Можно ли разорвать “узел противоречий”?

События 23 ноября 1989 года

ПРАГА -- Празднику, который вчера отмечали в Цхинвали, дали громкое название - День начала борьбы народа Южной Осетии за независимость. Инициаторам этого дня, скорее всего, хотелось провести чёткую линию между ноябрьскими событиями 1989 года и сегодняшнем днём. Они словно хотят обратить наше внимание: тогда только всё начиналось, а мы вот сейчас закончили – и довольно удачно, получив признание России.

Ещё одна мысль, удобная для сегодняшних южноосетинских властей – начинали в ноябре 1989 года не осетины, а грузины, 40 тысяч которых приехало на автобусах якобы, чтобы напасть на Цхинвали. Но если люди хотят нападать, почему они не захватили с собой много оружия? И почему приехали на автобусах? Увы, тогда во время столкновений погибли шесть человек. Счёт жертвам начался, узел противоречий стал затягиваться.

Лично меня все эти эти годы более всего интересовал вопрос: между кем именно развернулось противостояние в Южной Осетии? Кто им движет – политические классы или простые люди? Если люди, то почему в июне 1992 года они успоколись как по команде, только после одного подписанного политиками соглашения в Сочи? После 1992 года в течение многих лет через Цхинвали ходили тбилисские автобусы в близлежащие от города грузинские сёла. Осетины и грузины вместе торговали на рынке в Эргнети, возили спирт в Северную Осетию, играли в футбол, гуляли друг у друга на свадьбах, выражали сочувствие в траурные дни. Цхинвальцы ездили в Тбилиси, а тбилисцы – в Цхинвали. С июля 1992 года напряженность стала постепенно уходить.

Да, многое изменилось в августе 2008 года. Любые силовые действия против людей, которых ты называешь соотечественниками, оправдать нельзя. Но и в этом случае атаку на Цхинвали предприняла по приказу военоначальников регулярная армия, а не простые жители Гори, Тбилиси, Тамарашени, Ачабети, Кехви... Для простых грузин август обернулся такой же трагедией. И сегодня на территории Грузии (помимо Южной Осетии) проживает несколько десятков тысяч осетин. Их никто не выгоняет и не запрещает разговаривать на родном языке, открывать памятники и отмечать юбилей национального поэта. В тоже время никто не пытается закрыть во Владикавказе грузинскую школу имени Акакия Церетели. Простым людям удаётся отыскать общий язык, чего не скажешь о политиках.

В ноябре 1989 года власти Южной Осетии говорили о своей приверженности Советскому Союзу, а Тбилиси они яростно ругали за стремление выйти из состава этой страны. Сегодня власти самопровозглашенной республики Южная Осетия говорят о своей приверженности России, а Тбилиси обвиняют в увлечении западными идеями. Так при чём здесь межэтническое противостояние двух очень близких по культуре кавказских народов? Другое дело, что людей убедили в обратном. Почему политикам это удалось сделать так быстро – тема другого разговора.