Accessibility links

31 марта произошло два события, имевших переломное значение для новейшей истории Грузии.

Первое – в этот день, в 1939 году в семье классика грузинской литературы Константина Гамсахурдиа родился будущий первый президент независимой Грузии Звиад Гамсахурдиа.

Второе – 31 марта 1991 года в Грузии был проведен референдум, на основе которого страна объявила о восстановлении независимости.

Значимость этих событий трудно переоценить, им также сложно дать однозначную черно-белую оценку.

Естественно, что в ходе референдума подавляющее большинство населения Грузии проголосовало за независимость страны, было бы странно, если б произошло иначе. В тот период весь бывший СССР был охвачен освободительными движениями различных цветов и национальных оттенков. Грузия, которая вместе с республиками Прибалтики была в авангарде этого движения, не могла проголосовать иначе.

Однако, несмотря на внешнее сходство, Грузия конца 80-х - начала 90-х не имела по сути дела ничего общего со странами Балтии. В Эстонии, Латвии, и Литве население очень точно знало, чего хотело, к чему шло, и что нужно было сделать для достижения цели – ясной и понятно сформулированной.

В Грузии требование независимости не опиралось ни на какие, даже отдаленно прагматичные соображения. Грузины, которые лучше всех пользовались пороками советской системы, и никогда не проявляли никакого интереса к диссидентским движениям периода застоя, вдруг, ни с того, ни с сего, оказались в авангарде борьбы против ими же страшно любимой советской системы. В самом деле, какая другая система дала бы народу Грузии возможность так изящно воровать и зарабатывать максимально при минимальной затрате усилий.

Стремление Грузии к получению независимости было, в общем, ни чем иным, как капризом избалованного малыша. Хочу – и все тут! Выскажу крамольную мысль: если б большинство наших соотечественников могли бы хоть на минуту себе представить ожидающие их катаклизмы, то сомневаюсь, что они также стройными рядами пошли бы голосовать за независимость на референдуме.

Тем не менее, произошло то, что произошло. Надо признать, что Грузия в тот период была абсолютно не готова к принятию самостоятельных решений и тяготам взрослой жизни. Все были уверены, что грандиозные природные богатства Грузии (интересно, что имелось в виду?) помогут построить государство «не хуже Швейцарии». Честно говоря, меня все время немного коробило, почему все говорят именно о Швейцарии? Неужели нельзя в качестве образца для подражания выбрать страну поскромнее – допустим, Грецию, Португалию, или (страшно произнести вслух) Турцию? Почему сразу Швейцарию?

Увы, таких каверзных вопросов в те времена никто не задавал. В конце концов, жечь сердца глаголом на митингах намного проще, чем искать ответы на неприятные вопросы.

Лозунг тех дней: «Если понадобится, ради независимости мы будем камни есть». Однако все оказалось намного сложнее. Независимость пришла, но вальяжно-капризный грузинский народ понял, что совсем не хочет отказываться от жирных свиных шашлыков в пользу каких-то там камней.

Добро пожаловать в реальность….

Несмотря на все это, считаю, что достижение независимости было безальтернативным путем развития, хотя наши глупые сограждане тогда этого не понимали. На мой взгляд, 70-80-е годы – это самый мерзкий и отвратительный период в истории Грузии, когда нация постепенно стала превращаться в стадо жвачных животных. Катаклизмы, которые перенесла страна после обретения независимости, – законная и легитимная расплата за сибаритство и безделье 70-80-х. Обычно так и бывает. Скотство, как правило, наказуемо.

Независимость Грузии неотделима от персоны ее первого президента Звиада Гамсахурдия. Сейчас о первом главе государства принято говорить либо хорошо, либо ничего. Прошло много лет, к чему ворошить непростое прошлое.

Однако, на мой взгляд, избрание Звиада Гамсахурдиа в 91 году было трагической ошибкой. Впрочем, ошибкой это назвать трудно, так от тогдашнего грузинского общества – экзальтированного и витающего в облаках – другого выбора ждать было бы бессмысленно.

Несмотря на то, что патриотические чувства Звиада Гамсахурдиа никем не ставились под сомнение, первый президент сделал все для развала страны. Разумеется, не по злой воле, а по некомпетентности, не имеющей пределов.

Если коротко, Гамсахурдиа наломал кучу дров и внутри Грузии, и за ее пределами. Окружив себя фанатичными, но бесполезными и некомпетентными деятелями, он принялся закручивать гайки. Диссидент, боровшийся с большевизмом, сам оказался таким большевиком, что и представить себе трудно. Он отказался приватизировать госимущество, передавать землю крестьянам в частную собственность и закрыл страну для иностранных инвесторов.

«Иностранцы не будут хозяйничать на грузинской земле», - сказал он тогда.

Ничего глупее нельзя было даже придумать, особенно в ситуации, когда опорой президенту служила не какая-нибудь сильная, высокоорганизованная, и самодостаточная нация, как, скажем, немцы, а такое бесполезное, и никчемное быдло-желе, как грузины 70-80-х годов.

В общем, Звиад Константинович переругался со всеми, как в Грузии, так и за ее пределами.

«Президент Джордж Буш скоро поймет свои ошибки, приедет в Тбилиси, и на центральной площади извинится перед Звиадом Гамсахурдиа»!!!

Как звучит! И это была не шутка. Такое пророчество выдал один из ближайших соратников президента Гурам Петриашвили. И судя по выражению его лица, говорил он совершенно искренне и серьезно.

Однако все это меркнет перед ролью Звиада Гамсахурдиа в потере Абхазии.

После свержения он больше года жил в Грозном, в гостях у Джохара Дудаева. Для возвращения домой он выбрал момент, самый неподходящий из всех возможных. Сентябрь 1993 года, когда абхазская сторона штурмовала Сухуми. Меньше всего в той ситуации Грузии нужны были внутренние дрязги. Однако, понимая, что его возвращение в тот момент похоронит все надежды на сохранение Абхазии, он, тем не менее, прибыл в Западную Грузию. Это вызвало резкое обострение внутригрузинского конфликта, и полный разброд среди войск, из последних сил удерживавших Сухуми.

Мое личное мнение: Звиад Гамсахурдиа никогда от этого не отмоется. Он лично способствовал потере Абхазии. И неважно при этом, какими соображениями он руководствовался и насколько сильно любил Грузию. Мне плевать на его чувства и сантименты. Я знаю одно: его прибытие в Зугдиди в те дни сыграло огромную роль в падении Абхазии. И лично для меня прощения первому президенту Грузии нет. Что бы о нем ни говорили сегодня, в угоду политической корректности.

В общем, если резюмировать, то 31 марта - это день торжества инфантилизма в грузинской истории.

Впрочем, у нас есть одно, большущее оправдание: разве какая-нибудь страна начинала иначе?

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG