать пути возможного выхода из ОДКБ. Насколько такое развитие событий было бы целесообразным?

Айк Халатян: Понимаете, эти намерения звучат со стороны общественности, но это не позиция армянских властей. Надо понимать, что для армянских властей ОДКБ, так же как и Евразийский союз, – это один из форматов сотрудничества с Россией. Каких-либо особых надежд на помощь, помимо России, других союзников из ОДКБ в каком-либо конфликте, у армянских властей нет. А то, что дает сейчас ОДКБ Армении и, опять же, сотрудничество с Россией – это, во-первых, гарантия невмешательства Турции в карабахский конфликт и покупка оружия по ценам ниже рыночных, ни один другой союз или государство пока Армении предложить не может и не собирается. Поэтому это гипотетическая теория, что Армения сейчас может или желает выйти из ОДКБ, – такого нет. Хотя, естественно, у армянского руководства есть определенное недовольство позицией неких своих союзников по ОДКБ.

Катерина Прокофьева: Но каков тогда главный итог этого ереванского саммита?

Айк Халатян: Этот саммит не отличается от всех предыдущих. Принят ряд документов, которые будут регламентировать деятельность ОДКБ, могут способствовать развитию организации. Но при этом, опять же, ереванский саммит показал, что внутри организации очень много противоречий и конфликтов среди участников. Какие бы документы на этом фоне ни принимались – очень красивые, полезные, – если стороны не готовы принимать консолидированные решения, то эти документы никак не помогут организации. ОДКБ как бы стоит перед дилеммой: или она развивается как военно-политический союз, превращается в какое-либо подобие НАТО, или ОДКБ может остаться на нынешнем уровне организации, фактически наподобие СНГ. Это уже выбор глав государств-участников, какой путь выберет организация, потому что если организация собирается только бороться с терроризмом, то, извините, подобные сферы есть и у СНГ – те же страны ОДКБ в рамках СНГ сотрудничают по этим же самым вопросам. Тогда чем же отличается ОДКБ от СНГ, если вся ее деятельность будет ограничиваться только борьбой с терроризмом – таким абстрактным злом, против которого сейчас борется весь мир.

Посмотрите, с одной стороны, армянское общество недовольно ОДКБ, но прошлогодний российско-турецкий кризис показал, что даже лидер организации – Россия, которая обеспечивает безопасность всех членов ОДКБ и обеспечивает ядерный зонтик над ними, – не может рассчитывать на поддержку своих союзников. Это уже странно, потому что одно дело, когда только Армения недовольна ОДКБ, другое дело, что даже Россия не смогла получить поддержку от своих союзников. Поэтому, мне кажется, больше всего именно Россия должна быть заинтересована в том, чтобы ОДКБ реально превратился в военно-политический союз.

Катерина Прокофьева: Хорошо. Давайте тогда подытожим: сейчас председательство от армян перешло к Белоруссии. Успела ли Армения за время своего председательства добиться более или менее заметных успехов в лоббировании своих интересов в такой разношерстной структуре?

Айк Халатян: Что касается лоббирования своих интересов, то я бы не сказал. Некоторые планы, которые армянское руководство обозначило перед началом своего председательства, были достигнуты. Кстати, именно на ереванском заседании была принята стратегия коллективной безопасности до 2025 года. В вопросе развития миротворческих сил у ОДКБ был определенный прогресс, но за год председательства Армении в ОДКБ была и апрельская четырехдневная война, и, как мы помним, практически никто из членов ОДКБ не высказал прямой поддержки Армении. Могу даже вспомнить тот факт, что президент Белоруссии вместо того, чтобы позвонить в Ереван своему союзнику, президенту Армении, и узнать, что творится в Нагорном Карабахе, предпочел в тот же день позвонить президенту Азербайджана Ильхаму Алиеву.

Это уже о многом говорит, поэтому я и не думаю, что армянская сторона в нынешних условиях, понимая расклад сил внутри организации, ставила какую-либо задачу лоббирования своих интересов. Армянская сторона больше сконцентрирована на развитии двусторонних отношений с Россией – военно-технических и в военной сфере. Вот в этой сфере очень большое продвижение за этот год есть: это и создание объединенной системы ПВО, и принятие новых соглашений по объединенной армяно-российской группировке, появление в армянской армии на вооружении российских оперативно-тактических комплексов «Искандер». Вот в этом направлении армянской стороне удалось добиться больших успехов. Что касается ОДКБ, я не думаю, что армянские власти какие-либо серьезные надежды возлагают на ОДКБ – это для них еще один формат сотрудничества с Россией.

Уважаемые посетители форума "Эхо Кавказа", пожалуйста, используйте свой аккаунт в Facebook для участия в дискуссии. Комментарии премодерируются, их появление на сайте может занять некоторое время.

XS
SM
MD
LG