Accessibility links

Люди продолжают ничего не чувствовать?


Из Чечни – только хорошие новости!

Вот на днях на границе с Дагестаном, в Ножай-Юртовском районе, случилось землетрясение. Вы не слышали? Ну и местные жители не слышали. Они, как сообщают, ничего не почувствовали.

То есть сейсмографы у ученых зафиксировали, а люди – не ощутили. Или таки ощутили, но не говорят.

Люди – они вообще дисциплинированные и говорят мало.

Новостей на неделе было много, и все они крутились вокруг другого сюжета. Тут ведь совершенно неожиданно выяснилось, что в апреле заканчивается определенный законами срок пребывания главы республики на своем посту. И пошли противоречивые сигналы. То он вроде как готов уйти. То за него – за то, чтобы Рамзан остался, – организуется совершенно стихийный митинг и флешмоб в сети. То этот митинг и этот флешмоб, наоборот, отменяется... Противоречивые какие-то сигналы.

Натурально, политологи тут же бросились толковать и комментировать эти противоречия. Комментарии и толкования были до боли, до зевоты предсказуемы, как не нов и сам сюжет.

Ну вот, опять вроде как бюджетников начали созывать добровольно явиться на митинг сегодня, 6 марта. То митинг вроде как отменили, и чиновники стали отрицать само это намерение. Ходят слухи – и не только между людьми, но и в СМИ попали, – что все уже решено в Кремле, и все будет хорошо. То есть – по-прежнему.

Люди продолжают ничего не чувствовать?
please wait

No media source currently available

0:00 0:04:10 0:00
Скачать

И что люди буквально ничего не ощутят. Или не скажут, потому как дисциплинированные.

Дело-то, жизнь-то продолжается в другом измерении.

Мой друг и коллега Олег Орлов в своем блоге второй раз пишет не о властной тектонике, а про судебные процессы о жилье, которого русские семьи лишились в Грозном в «лихие девяностые» или в длящиеся до сего дня «подлые нулевые».

Мелкотемье, скажете?

Прошлое воскресенье, 28 февраля, пришлось на день рождения Наташи Эстемировой. Восемь лет назад, весною 2008-го, посчастливилось мне пожить в Грозном и поработать с Наташей. Она тогда на короткое время стала сопредседателем Общественного совета Грозного на пару с мэром города Муслимом Хучиевым. И занималась Наташа прежде всего бытовыми делами – квартирами. Это ведь была такая массовая практика, когда на одну восстановленную квартиру оказывалось сразу несколько ордеров у разных людей. Заниматься распутыванием таких дел – вроде как никакого героизма и никакого удовольствия. Но Наташа просто-таки сияла: наконец она занималась проблемами жизни, а не смерти. Не похищенными и исчезнувшими. Или, точнее, не только убитыми, исчезнувшими, похищенными. Вроде как уход от «острых» и «горячих» тем. Но на самом деле не менее опасное занятие.

Наташу тогда Рамзан Кадыров снял с должности. Со скандалом снял. За то, что рассказала по тогда еще независимому каналу Рен-ТВ про обязательное ношение головных платков всеми женщинами в Чечне. Вроде бы тоже «мелкотемье», но неожиданно важное. И для людей, и для власти.

Потому что именно на таком уровне, «на земле», и глубже, в пластах горных пород, невидимо нарастает напряжение. Нарастает, чтобы когда-то разлом разорвал кажущийся незыблемым материк. Наверное, невозможно управлять движением гор. Его трудно предсказать. Но что-то предчувствовать, почувствовать можно только в этом измерении. На поверхности может меняться многое: того же Хучиева за восемь лет успели не только передвинуть с поста мэра Грозного, но и вернуть обратно. И что?

А пока что – о радость! – местные жители никакого землетрясения не почувствовали.

Из Чечни – только хорошие новости.

XS
SM
MD
LG