Accessibility links

Автономный Алиев


По словам Алиева, разумный компромисс возможен: обеспечение безопасности населения Карабаха, их жизнедеятельности, самоуправления, осуществления различных инвестиционных проектов со стороны Азербайджана

ПРАГА---Президент Азербайджана Ильхам Алиев сделал на этой неделе несколько громких заявлений относительно нагорно-карабахской проблемы. Он заявил: «Как видится нам решение конфликта: конечно, территориальная целостность Азербайджана не является и не может быть предметом дискуссии, мы никогда не согласимся на предоставление Нагорному Карабаху независимости, и армянская сторона прекрасно об этом знает. Но разумный компромисс возможен: обеспечение безопасности населения Нагорного Карабаха, их жизнедеятельности, самоуправления, осуществления различных инвестиционных проектов со стороны Азербайджана. И мирное взаимодействие между двумя народами при условии освобождения территорий за пределами Нагорно-Карабахской автономной области, вот так нам видится урегулирование конфликта». Он также на днях признался, что международное сообщество принуждает его признать независимость Нагорного Карабаха, а он сопротивляется.

Эти заявления вновь актуализировали споры относительно региона. Мы обсудим их с армянским политологом Манвелом Саркисяном и членом парламента Азербайджана, политаналитиком Расимом Мусабековым.

Расим Мусабеков: Есть четыре известные резолюции Совета безопасности ООН относительно карабахского конфликта, в которых была предусмотрена следующая последовательность урегулирования этого конфликта – это прекращение военных действий, вывод армянских вооруженных формирований с оккупированных азербайджанских территорий, поддержание мира, открытие коммуникаций, возвращение беженцев, которых депортировали с их земель, и начало переговоров о статусе. Вот такая последовательность во всех резолюциях Совета безопасности. Кстати, и Мадридские принципы так же ставят вопрос: в первую очередь – это прочный мир, вывод армянских сил с оккупированных территорий, восстановление отношений и коммуникаций, и как бы в завершение идет статус.

Армяне переворачивают все время, что, нет, проблема именно в статусе, давайте определимся по статусу, а потом уже все остальные вопросы могут найти свое решение. Но при этом, когда они говорят о статусе, предполагают только один статус – это сецессия, т.е. отделение Нагорного Карабаха в придачу еще с куском азербайджанской территории под названием «коридор», что совершенно неприемлемо. Фактически Ильхам Алиев заявил, что если вы говорите о статусе, то статус может быть только в рамках территориальной целостности - это может быть автономная республика. В Азербайджане Нагорный Карабах был автономной областью, т.е. это означает повышение статуса. А во-вторых, с учетом того, что конфликт приобрел международный характер и любое урегулирование будет предполагать еще и определенные международные гарантии, понятно, что даже наличие этого автономного статуса в составе Азербайджана, т.е. автономной республики, – а это уже государственный статус, – будет иметь более высокий характер, чем, например, обладает пятимиллионный Татарстан или четырехмиллионный Башкортостан в составе России.

Азербайджанская позиция такова, что если и Европа, и Россия, и Соединенные Штаты Америки заявляют о том, что надо непременно сохранить территориальную целостность фактически распавшихся государств, каковыми являются Афганистан, Ирак, Сирия, а до пяти миллионов курдов в составе фактически распавшегося иракского государства говорят: «нет, независимости не может быть, надо быть автономной единицей в составе Ирака», то почему в отношении Нагорного Карабаха определенные круги как бы подталкивают Азербайджан согласиться на сецессию. Этого не будет, и Азербайджан готов рассмотреть вопрос, если уж и армяне, и посредники хотят начать разговор со статуса, что отправной точкой будет являться любая автономия в составе Азербайджана.

