Accessibility links

Иран, мы ломим, гнутся турки!


Президенты Армении и Ирана Серж Саргсян и Хасан Рухани

ПРАГА---21 декабря Ереван посетил президент Ирана Хасан Рухани. Визит был долгожданным. Тепло и бурно иранскую делегацию встретили в Армении. Из четырех своих соседей Армения имеет дружественные отношения только с двумя, поэтому крайне заинтересована развивать сотрудничество с Ираном. В восторженных тонах армянские иранисты говорили о перспективах создания транспортного коридора «Персидский залив – Черное море» (который должен связать Иран с Европой и вывести Армению из турецко-азербайджанской блокады), о совместных энергетических проектах и об обустраивании зоны свободной торговли между ЕАЭС и Ираном. Повестка богатая, однако насколько декларируемые цели реальны? Об этом мы говорим с политологом, экспертом Армянского Института международных отношений и безопасности Геворгом Меликяном.

Катерина Прокофьева: Геворг, каковы самые главные итоги встречи с (Хасаном) Рухани – его так долго ждали и откладывали этот визит, – можно ли сказать, что произошел какой-то перелом в отношениях Армении и Ирана или хотя бы новая фаза?

Геворг Меликян: Я думаю, что ничего особенного не произошло. Да, долго ждали этого визита, это первый раз, когда Хасан Рухани приехал в Армению в течение трех лет своего президентства. Много чего можно было ждать, конечно, более конкретного. Естественно, были подписаны кое-какие соглашения, но я не думаю, что можно ожидать очень многого от этого визита. Армянская сторона очень нуждается в Иране, и Иран нуждается в Армении, но Иран диверсифицирует свои возможности по всем направлениям, включая Туркменистан, Россию и даже Турцию (конечно, с Турцией есть проблемы), и, естественно, Армению. Дело в том, что все связано с тем, что Армения может предложить Ирану. Наши политики, аналитики очень воодушевлены этим визитом, но я не очень разделяю этот оптимизм, к сожалению, потому что считаю, что прошло много лет и с Ираном у нас никак не налаживаются такие отношения, какие мы хотели бы видеть.

Иран, мы ломим, гнутся турки!
please wait

No media source currently available

0:00 0:14:45 0:00
Скачать

У нас четыре соседские страны, и с двумя из них у нас нет добрососедских отношений. По моему мнению, с двумя остальными странами, которыми являются Иран и Грузия, Армения должна была иметь намного больше отношений, с еще большим потенциалом, чем мы имеем на данный момент. Армения, естественно, хотела бы иметь много инвестиций со стороны Ирана, проектов в разных отраслях – и в энергетике, и в торговле, но в чем проблема, кто виноват – это уже другой вопрос. Армения понимает, что Иран балансирует между Турцией и Азербайджаном, Иран является очень важной страной в регионе, и Армения хотела бы видеть, что Иран становится ключевым игроком во многих вопросах. Естественно, Армения от этого может выиграть. Но, как показывает развитие, не все складывается позитивно для Армении.

Катерина Прокофьева: Вот тут как раз эксперты говорили о том, в какой внешнеполитической обстановке проходил этот визит, и просто были настроены крайне оптимистично, говоря о том, что как раз в это время встречались (Ильхам) Алиев с (Биньямином) Нетаньяху. И сложно представить себе более благоприятную атмосферу, нежели когда Азербайджан и Турция – два армянских конкурента – успели испортить отношения с Ираном.

Геворг Меликян: Я не знаю, насколько они испортили отношения – это больше риторика армянской стороны, – хотели бы, наверное, чтобы эти отношения испортились. Мы видим, что в августе были трехсторонние визиты, трехстороннее соглашение между Ираном, Россией и Азербайджаном, потом были встречи и с турецкой стороной касательно международного транспортного коридора «Север-Юг», были подписаны очень многие соглашения между этими тремя сторонами. Я как бы не вижу, что есть какие-то препятствия и проблемы между этими странами. Да, всегда есть какие-то конфликты, т.е. это очень хрупкий и сложный вопрос.

