Accessibility links

В Тбилиси думают об особом статусе Сухуми и Цхинвали


Грузинские власти отказывались от определения статуса отколовшихся регионов из-за того, что без участия абхазов и осетин неоправданно определять их статус в составе единого государства

Сегодня премьер-министр Грузии Георгий Квирикашвили позитивно оценил начало работы над проектом поправок к Конституции. Он обозначил цель этих поправок – принять, наконец, Основной закон страны с учетом реальностей Грузии и в полном соответствии с международными стандартами. Но, судя по первым заявлениям членов конституционной комиссии, достичь консенсуса по ряду вопросов будет сложно. К ним относится и идея определить статус отколовшихся регионов Абхазии и Южной Осетии.

«Как было в прошлом – уже не будет», – пообещал сегодня премьер-министр Грузии Георгий Квирикашвили на заседании правительства, оценивая начало работы конституционной комиссии. По его мнению, в отличие от прежних лет в разработке поправок принимают участие представители беспрецедентно широкого спектра специалистов и общественности, и это будет способствовать достижению главной цели:

«Раньше это (принятие поправок) носило абсолютно политический характер. Теперь раз и навсегда у нас в Грузии будет Конституция, принятая с широким вовлечением общественности в процесс ее принятия, с учетом требований и реальностей нашей страны, а также в соответствии с международными стандартами».

Но первые встречи членов конституционной комиссии показали, что достичь консенсуса, тем более в сжатые сроки (проект поправок «Грузинская мечта» планирует разработать до 30 апреля), будет нелегко. Свидетельство тому и первая встреча рабочей группы комиссии по вопросам административно-территориального обустройства и местного самоуправления накануне, 23 января. На ней конституционалист Автандил Деметрашвили поднял вопрос о присвоении особого статуса Абхазии и Южной Осетии:

«Я думаю, что сегодня в Конституции должны зафиксировать лишь то, что мы предлагаем им (отколовшимся регионам) особый статус. А потом создать специальную группу, которая более развернуто определит, что это значит».

Депутат от «мечтателей» Закария Куцнашвили пошел еще дальше, предложив в Конституции к существующему определению «бывшая Юго-Осетинская автономная область» добавить через дробь «Цхинвальский регион». Защищая свою позицию об определении особого статуса Сухуми и Цхинвали, Закария Куцнашвили сослался на китайский пример:

«Даже великий Китай был вынужден ... для мирного восстановления территориальной целостности согласиться, чтобы на территории одного государства функционировали две системы – Гонконга и остального Китая».

Идею об особом статусе и модели «Гонконг-Китай» (одно государство – две системы) в самой рабочей группе многие восприняли в штыки. Бурная дискуссия разгорелась в грузинских соцсетях и экспертных кругах.

Неуместным и контрпродуктивным считает старший исследователь Фонда им. Александра Рондели Георгий Бадридзе обсуждение вопроса статуса отколовшихся регионов и тем более апеллирование к примеру возвращения контроля Китая над Гонконгом. Довод прост: Россия – не Британия, а Грузия – не Китай.

«Главная обязанность Британии заключалась в том, чтобы арендуемую на 99 лет территорию Гонконга вернуть Китаю в 1997 году. Британия за это время превратила Гонконг в неимоверно развитый демократичный бизнес-регион. И это такой контраст с тем, что может оставить Россия в Абхазии после того, как Грузия восстановит свою юрисдикцию на ее территории», – говорит Бадридзе.

Есть и другие различия, продолжает он:

«Может быть, в Грузии – не идеальная демократия, но ее стандарты во всех сферах гораздо выше, чем в Китае. Не сравнить ситуацию в остальной части Грузии и с состоянием прав человека в Абхазии. Так что эти примеры абсолютно неуместны, тем более что нет никаких продвижений в переговорах центральных властей с представителями де-факто республик. Нет этого и в грузино-российских отношениях. А без соглашения с Россией, что бы мы не предлагали и не обещали абхазам, результата не будет».

И еще нет договора, в котором Россия обязуется вернуть Абхазию Грузии через 100 лет, как это было в случае Британии и Гонконга.

Конституционалист Алик Куправа отмечает, что при каждом редактировании Конституции в Грузии поднимался вопрос об определении статуса отколовшихся регионов. Так было и в 1992 году, когда при президенте Шеварднадзе создавалась Конституция, и в 2009-м, когда ее по настоянию президента Саакашвили существенно изменили. Но в итоге политическая элита приходила к мнению, что лучше оставить определение статуса регионов в том виде, который был до начала конфликтов. По мнению специалиста, лучше оставить все как есть до лучших времен:

«Помимо опыта Гонконга, есть и другой опыт – аргентинский. В ее Конституции по вопросам конфликтных территорий было записано, что они оккупированы. У нас есть закон об оккупированных территориях. И я считаю, что этот статус нужно подчеркнуть и в нашей Конституции. А вернуться к нему можно после восстановления территориальной целостности».

По словам Алика Куправа, причиной, почему до этого власти Грузии отказывались от определения статуса, было то, что и с политической, и с правовой точки зрения без участия абхазов и осетин неоправданно определять их статус в составе единой Грузии. Как будет на этот раз, пока неизвестно.

Уважаемые посетители форума "Эхо Кавказа", пожалуйста, используйте свой аккаунт в Facebook для участия в дискуссии. Комментарии премодерируются, их появление на сайте может занять некоторое время.

XS
SM
MD
LG