От любви до ненависти… и обратно! 

Давид Каландия

Я, как и большинство наших граждан, ненавижу авторитарность власти. Я считаю, что моя страна – более или менее демократическая страна. Думаю, у нас все-таки нет перспективы стать страной типа Туркменистана или Северной Корей, где царьки, которых именуют президентами, когда-то пришли во власть и уходить оттуда не собираются. В том же самом Туркменистане, господина Гурбангулы Мяликгулыевича Бердымухамедова на президентском посту сменил его сын Сердар. Правление в их стране называется «президентским правлением». То есть, там, в стране, происходят свободные (свободные ли?) выборы президента. А сам Туркменистан – это республика. Но это на бумаге. На самом деле, и это не является секретом Полишинеля, в Туркменистане автократия цветет и пахнет. Если там глобально ничего не изменится, то через определенное время Сердара Бердымухамедова сменит на президентском посту его сын Керимуглы. Подобная практика давно уже с успехом осуществляется в Северной Корее, да и в ряде других восточных стран тоже присутствует подобная тенденция.

В чем фишка такой покорности избирателей на востоке нашей планеты, я не знаю. Может климат там слишком теплый и им просто лень протестовать? Наверное, рано или поздно, народ там тоже станет более требовательным и потребует перемен. А может и нет. Но пока что все идет так, как идет.

Но не буду лезть в чужой монастырь со своим уставом, мне интересны моя страна и мое правительство. И когда у нас начинаются подобные явления авторитаризма – мне это, конечно, неприятно, но еще более неприятно и противно, когда сам народ начинает обожествлять свое правительство, тем самым потакая его нездоровому стремлению узурпировать власть.

Сейчас я говорю не о любви или нелюбви к какому-нибудь конкретному представителю верхушки. Мне интересно, это явление в целом по стране. И почему в нас, в свободолюбивом, вроде бы гордом закавказском народе, до сих пор есть вот это нездоровое чувство делать себе кумира из правителя? Не пора ли сказать наше громкое «нет» подобным страстям?

На дворе давно уже 21 век и безумная страсть к правителю – для меня абсолютно неприемлемое состояние души. Почему я должен любить власть? Это пусть власть меня любит, это я ее выбрал, а не она меня, это я ей давал свой голос и это она зависима от меня – быть ей или нет.

Мне кажется, что наша страна еще в самом начале своего демократического пути. 200 лет в составе Российской империи оказали нам недобрую услугу – мы учились выживать, и потому часто шли по тому пути, который давал нам возможность более или менее сохранить свою идентичность. С распада Союза прошло всего ничего, и, может быть, мы еще окончательно не перестроились и продолжаем идти по накатанной. Может быть, прав был библейский Моисей, который 40 лет водил свой народ по пустыне с определенной целью? Может нас тоже надо было 40 лет перевоспитывать, чтобы мы научились не обожествлять правительство, не создавать себе кумиров и потом не пресмыкаться перед ним – я сейчас говорю без конкретики. Для меня обожествление что Саакашвили, что Гамсахурдиа, что Шеварднадзе, что Иванишвили – это дурной тон и атавизм.

Мы живем в 21 веке, в век нанотехнологий, инноваций и модернизма, и пресмыкаться и обожествлять правителя – это вчерашний, даже позавчерашний день. Еще свежо в памяти, когда в начале 90-ых на смену Гамсахурдиа из Москвы вернулся Шеварднадзе. И случилась какая-то непонятка, Шеварднадзе на что-то обиделся и пригрозил, что уйдет. И народ наш, так сказать, продвинутый народ, встал перед ним на колени! Я тогда был далеко, и когда мне это рассказали и перечислили тех людей, кто перед ним стоял, то я с присущим мне максимализмом не поверил. Я сказал, что этого не может быть, потому что этого не может быть никогда!

Но оказывается, это было: люди стояли на коленях и просили его не покидать их. И он, покорячившись для проформы, потом милостиво согласился остаться. На коленях перед Белым Лисом стояли те люди, которые десять лет спустя его проклинали и требовали, чтобы он убирался восвояси.

В новейшей нашей истории продолжается все то же самое – в 2004 году Саакашвили выбрали чуть ли не единогласно! Его возлюбили, ласково называли «наш маячок демократии», в нем видели новатора и готовы были за ним пойти куда он скажет. Опять началось обожествление и преклонение. И очень быстро это все тоже пошло на убыль. Началось недовольство его действиями, о которых я много говорил раньше и повторяться не буду. После девяти лет его правления повторилось то, что случилось в последние шеварднадзевские годы – Мишу уже на дух не переносили. И появление Иванишвили тоже было встречено с энтузиазмом.

Многие с радостью голосовали за Бидзину Иванишвили, видя в нем Спасителя. Довольно большое количество проголосовавших почему-то решило, что вот, во власть пришел богатый, даже очень богатый человек и он будет со всеми делиться своим капиталом. Лидер грузинских лейбористов Шалва Нателашвили так и говорил, что Бидзина обязан раздать свои финансовые резервы населению. Конечно, Нателашвили далеко не такой простак, чтобы действительно так думать. Он выкобенивался перед своими немногочисленными простодушными избирателями, которые слушали его и радостно соглашались. Когда же народные массы поняли, что Иванишвили не собирается раздавать денежки, то опять пошло недовольство и любовь начала меняться в противоположную сторону.

И от некоторых своих, не самых, конечно, продвинутых знакомых я тоже слышал, что Бидзина обязательно будет делиться. И вообще, зачем человеку такие деньжищи, на что он их тут потратит?

Когда я скромно отвечал, что считать чужие деньги не совсем красиво и современно, меня просто затыкали. Теперь, наверное, эти люди тоже в числе тех, кто испытывает очень недобрые чувства к Бидзине.

Можно много говорить на эту тему. Видимо нам еще долго надо перестраиваться ментально и становиться настоящими европейцами. Не только по названию, но и по внутреннему нашему состоянию. И одним из таких качеств мне представляется именно исполнение второй заповеди христианства – не сотвори себе кумира. Может быть, я не прав, а может быть – прав.

Во всяком случае, мне это так представляется – чем меньше будем преклоняться перед властью предержащей, тем это власть будет более осторожна с нами и в голову ей ничего не будет ударять – вы поняли, что я имею в виду.

А любить будем наших близких, родных и любимых. И пусть они нас тоже любят.

P.S. Недели через две будет решаться давать или не давать нам (и Украине и Молдове) статус кандидата в члены Евросоюза.
Думаю, если нам этот статус дадут, то это будет очередной шажок на пути нашей полной европеизации.
Во всяком случае, надеюсь, что так оно и случится.

Мнения, высказанные в рубриках «Позиция» и «Блоги», передают взгляды авторов и не обязательно отражают позицию редакции