Катерина Прокофьева: Он также заявил, что на Азербайджан оказывается давление от посредников, чтобы добиться согласия на независимость Нагорного Карабаха…

Расим Мусабеков: Давайте так: никто давления в этом вопросе на Азербайджан оказать не может, потому что международное право…

Катерина Прокофьева: Я цитирую Ильхама Алиева…

Расим Мусабеков: Да, но суть его в том, что Азербайджан к этому подталкивают. Фактически заставить, довлеть, чтобы признать… Ну, пойдите признайте независимость Нагорного Карабаха. Что, Азербайджан будет войну Соединенным Штатам объявлять или России? Никто этого делать не хочет. Никто не хочет эрозии международного права, а вот Азербайджан к этому подталкивают – как бы проявить великодушие, в знак перемирия согласиться на сецессию Нагорного Карабаха от Азербайджана, совершенно забывая о том, что в Нагорном Карабахе вообще-то население состояло и состоит не из одних армян. Как минимум четверть населения этой территории были азербайджанцы, которые были изгнаны оттуда. Что на территории, которую Армения хочет присоединить к Нагорному Карабаху, а фактически отторгнуть от Азербайджана и присоединить к Армении, жило 120 тысяч азербайджанцев в Кельбаджарском и Лачинском районах, о судьбе которых никто не хочет думать. Поэтому об отделении Нагорного Карабаха, что бы армянские лоббисты не говорили, Азербайджан даже близко этот разговор допускать не будет. И суть заявления Ильхама Алиева заключалась не в том, что Азербайджан под этим давлением может прогибаться, а в том, чтобы заявить, что этого не будет никогда.

Катерина Прокофьева: Помощник президента России заявил потом, что Москва не испытывает большого оптимизма по поводу урегулирования конфликта, и американские посредники об этом же заявляли. В Азербайджане это вызвало удивление и сожаление. Почему это их удивляет? У меня, например, тоже нет большого оптимизма по поводу урегулирования карабахского конфликта…

Расим Мусабеков: А как насчет войны, у вас есть по этому поводу пессимистические ожидания? Я просто хочу сказать, что альтернативой миру, если не будет прогресса в мирном урегулировании, вообще-то является как минимум безудержная гонка вооружений, постоянное военное давление на линии соприкосновения… Это означает, что коммуникации, которые закрыты для Армении, останутся точно такими же закрытыми. Это будет означать информационную войну…

Катерина Прокофьева: Которая уже идет…

Расим Мусабеков: Да, которая идет и будет продолжаться и в форме дипломатической борьбы. В общем, если это уже как минимум борьба – кто раньше рухнет, то у Азербайджана ресурсов – и демографических, и финансовых, и экономических для того, чтобы продолжать эту, на мой взгляд, абсолютно бесперспективную, безумную линию, – гораздо больше.

Катерина Прокофьева: А как в Азербайджане отреагировали на поставку Россией Армении «Искандеров», и еще в ближайшее время она обещает поставить новую партию дальнобойных вооружений?

Расим Мусабеков: Ну и что? Есть точно такое же дальнобойное оружие на территории Азербайджана. Причем с территории Азербайджана достать любые жизненные центры в Армении можно даже сегодня. А Армения, для того чтобы достать жизненные центры, должна выкатить это оружие на оккупированные территории, и я не думаю, что Россия передавала те же самые «Искандеры» Армении с правом выкатывать их в Нагорный Карабах и брать на прицел жизненно важные точки на территории Азербайджана.

Катерина Прокофьева: Давайте вернемся к заявлению Алиева и посмотрим на реакцию в Нагорном Карабахе. Там Давид Бабаян предложил Алиеву дать автономию проживающим в Азербайджане национальным меньшинствам…

Расим Мусабеков: Знаете, я не собираюсь комментировать заявление каких-то там сепаратистских чиновников. Он может говорить все, что ему угодно, но за столом переговоров Нагорного Карабаха сегодня нет, и их заявления в этом смысле мало что значат.

Катерина Прокофьева: Хорошо, я спрошу вас тогда иначе: вы полагаете, что Азербайджан может сегодня встать перед проблемами на почве возможного сепаратизма талышей и лезгин?

