Accessibility links

Грузинская политика с недавних пор напоминает оргию импотентов – все очень возбуждены, суетятся, много говорят, но сделать ничего не могут. Слова «оппозиция» и «разочарование» становятся синонимами.

Жители Тбилиси в эти дни похожи на измученных марафонцев – улыбаясь на камеру, они бегут в заданном направлении мимо искусственных елок и светодиодных гирлянд, под метеоритным дождем фейерверков. Воздуха не хватает, и неровный пульс отсчитывает слоги нового заклятия: «Чуть помедленнее, цены, чуть помедленнее, умоляю вас вскачь не лететь»... Вслед за электричеством дорожает буквально все, но лидеры правящей партии по-прежнему жизнерадостны, как хомяки, пролезшие в амбар. Когда в новогоднем эфире их напыщенные здравицы чередовались с воплями поп-звезд, в глубине коллективного бессознательного, словно крыса в мусорной куче, копошилась та самая, легко узнаваемая мысль: «Тварь я дрожащая или право имею?»

Судя по социологическим данным, Грузия не жаждет революции, вероятно, потому, что слишком долго играла в «русскую рулетку» со Смертью. Но сквозь цифры и гневные реплики в СМИ или соцсетях безусловно проступает желание дать властям пощечину. Строка Иосифа Бродского «Господа, разбейте хоть пару стекол!» повисла в морозном воздухе как дамоклов меч. Но оппозиционные политические объединения слишком слабы и/или смиренны, их авторитет подорван.

Алеко Элисашвили: старые песни о новом
please wait

No media source currently available

0:00 0:07:08 0:00
Скачать

Во многом именно благодаря недоверию к старым партиям Алеко Элисашвили занял второе место на выборах мэра Тбилиси. На днях он заявил, что собирается создать общественно-политическое движение, отметив, что думает не только о парламентских выборах 2020 года, но и о президентских, которые состоятся в октябре. Когда журналист «Палитраньюс» спросил, претендует ли он сам на эту должность, Элисашвили уклонился от прямого ответа, но здесь важнее другое.

После двухступенчатой конституционной реформы президент Грузии окончательно превратился в почетного нотариуса. Даже если оппозиционный кандидат каким-то чудом победит, он не добьется ничего без поддержки в парламенте, впрочем, экспертное сообщество, исходя из избыточной мощи правящей партии, вообще не рассматривает данный вариант. Речь идет лишь о том, удастся или нет кому-нибудь сплотить значительную часть недовольных. Тот, кто займет второе место с хорошим результатом, (теоретически) сможет возглавить представительный оппозиционный альянс на парламентских выборах 2020-го. В Грузии давно рассуждают о том, что действующий президент Георгий Маргвелашвили собирается поступить именно так, и было бы удивительно, если б Элисашвили или кто-то другой не попытался перехватить у него инициативу, тем более что это не противоречит интересам некоронованного правителя Грузии Бидзины Иванишвили. Кажется, президенту пора вспомнить любимую присказку одного генерала: «План был хорош, но противник начал сопротивляться».

Бидзина Григорьевич любит властвовать и умеет разделять. Для него не имеет большого значения, кто претендует на роль «Великого объединителя» раздраженных избирателей – Маргелашвили, Элисашвили или кто-то еще. Главное, чтобы они конкурировали и мешали друг другу; такую же политику Иванишвили проводит по отношению к партиям.

Элисашвили не говорил, что собирается стать президентом, а лишь обозначил направление удара, который, вероятно, отрежет Маргвелашвили от значительной части колеблющихся противников «Грузинской мечты», изолировав его в отнюдь не безразмерной «либеральной нише». Все заинтересованные стороны могут воспринять реплику Элисашвили как приглашение к торгам.

Если Георгий Маргвелашвили убедится, что не сумеет показать хороший результат в октябре, ему придется задуматься о жесте Диоклетиана, удаляющегося в свое поместье. Возможно, так следовало поступить президенту Украины Виктору Ющенко в 2010-м, до того, как унизительное поражение подвело черту под его политической карьерой.

Президентские выборы важны, прежде всего, как прелюдия к парламентским, но маловероятно, что кто-либо из фигурантов помышляет о смене власти, а не о создании сильной фракции в 2020-м. Мы живем в эпоху ограниченных целей, организационного бессилия и бледной немочи оппозиции, хотя ее представители изображают несгибаемых борцов, и иногда это у них получается.

Элисашвили уже начал убеждать избирателей в том, что создает политическое объединение нового типа, отличное от старых вождистских партий. Есть сведения, что его привлекает схема вербовки кандидатов, которую использовал Макрон во Франции – она действительно может создать ощущение новизны. Формирование партии национального масштаба, технологическое и информационное обеспечение требуют серьезных затрат. Но абсолютное большинство потенциальных спонсоров не даст ни гроша, если решит, что это разгневает Иванишвили. Есть еще один важный нюанс: в регионах очень сложно сделать хоть что-нибудь без содействия влиятельных местных авторитетов (их нередко сравнивают с феодалами) и опытных партийных активистов, – меняя хозяев, они обычно охотно делятся информацией с прежними работодателями и с Госбезопасностью.

Вообще, политика в Грузии считается грязным, но сверхприбыльным делом, чем-то вроде торговли наркотиками. Тот, кто вступает на эту стезю, ждет быстрого улучшения материального положения и стремится завладеть своеобразным «уделом» в государственных или партийных структурах, а если не получает его, начинает сотрудничать с противниками своего сюзерена. Конечно, в грузинской политике есть и идеалисты, но большая их часть отправилась на кладбище еще в 90-х.

Помнится, тогда на авансцене появился Шалва Нателашвили и основал Лейбористскую партию в тот момент, когда Эдуард Шеварднадзе всерьез опасался коммунистического реванша в условиях социальной катастрофы. С точки зрения политтехнологии проект был вполне успешен – он позволил стравить пар. Сегодня, при схожих обстоятельствах, в центре внимания оказался Алеко Элисашвили, и, вспоминая давние события, некоторые комментаторы с ходу обозвали его марионеткой режима. Но до того как они представят доказательства, стоит задуматься о том, является ли участие в выборах лишенного прав президента необходимым условием для «раскрутки» партии Элисашвили? Если это не так, то каковы его мотивы?

Впрочем, за действиями политиков зачастую стоят не безупречные логические построения, а иррациональные импульсы. 110 лет назад польский писатель Стефан Жеромский (если верить его мемуарам) пришел в гости к Юзефу Пилсудскому. Тот отдал единственные брюки в починку, а посему сидел за столом в кальсонах и лихорадочно раскладывал пасьянс. Когда Жеромский спросил его о причине волнения, Пилсудский ответил: «Я загадал, что если пасьянс разложится удачно, то буду диктатором Польши». Тот, кто созерцал нашу политическую элиту вблизи, подтвердит, что в этой польской истории есть что-то очень грузинское.

Мнения, высказанные в рубриках «Позиция» и «Блоги», передают взгляды авторов и не обязательно отражают позицию редакции

Уважаемые посетители форума "Эхо Кавказа", пожалуйста, используйте свой аккаунт в Facebook для участия в дискуссии. Комментарии премодерируются, их появление на сайте может занять некоторое время.

XS
SM
MD
LG