Accessibility links

Методичка одна, площадки – разные


По мнению российского политолога, кураторы предложили югоосетинским товарищам уже опробованную технологию

Российские и югоосетинские эксперты отмечают, что избирательные кампании в Москве, Петербурге и других регионах России проходят по тем же лекалам, что и недавние парламентские выборы в Южной Осетии.

16 июля Российский правозащитный совет направил обращение к председателю ЦИК РФ Элле Памфиловой, Уполномоченному по правам человека в РФ Татьяне Москальковой и председателю Совета по правам человека при президенте РФ Михаилу Федотову. В нем Совет проинформировал чиновников о жалобах оппозиционных кандидатов на грубые нарушения закона, на то, что их фактически не допускают к выборам в Московскую городскую думу. В обращении говорится, что их обвиняют в подделке подписей, в то время как частичная проверка «забракованных» подписей у нескольких кандидатов показала, что «браковались» подписи избирателей, которые на самом деле поддерживали политиков. Намеренно или по невнимательности при оцифровке подписных листов в избирательных комиссиях данные об избирателях искажаются и отбраковываются как недействительные.

От одного кандидата поступила тревожная информация, что к избирателям, его поддержавшим, стали приходить представители правоохранительных органов и настойчиво предлагать отказаться от своей подписи. Приведенные примеры, по мнению правозащитников, имеют признаки уголовных преступлений. Члены совета просят немедленно взять под контроль каждый из случаев грубого нарушения закона.

По словам российского политолога Алексея Малашенко, подобные сигналы приходят те только из Москвы, но и из Питера, и других регионов России, где предстоят выборы:

«Вот то, что сейчас происходит, особенно в Москве, – это, видно, отчаяние власти, которая понимает, что все проблемы она сейчас может решить, только плюя на всех. Резерв контактов, резерв достижения уважения населения – все это уже ушло, и более того, эта власть все более и более утрачивает легитимность. Я думаю, это будет продолжаться и дальше, потому что власть испугана, работает инстинктивно: надо самосохраниться любой ценой. Поэтому любой ценой зажать. Тем более, на каком фоне это происходит. В Екатеринбурге власть проиграла. Проблема мусора по всей России идет, и власть тоже проигрывает – что в Архангельской области, что в Москве. Подкинули наркотики Ивану Голунову, и опять власть проиграла. Она чувствует, что почва если не уходит из-под ног, то, во всяком случае, колеблется. Поэтому закручивает гайки. Они сами боятся этого делать, но понимают, что это единственный способ уцелеть».

Югоосетинский правозащитник Фатима Маргиева отмечает, что тактика российских властей в избирательных кампаний в Москве или Питере полностью совпадает с тем, что творилось на парламентских выборах в Южной Осетии:

«Мы наблюдаем, что те же методы, которые были использованы, чтобы не допустить свободных самовыдвиженцев на выборы в Южной Осетии, сейчас применяются в Москве. Точно так же на выборы в Мосгордуму массово не допускают неугодных кандидатов. Те же придирки Избиркома, что и у нас. Как, например, мне отказали в регистрации. У меня все подписи избирателей были подлинные, но мне в ЦИК было заявлено, что я их подделала. И сейчас, когда мы наблюдает за тем, что творится в Москве, мы уже доверяем протестующим. Мы верим, что они правы так же, как были правы мы».

Фатима Маргиева отмечает: в Южной Осетии впервые такое случилось во время регистрации кандидатов на парламентских выборах два месяца назад. Все это наталкивает на мысль, что московские кураторы, которые контролировали избирательный процесс, сначала опробовали «технологию» в республике, перед тем, как применить ее в России, говорит она:

«Нашли вот такой полигончик, где можно опробовать всякую методику, а затем уже применить ее на пространствах, где больше людей».

Российский политолог Денис Соколов с этим мнением не согласен. По его наблюдениям, подобные технологии практиковались в российской глубинке, что называется, в медвежьих углах, просто до сих пор их не применяли в больших городах России, где есть сильное гражданское общество. По мнению Дениса Соколова, это скорее кураторы предложили югоосетинским товарищам уже опробованную методику, а те приняли ее и применили по той же причине, что в Москве – от уверенности в неуспехе:

«Были разные вариации, в российских регионах все это уже проходили: отказ в регистрации самовыдвиженцев и оппозиционных партий, всегда были проблемы со сбором подписей. Просто в этом предвыборном цикле все стало более жестким, потому что они потеряли популярность. И партия власти, и власть в целом прямые выборы уже может не выиграть.

– И по этой же причине они поделились методой с югоосетинскими коллегами?

– Я думаю, они не просто поделились, они общаются, то есть тактика обсуждается. Это просто новые лучшие практики, которые отработаны политтехнологами в администрации (и кураторами в их лице) и которые были экспортированы в Южную Осетию. А теперь они распространяются по всем другим регионам России, где их поддержка нужна. Потому что в некоторых регионах справляются и сами».

Текст содержит топонимы и терминологию, используемые в самопровозглашенных республиках Абхазия и Южная Осетия

Уважаемые посетители форума "Эхо Кавказа", пожалуйста, используйте свой аккаунт в Facebook для участия в дискуссии. Комментарии премодерируются, их появление на сайте может занять некоторое время.

XS
SM
MD
LG