Катерина Прокофьева: По какой причине падает товарооборот?

Геворг Меликян: Я думаю, что самым большим препятствием является российское присутствие во внешней и внутренней политике Армении. До этого, естественно, были какие-то ограничения со стороны Европейского союза и Соединенных Штатов, сейчас, после того как были подписаны договоры с Ираном по ядерному досье, Армения тоже с места не трогается, к сожалению. Очень много говорится о том, что надо развивать отношения с Ираном, но конкретных шагов мы пока что не видим. Это касается и сферы энергетики – газопровод со стороны Ирана принадлежит российской стороне, «Газпрому», и опять Армения полностью зависит от того, какие объемы поставки будут из Ирана. Но Иран тоже понимает, что Армения не единственная страна в этом регионе, с кем можно контактировать и иметь отношения. Да, с Азербайджаном у них проблемы, но если посмотреть с экономической точки зрения, то Ирану более выгодно провести свои инфраструктурные проекты через Азербайджан в Россию или через Каспийское море. Т.е. Армения должна иметь в два, три, четыре раза больше конкурентоспособности, чем те страны, с которыми Иран может иметь какие-то отношения.

Катерина Прокофьева: Это одна из причин, по которой тормозится проект железной дороги Армения-Иран?

Геворг Меликян: Ну, тормозится… Сейчас с Нахичеваном у Ирана есть уже контакт, – если эта информация подтвердится, то железная дорога уже будет работать между Нахичеваном и Ираном. Между Арменией и Ираном пока что все висит в воздухе. У нас есть проблемы со стройкой магистрали «Север-Юг», и я не могу представить, как товары из Ирана могут поступить через Армению в Грузию, из Грузии уже через Черное море в Европу. Хотелось бы быть хорошей транзитной страной, но для этого нужно делать кое-какие вещи, однако пока мы не видим этого со стороны Армении. Да, делаются какие-то маленькие шажки – Иран важная страна для Армении, – но Армению много чего тормозит, и она не может полностью воспользоваться этими отношениями, которые могли бы в долгосрочной перспективе помочь и экономике Армении, и многому чему.

Катерина Прокофьева: А намерения Армении стать мостом Евразийским экономическим союзом и Ираном, – как это может выглядеть на практике? Ереван планирует создать свободную экономическую зону в Мегри, на границе с Ираном, что позволит там открыть совместные армяно-иранские предприятия и беспошлинно экспортировать продукцию в страны Евразийского союза...

Геворг Меликян: Армения давно имела проекты с Ираном, чтобы построить нефтеперерабатывающий завод именно на границе с Ираном, в Мегри, который вы упомянули. Армения может, – другое дело, каким образом это все делать. Естественно, есть потенциал и желание, но хватает ли политической воли? И второй очень важный, может быть, ключевой вопрос: кто возьмет на себя эти расходы? Армянская сторона не имеет таких возможностей. Я не думаю, что Иран слишком заинтересован, чтобы взять на себя все расходы, а Армения уже имеет внешний долг, который превышает шесть миллиардов долларов – это огромные деньги, и Армения не знает, откуда еще брать деньги. Что касается того, может ли Армения стать мостом, – ну, наверное, может стать мостом, если она сама этого захочет, если она сама будет на это работать. Для этого нужно делать конкретные шаги, построить эти дороги, инфраструктуру, избавиться от коррупции, – много чего, т.е. это не только желание.

Катерина Прокофьева: Иран заинтересован в том, чтобы Армения превратилась в такой портал доступа?

