Accessibility links

Бурка Баграта Шинкуба


На доме по Абжуйскому шоссе, где с 1968 по 2004 год жил народный поэт Абхазии, установили мемориальную доску

Сегодня в Абхазии проходят торжества, посвященные столетию со дня рождения великого абхазского поэта и прозаика Баграта Шинкуба (1917-2004 гг.).

А началось это празднование еще раньше. В течение нескольких недель в школах Абхазии проходили торжественные мероприятия в честь этой юбилейной даты – 12 мая. Задолго до этого Абхазcкая гостелерадиокомпания приступила к осуществлению масштабного мультимедийного проекта – чтению фрагментов из самого знаменитого романа Шинкуба «Последний из ушедших». Географический диапазон проекта был чрезвычайно широк. Фрагменты романа зачитывали в разных странах на абхазском, турецком, английском, русском и других языках. В Москве, скажем, в проекте были задействованы видные представители московской абхазской диаспоры: Тарас Шамба, Хибла Герзмава, Алиса Гицба, Беслан Агрба, а также молодое поколение диаспоры, абхазcкие студенты московских вузов, многочисленные друзья Абхазии.

Вчера на доме по Абжуйскому шоссе, где с 1968 по 2004 год жил народный поэт Абхазии, народный писатель Кабардино-Балкарии и Адыгеи, лауреат госпремии имени Дмитрия Гулиа, кавалер ордена «Ахьдз-Апша» I степени Баграт Шинкуба, установили мемориальную доску; автор бронзового барельефа – известный абхазский скульптор Цира Ахба. И вчера же в Абхазском институте гуманитарных исследований состоялся круглый стол, в ходе которого абхазские писатели, поэты, ученые, а также гости из Владикавказа, Нальчика, Пятигорска, Махачкалы, Ставрополя, Грозного и Москвы обсудили значимость творческого наследия Баграта Шинкуба.

Мне особо запомнилось несколько высказываний в эти дни о творчестве Баграта Васильевича. По словам народного поэта Абхазии Мушни Ласуриа, «XX век дал абхазской поэзии целое созвездие блестящих поэтов, и среди них ярче всех сияют три звезды: основоположник национальной литературы Дмитрий Гулиа, Иуа Когония и Баграт Шинкуба. Они стали тем треножником, на котором стоит и будет вечно стоять абхазская литература. Баграт Шинкуба трудился в разных областях литературы, но, безусловно, главное достижение – блестящая поэзия».

Известный абхазский прозаик Даур Начкебиа, вспомнив пушкинское «Мы рождены для вдохновенья, для звуков сладких и молитв...», сказал, что в плане сладости звука абхазского языка Баграт Шинкуба, конечно же, непревзойденный поэт. А народный поэт Карачаево-Черкесии Лариса Шебзухова, на вчерашнем круглом столе отметив, что творческое наследие Шинкуба – значительное не только для абхазской литературы, сказала:

«Я хотела бы перефразировать слова Федора Достоевского о том, что все писатели вышли из гоголевской «Шинели». Проецируя это выражение на нас, можно сказать, что все мы вышли «из бурки» Баграта Васильевича. Из бурки вечности, которая накинута на плечи литературы, выйдет не одно поколение творцов».

Наверное, многим в Абхазии такая перефразировка покажется более подходящей для основоположника абхазской литературы Дмитрия Гулиа – ведь именно он «начало всех начал» абхазской словесности. Но высказывание Ларисы Шебзуховой как представительницы Северного Кавказа вполне закономерно. Ведь именно Шинкуба после выхода в свет в 1974 году романа «Последний из ушедших» – о судьбе убыхов, которые, в отличие от других народов абхазо-адыгской группы, после трагедии махаджирства полностью исчезли с этнической карты мира («у человечества отрезали мизинец»), стал своим и для всех черкесов, и других северокавказцев, что воплотилось в присвоении ему званий народного писателя Адыгеи и КБР.

Большой резонанс появление этого романа вызвало и в Турции. Переводчик романа на турецкий язык абхазский репатриант, член Союза писателей Абхазии Хайри Кутарба рассказал на днях в СМИ, что во время его учебы в турецких школах абхазов и адыгов называли турками, жившими на Кавказе, а если он с друзьями начинал говорить на абхазском, учителя били их палкой.

«Я, – сказал Хайри, – конечно, много знал о махаджирстве, но многие детали из этого романа заставляли меня плакать от боли».

Хайри перевел роман, не спросив разрешения у автора – так ему хотелось сделать это быстрее, и лишь позже произошла его теплая встреча с Багратом Васильевичем в Сухуме. В Турции выпустили пять тысяч экземпляров романа, и все их разобрали в течение месяца.

В Абхазии же ко времени появления исторического романа «Последний из ушедших» Баграт Шинкуба давно прославился как автор поэтических произведений. На многие стихи поэта были написаны песни, которые часто воспринимаются как народные. Это «Махаджирская колыбельная», «Белая кофточка», «Мой ветер» и другие. По роману в стихах «Песня о скале» – о народном герое Абхазии Хаджарате Кяхба – в семидесятые годы был снят популярный художественный фильм «Белый башлык». К слову сказать, именно этот образ – величественной скалы абхазской литературы – приходит мне в голову, когда думаю об этом человеке, который давно стал ее прижизненным классиком.

