Запад для грузинской демократии

Хиллари Клинтон подчеркнула, что правительство должно предпринять необходимые шаги для обеспечения истинно демократических выборов в 2012-2013 годах

ВЗГЛЯД ИЗ ТБИЛИСИ---В последние недели грузинские политические ток-шоу в основном заняты обсуждением критики с Запада уровня развития демократии и прав человека в Грузии. В частности, такая критика содержалась в ежегодном докладе о правах человека Госдепа США, опубликованном 8-го апреля, и в резолюции Парламентской Ассамблеи Совета Европы от 13-го апреля.

В контексте встречи комиссии НАТО - Грузия 15-го апреля Хиллари Клинтон подчеркнула, что правительство должно предпринять необходимые шаги для обеспечения истинно демократических выборов в 2012-2013 годах. 26-го апреля Европейский суд по правам человека опубликовал весьма неприятное для властей решение по самому скандальному для них делу об убийстве Сандро Гиргвлиани высокопоставленными чинами грузинской полиции в январе 2006-го года. Агентство Международного развития США в последний год заметно увеличило уровень поддержки неправительственных организаций, большинство из которых относится к правительству весьма отрицательно.

Создается впечатление, что западные партнеры Грузии все активнее призывают правительство больше делать для развития демократии. Хотя, если брать динамику оценок, она не так уж отрицательна. Например, «Фридом Хаус», самый влиятельный в мире оценщик уровня демократических свобод, в последний год повысил рейтинг Грузии. Западные отчеты, как правило, начинаются с перечисления позитивных шагов, сделанных в последнее время, за чем следует сакраментальная фраза: «сделать надо еще много». Впрочем, последние слова совпадают с предвыборным слоганом правящей партии - Национальным движением.

Правительство вежливо выслушивает критику и признает существование недостатков, обещая над ними работать, хотя оставляет за собой право не соглашаться с деталями. В частном порядке оно жалуется, что Запад, по политическим мотивам, прилагает к Грузии более строгие критерии, чем к другим странам, находящимся в аналогичном положении. Почему? Да потому, что Грузия старается внедриться в Евросоюз и НАТО, а Запад этому противится – отчасти из-за известной «усталости от расширений», отчасти желая ублажить Россию. Но поскольку прямо об этом говорить неудобно, европейцы и американцы стараются сменить тему разговора, напоминая претенциозным и напористым грузинам, что они еще не настолько европейцы, как себя представляют.



Наверно, в такой интерпретации есть элемент истины. Но жаловаться - смысла нет. Мерки, по которым оценивают Грузию, действительно повышаются, но это соответствует уровню ее же претензий и самооценки. Кроме того, если объективно оценивать уровень демократии и прав человека в Грузии по сравнению с более успешными странами Восточной Европы (а Грузия равняется именно на них), то проблемы, без сомнения, серьезные. По крайней мере отчасти улучшение ситуации в этой сфере зависит от политический воли властей. Так что деваться некуда, надо что-то делать.

Оппозиция хочет представить дело таким образом, что, критикуя правительство, Запад поддерживает именно ее. По всем доступным ей информационным каналам ее представители твердят, что вышеуказанное заявление Хиллари Клинтон является чуть ли не прямым указанием грузинскому правительству уступить им власть к 2013-му году. Такую, весьма вольную интерпретацию, серьезно воспринимать, конечно, трудно. Но понять оппозицию можно: все последние опросы показывают, что доверие к ней в грузинском обществе чрезвычайно низко, поэтому она хватается за любой сигнал с Запада, как утопающий за соломинку.

Но самое важное в данном контексте, о какой именно оппозиции идет речь. Последняя отчетливо разделена на два лагеря: парламентско-конституционный и радикально-революционный. Первые дебатируют с правительством об изменениях в избирательном законодательстве, вторые готовятся к революции по арабскому образцу (последняя попытка назначена на 21-е мая). Во всех своих заявлениях западные политики специально подчеркивают, что они поддерживают исключительно конституционные методы в борьбе за власть, а это прямо означает поддержку умеренной оппозиции в противовес радикалам.

Из всего этого можно сделать три основных вывода. Первый: правительство, видимо, будет стараться убедить своих западных партнеров, что уровень демократии повышается, и предпринимать определенные шаги в этом направлении. Переговоры об изменении избирательного законодательства идут с трудом, но обе стороны заинтересованы хоть в каком-то результате – его отсутствие означает усиление радикалов и дестабилизацию. Оппозиция хочет видеть результаты уже весной, но правительство обещает завершить переговоры к осени.

Второй: ориентация оппозиционных сил на поддержку извне лишь подчеркивает их слабость. Но другого выхода у них нет.

И третий: разделение оппозиции на два лагеря по методам борьбы за власть достаточно четко соотносится с тем, на каких именно внешних игроков они ориентируются. Умеренные уповают на давление Запада. Радикалы, судя по всему, надеются в основном на Россию.