Геворг Меликян: Да, Иран заинтересован. Я думаю, что Иран заинтересован во всех странах, которые могли бы помочь ему, – это и Азербайджан, и Туркменистан, и Армения, – и, естественно, Иран будет всегда говорить в позитивных тонах об Армении. Ирану нужны всякие пути, которые приведут к Европе. На армянской стороне ответственность, как все это будет выглядеть. Если армянская сторона, политическая элита все-таки покажет свою готовность сделать конкретнее шаги, да, но у Армении есть свои проблемы – внутренние, экономические. В 2017 году рост ВВП у нас будет 0,5% (по самым оптимистичным прогнозам 1,5 -2%), что очень мало, и я не знаю, каким образом Армения может финансировать такие огромные проекты, которые требуют очень много денег, а, с другой стороны, Азербайджан готов платить – они уже готовы к постройке и железной дороги, и трубопровода, и транспортного коридора. Россия тоже в этом заинтересована, потому что у Азербайджана есть деньги. У Армении нет денег, т.е. если посмотреть с экономической или с точки зрения бизнеса, то что предлагает Армения? – только территорию: мол, приезжайте сюда, вкладывайте деньги, и потом будем работать 50 на 50. Это так не работает, т.е. это не бизнес-проект, а все-таки политический и экономический проект.

Катерина Прокофьева: Т.е. это та причина, по которой иранские предприниматели не очень заинтересованы сейчас инвестировать в Армению?

Геворг Меликян: В Армении инвестиционная атмосфера тоже не совсем позитивная. Новое правительство сейчас над этим работает, но это же требует многого времени. Иранцы, повторюсь, заинтересованы – у нас очень хорошие отношения с Ираном, иранцы себя здесь чувствуют очень комфортно, но, с другой стороны, этого недостаточно для того, чтобы полностью открыть душу и инвестировать. К сожалению, у нас с Ираном очень мало в этом плане инвестиций, – и с армянской стороны, и с иранской. Я смотрел сайт Министерства иностранных дел Армении и увидел, что у нас английская версия в последний раз была обновлена в 2012 году, а армянская – в 2015-м, т.е. почти два года тому назад. Разве можно подумать, что отношения, которые очень важны для Армении, на сайте Министерства иностранных дел нужно обновлять каждые два, три, четыре года. Т.е. есть все-таки какая-то проблема.

Катерина Прокофьева: Может быть, есть еще какие-то внешние препятствия, о которых вы говорите, возможно, Москва не рада усилению отношений Армении и Ирана?

Геворг Меликян: Это понятно было, но они как бы закрывали глаза на многое, потому что понимали, что у Армении, в принципе, другого выхода-то нет. Сейчас, когда уже открываются двери Ирана и обратно, с иранской стороны – миру, то я лично думал бы, что армянская сторона просто будет рвать себя на части: и рынок, и все открыть для Ирана, и открыться Ирану. Но я думаю, что российская сторона имеет свое влияние на армянскую политику, на экономику Армении, и мы знаем, что в декабре 2013 года «Газпром» купил все акции той части газопровода, который связывает Армению и Иран, т.е. армянская экономика полностью зависит от российской политики. Я думаю, что армянская сторона всегда уточняет все детали всех сделок с российской стороной, а это, естественно, замедляет процесс, что не нравится иранской стороне, которая хотела бы иметь Армению партнером, а не посредником. Здесь очень все сложно, и насчет Евразийского союза тоже есть кое-какие проблемы, т.е. Армения является членом этой команды, этого союза, но иранцы понимают, что все-таки решения принимает Россия. Т.е. иметь отношения с Арменией и договариваться о чем-то – это полдела, надо еще договариваться с российской стороной. Поэтому, я думаю, много чего так зависает в воздухе. Есть слова, но на практике мало что сделано. Но я опять-таки хочу подчеркнуть, что в Армении очень хорошо относятся к Ирану – и аналитики, и политики, и все, и этот визит был очень важным для всех, естественно. Все-таки президент Ирана приехал в Армению, но что ожидать – это самый главный вопрос.

Уважаемые посетители форума "Эхо Кавказа", пожалуйста, используйте свой аккаунт в Facebook для участия в дискуссии. Комментарии премодерируются, их появление на сайте может занять некоторое время.

XS
SM
MD
LG