А еще он был, как сказано в Википедии, историк и лингвист, исследователь абхазо-адыгских языков и истории абхазо-адыгских народов. Нельзя забывать и о его общественно-политической деятельности. Еще в феврале 1947 года Шинкуба вместе с Георгием Дзидзария и Константином Шакрылом отправили письмо в ЦК ВКП(б), в котором открыто изложили факты попрания прав абхазского народа и уничтожения его культуры. После этого авторов письма подвергли жестким преследованиям. А в феврале 1958 года, в возрасте 40 лет Баграт Шинкуба стал председателем президиума Верховного совета Абхазии и пребывал на этой высокой должности 21 год.

Через несколько лет после того, как он возглавил законодательную власть в Абхазии, Баграт Васильевич взял на работу в президиум моего отца, с которым он в тридцатые годы учился в Сухумском пединституте. Так что я познакомился с поэтом, еще будучи школьником, и в памяти моей хранится много встреч и бесед с ним.

Первые недели грузино-абхазской войны Баграт Шинкуба провел в родовом доме в селе Члоу Очамчырского района. Хорошо известно, что тогда к нему из Сухума приезжала группа абхазских коллаборационистов – были и такие – и пыталась уговорить 75-летнего поэта вернуться в свою сухумскую квартиру. Надо ли говорить, что это стало бы большой идеологической победой грузинских властей в Абхазии и шеварднадзевского режима в целом, так как Сухум контролировался ими. Но Баграт Васильевич категорически отверг это предложение. Позже он смог выбраться в Гудауту, где находилось абхазское руководство, а затем в Москву, где дал ряд интервью российским СМИ. В начале 1994 года, находясь в Нальчике, мы с абхазским поэтом Владимиром Зантариа навестили Баграта Васильевича в одном из пригородных санаториев, где он поправлял здоровье и работал, находясь под опекой властей Кабардино-Балкарии.

Вскоре Шинкуба вернулся в родную Абхазию, а в июле того же года принял участие в работе проходившего в Сухуме и Пицунде Второго Всемирного конгресса абхазо-абазинского (абаза) народа. Внимание участников конгресса привлекли тогда слова в его выступлении, где он говорил об абхазо-адыгском единстве, вспоминал о выселении в 1944 году карачаевцев и балкарцев, после чего на их землях был создан Клухорский район Грузинской ССР, «включая царя Кавказских гор Элбрус», и приводил архивные данные о тогдашних словах Лаврентия Берия: Кабарда, мол, этот район не сумеет освоить...

В последние годы жизни поэт тяжело болел. Когда в конце февраля 2004-го он умер, траурный митинг проходил в Абхазском драмтеатре, а предали его земле в сквере рядом с театром, буквально в 100-200 метрах от него. Здесь сейчас высится величественный памятник поэту.

В публикации 2004 года о его похоронах «Когда уходят титаны» я обратил внимание на «мистику цифр»: Дмитрий Гулиа, родившийся на 43 года раньше продолжателя его дела Баграта Шинкуба, тоже прожил 86 полных лет. Сегодня же в голову пришло: а ведь другой выдающийся представитель Абхазии в литературе – Фазиль Искандер, родившийся на 22 года позже Шинкуба, тоже достиг этого возраста. Правда, если Баграт Васильевич не дожил до 87 около трех месяцев, то Фазиль Абдулович прожил на полгода больше 87-ми.

Сегодня в 11 утра в Сухуме состоялось возложение цветов к памятнику Баграту Шинкуба. Президент Абхазии Рауль Хаджимба встретился с гостями с Северного Кавказа, принимающими участие в юбилейных мероприятиях, и сказал:

«Он был не просто писателем, поэтом, но также принимал активнейшее участие в создании нашего государства. Произведения Баграта Шинкуба пронизаны той болью, которую перенес абхазский народ. Имя Баграта Васильевича будет жить и передаваться из поколения в поколение, пока есть его народ, наши братья, те, кто знал его и литературу».

Народный писатель Адыгеи, член Общественной палаты Российской Федерации Исхак Машбаш поделился впечатлениями от проводимых мероприятий и подчеркнул, что всегда считал и считает абхазов и адыгов одним могучим деревом.

В час дня открылась фотовыставка, посвященная столетию Шинкуба, а в семь вечера начался юбилейный вечер в Абхазском государственном драматическом театре, на котором выступил президент Абхазии Рауль Хаджимба.

Завтра торжества намечено продолжить в родном селе Баграта Васильевича – Члоу.

Текст содержит топонимы и терминологию, используемые в самопровозглашенных республиках Абхазия и Южная Осетия

Уважаемые посетители форума "Эхо Кавказа", пожалуйста, используйте свой аккаунт в Facebook для участия в дискуссии. Комментарии премодерируются, их появление на сайте может занять некоторое время.

XS
SM
MD
LG