Расим Мусабеков: Знаете, это может возникнуть в воспаленном воображении всяких Бабаянов. Сегодня реально никакого сепаратизма на территории Азербайджана ни у талышей, ни у лезгин нет. Лезгины такие же мусульмане, как азербайджанцы, и они себя гораздо комфортнее чувствуют в Азербайджане в силу близости быта, семейных связей, религиозных связей, чем они же на территории России. Что, они на территории России чувствуют себя комфортнее, чем в Азербайджане? Может быть, талыши себя чувствуют комфортнее в Иране, чем на территории Азербайджана? Большая часть этих людей совершенно не выделяются из основной массы, проживая в Баку, Сумгаите, Гяндже и в других городских центрах Азербайджана. Сепаратизм талышей и лезгин – это продукт армянской пропаганды и не более того, потому что, еще раз повторю, 95% и лезгин, и талышей себя вполне комфортно чувствуют на территории Азербайджана, в котором они проживали вместе с азербайджанцами на протяжении тысячи лет.

* * *

Своим взглядом на тему независимости Нагорного Карабаха с нами поделился армянский политолог Манвел Саркисян:

– То, что заявления делаются, – это, конечно, важное обстоятельство. Я думаю, что это связано и с другими его заявлениями. Он до этого в своем правительстве заявил, что в приватных беседах от него требуют признания независимости Нагорного Карабаха. Фактически, я думаю, это свидетельствует о той новой ситуации, которая сформировалась в его отношениях с международным сообществом и вообще вокруг карабахской проблемы после апрельской войны. Мы помним, что и в Совете Европы, Евросоюзе обсуждалась проблема Карабаха, когда непосредственно после войны среди американских сенаторов и конгрессменов последовали предложения, что надо признать независимость Нагорного Карабаха, тем самым фактически лишить возможности Азербайджан военным путем попробовать решить этот вопрос. Все это, конечно, должно было создать новое отношение к карабахской проблеме. Я думаю, что Азербайджан сейчас задумывается над тем, каким образом ему сейчас говорить с международным сообществом.

Но дело не в том, что он представляет свою позицию, а в том, что сформировалась и новая конкретная региональная ситуация – это смягчение противостояния России с Турцией, которое месяцами держало все соседние с Россией тюркоязычные страны в сложной ситуации. Сложная ситуация была и для Азербайджана, Казахстана, Узбекистана, и фактически то, что Россия сейчас пытается наладить новые отношения с Турцией, это как бы вторая часть измененных международных отношений. В этой ситуации каждая из стран пытается, опять же, затрагивать армянские проблемы. На последнем энергетическом саммите в Стамбуле тоже, скорее всего, обсуждался этот вопрос. Турецкий министр иностранных дел после этого даже заявил, что они считают, что пять районов Армения должна передать Азербайджану, с намеком на то, что Россия тоже это предлагает.

Т.е. все страны пытаются уточнить свои позиции по части карабахской проблемы. Естественно, то же самое, скорее всего в первую очередь это должен был сделать Азербайджан. Никогда бы, может быть, даже этого не было, скорее всего, просто новые оценки новой ситуации приводят к тому, что каждая страна пытается посмотреть, что может выложить на стол переговоров – не непосредственно с Арменией, а с заинтересованными международными инстанциями. Возможно, Азербайджан чувствует давление России в том направлении, что они хотели бы, чтобы Азербайджан примкнул к Евразийскому Союзу, но Азербайджан как бы ставит свое невыполнимое условие: верните нам Карабах, и мы войдем, подумаем. Может быть, именно такая постановка вопроса для того, чтобы Россия отказалась от каких-то притязаний по этому поводу к Азербайджану. Я так вижу смысл заявлений Алиева.

Уважаемые посетители форума "Эхо Кавказа", пожалуйста, используйте свой аккаунт в Facebook для участия в дискуссии. Комментарии премодерируются, их появление на сайте может занять некоторое время.

XS
SM
MD
LG