ВЗГЛЯД ИЗ ПРАГИ---Вооруженое подполье Северного Кавказа в течение долгих лет казалось явлением исключительным. Его и сегодня видят как проявление экстремальных свойств мнимого кавказского менталитета, несопрягаемых с цивилизацией и, условно говоря, европейскими ценностями. Поначалу готовность вести вооруженное сопротивление объясняли архаикой чуть ли не племеннного кавказского быта с его догосударственными традициями. Сегодня уже предпочитают вести разговор о религиозном фанатизме, для которого человеческая жизнь – лишь инструмент на пути постижения ложно понятого Бога.
А в доказательство того, что Россия живет в ином цивилизационном измерении, приводили тот факт, что за пределами Северного Кавказа идея использования насилия в борьбе против власти не прижилась. Не всегда выговаривалось, но подразумевалось обычно, что непреодолимым барьером на пути к крови для русского человека является более высокий уровень гражданской ответственности. Однако подобные размышления с удивительным простодушием закрывают глаза на генезиз постсоветского насилия – в новой России сама власть сделала насилие не просто доступным, но и почти обязательным концептом повседневного существования. Очевидно, что именно Кремль, сам того, естественно, не желая, породил северокавказское подполье. Война в Чечне в формате полубандитского набега не просто дала чеченцам моральное право взять в руки оружие, но и не оставила им другого выхода, кроме как сопротивляться. Сегодняшние моджахеды уже, конечно, ушли от детерминаты 1995 года, сегодня у них иная мотивация, которая лежит далеко за пределами необходимой обороны. Но и их, бойцов Имарата Кавказ, стоит считать детьми крови, которую, нимало не заботясь о последствиях, а то и просто не умея их просчитывать, проливал первый президент Российской Федерации.
Приморский партизанский отряд – это такая же реакция на нелегитимное насилие, разрешенное и покрываемое властью. Не так давно в интернете широко разошелся список преступлений, совершенных сотрудниками российской милиции по всей России. Составители скурпулезно собрали происшествия по датам за целый год и по ленте было видно, что стражи порядка не пропустили ни единого дня. Не секрет, что при Путине-Медведеве власть силовых структур обернулась разнузданным и кровавым произволом - настоящей чеченской войной, но только за пределами Кавказа. Милиция грабит, пытает, насилует, убивает. Нет таких тяжких преступлений, освоенных сотрудниками МВД, которые не попали бы в вышеупомянутый список. При этом в большинстве случаев к закону аппелировать бессмысленно, поскольку закон – это они сами. И здесь логика приморских мстителей абсолютно прозрачна: если нет защиты от банды грабителей и убийц, наглеющих день ото дня, то единственный способ бороться с ними – использовать их же методы. Скажу дежурную, но обязательную в таких случаях фразу – никто не пытается оправдать приморских партизан, просто очень важно понимать причины их борьбы. Их примеру завтра могут последовать другие.
А в доказательство того, что Россия живет в ином цивилизационном измерении, приводили тот факт, что за пределами Северного Кавказа идея использования насилия в борьбе против власти не прижилась. Не всегда выговаривалось, но подразумевалось обычно, что непреодолимым барьером на пути к крови для русского человека является более высокий уровень гражданской ответственности. Однако подобные размышления с удивительным простодушием закрывают глаза на генезиз постсоветского насилия – в новой России сама власть сделала насилие не просто доступным, но и почти обязательным концептом повседневного существования. Очевидно, что именно Кремль, сам того, естественно, не желая, породил северокавказское подполье. Война в Чечне в формате полубандитского набега не просто дала чеченцам моральное право взять в руки оружие, но и не оставила им другого выхода, кроме как сопротивляться. Сегодняшние моджахеды уже, конечно, ушли от детерминаты 1995 года, сегодня у них иная мотивация, которая лежит далеко за пределами необходимой обороны. Но и их, бойцов Имарата Кавказ, стоит считать детьми крови, которую, нимало не заботясь о последствиях, а то и просто не умея их просчитывать, проливал первый президент Российской Федерации.
Приморский партизанский отряд – это такая же реакция на нелегитимное насилие, разрешенное и покрываемое властью. Не так давно в интернете широко разошелся список преступлений, совершенных сотрудниками российской милиции по всей России. Составители скурпулезно собрали происшествия по датам за целый год и по ленте было видно, что стражи порядка не пропустили ни единого дня. Не секрет, что при Путине-Медведеве власть силовых структур обернулась разнузданным и кровавым произволом - настоящей чеченской войной, но только за пределами Кавказа. Милиция грабит, пытает, насилует, убивает. Нет таких тяжких преступлений, освоенных сотрудниками МВД, которые не попали бы в вышеупомянутый список. При этом в большинстве случаев к закону аппелировать бессмысленно, поскольку закон – это они сами. И здесь логика приморских мстителей абсолютно прозрачна: если нет защиты от банды грабителей и убийц, наглеющих день ото дня, то единственный способ бороться с ними – использовать их же методы. Скажу дежурную, но обязательную в таких случаях фразу – никто не пытается оправдать приморских партизан, просто очень важно понимать причины их борьбы. Их примеру завтра могут последовать другие.
