Спустя более двадцати лет после закрытия Эргнетского рынка, когда-то символа «народной дипломатии» и одновременно крупного центра контрабанды, снова возник вопрос о его будущем. В 2023 году часть этой территории продали частной компании по символической цене. По условиям сделки, инвестор должен был создать здесь коммерческую инфраструктуру. Однако сегодня на месте бывшего рынка запустение. Некоторые эксперты считают, что изначально речь шла о строительстве транзитной дороги, важной для Москвы, но проект был заморожен из-за масштабных протестов в Грузии. Так что же на самом деле планировалось в Эргнети?
Проект, который пока существует только на бумаге
Сегодня на месте бывшего Эргнетского рынка тихо. Участок у линии разделения, где в 1990-х и начале 2000-х сходились торговые потоки, интересы местных жителей, контрабанда и повседневное общение грузин и осетин, теперь принадлежит частной компании. Формально здесь должен появиться новый коммерческий объект, но пока проект существует лишь на бумаге. На самом участке нет ни стройки, ни ограждения, ни признаков того, что работы начались. Об этом говорится в недавнем расследовании издания iFact под названием «Рынок в Эргнети, терминал в Гали – координированный план врага?».
Летом 2023 года стало известно, что 17 гектаров земли на территории бывшего рынка передали компании ООО Kazbegi Hills. Ее владелец – бизнесмен Георгий (Гиви) Джалабадзе, приближенный к «Грузинской мечте». В соответствии с документами, изученными журналистами iFact, сделка была оформлена как прямая продажа. Два участка общей площадью 168 736 квадратных метров компания купила у государства по цене 1 лари за квадратный метр. Еще один участок площадью 2 670 квадратных метров был приобретен у частного лица за 5 200 лари.
Взамен компания обязалась в течение трех лет освоить территорию: построить коммерческие объекты, включая складские и торговые помещения, а также оборудовать парковку минимум на 200 автомобилей. По условиям договора, общий объем инвестиций должен составить 6 миллионов лари. Как отмечает iFact, распоряжение правительства, которое стало основанием для этой сделки, до сих пор не опубликовано.
Срок выполнения обязательств истекает в июле 2026 года. Тем не менее, по утверждению iFact, территория остается неосвоенной.
«На месте ничего не происходит: территория покрыта растительностью и даже не огорожена. По крайней мере, так это выглядит на спутниковой карте. Физически попасть туда и осмотреть территорию нам не удалось, поскольку она находится за блокпостом грузинской стороны», – констатируют авторы расследования.
Жительница села Эргнети, основательница Музея августовской войны Лия Члачидзе подтверждает «Эху Кавказа», что на территории, контролируемой Тбилиси, не было видно каких-либо признаков строительства.
От «черной дыры» до «моста доверия»
До закрытия в 2004 году Эргнетский рынок считался одним из самых известных торговых мест на Южном Кавказе. Он возник стихийно и со временем стал крупным центром торговли между жителями всего Кавказа.
Через Эргнети проходили сигареты, топливо, мука, сахар и другие товары без уплаты пошлин. Часть экспертов называла рынок «черной дырой» экономики, поскольку значительная часть товаров попадала туда контрабандой. Но рынок имел и другое значение: несмотря на политический конфликт, здесь сохранялись важные повседневные контакты между грузинами и осетинами.
Бывший Эргнетский рынок
В 2004 году, после прихода к власти третьего президента Грузии Михаила Саакашвили рынок закрыли. Власти объясняли это борьбой с контрабандой и большими потерями для государственного бюджета. Однако некоторые эксперты считали закрытие ошибкой. По их мнению, Грузия в итоге потеряла один из немногих механизмов примирения с осетинским населением.
Именно к этому символическому значению Эргнети обращался основатель «Грузинской мечты» Бидзина Иванишвили во время предвыборной кампании 2012 года. Он заявлял, что Эргнетский рынок был «важным инструментом сохранения отношений между грузинами и осетинами», а его закрытие назвал результатом «неразумной политики» прежней власти. Тогда же Иванишвили пообещал:
«Исправить эту ошибку можем только мы. После прихода к власти, мы в рамках закона, легально восстановим Эргнетский рынок. Мы все рассчитаем досконально и учтем все риски».
Позже эта идея частично отразилась в правительственной мирной инициативе «Шаг к лучшему будущему», представленной в 2018 году. Ее экономическая часть предусматривала упрощение торговли через линии разделения и создание стимулов для экономической активности, связанной с Абхазией и Южной Осетией. Речь шла уже не о возвращении стихийного рынка 90-х, а о создании регулируемой модели торговли и гуманитарных контактов.
«Обустроить специальное экономическое пространство с соответствующей инфраструктурой можно и на других участках вдоль разделительных линий (например, село Хурча), а также в случае обеспечения передвижения в направлении Цхинвали, у села Эргнети», – говорилось в документе.
Рынок, терминал или дорога
Согласно уставу компании Kazbegi Hills, ее основные направления деятельности – оптовая и розничная торговля, внутренние и международные перевозки, а также операции с древесиной, металлами, нефтью и нефтепродуктами. Издание iFact отмечает, что в регистрационных документах компании указан контактный адрес – terminalikazbegi@gmail.com. Сам по себе этот адрес не доказывает, что на месте бывшего рынка в Эргнети планировалось строительство транспортного терминала, однако наводит на предположения.
«Эхо Кавказа» направило компании запрос с просьбой пояснить, какие именно проекты планируется реализовать на этой территории и на какой стадии они сейчас находятся. В случае получения ответа материал будет обновлен.
Лия Члачидзе рассказывает, что она и многие местные жители знали о продаже этой территории. По ее словам, было известно и то, какой компании передали землю и кто стал ее владельцем.
Лия Члачидзе
«На уровне слухов мы знали, что готовится реанимация Эргнетского рынка. Насколько мне известно, на территории, контролируемой Цхинвали, шли строительные работы», – говорит она.
Глава «Коалиции за права беженцев», конфликтолог Зураб Бендианишвили считает, что обсуждаемые планы не похожи ни на восстановление старого рынка, ни на создание свободной экономической зоны в классическом виде. По его словам, такие зоны работают по совершенно другим принципам и требуют иной экономической и политической базы.
Бендианишвили также считает, что сегодня сама идея возвращения Эргнетского рынка в прежнем виде утратила смысл. По его словам, в прошлом через рынок проходило огромное количество контрабандных товаров, которые затем распространялись по всей Грузии, в торговле были задействованы сотни тысяч людей. Сегодня, говорит он, ситуация изменилась: торговля стала легальной, а товары из России ввозятся в страну через официальные каналы, например, через пункт пропуска Верхний Ларс.
Зураб Бендианишвили
«Если снова открыть Эргнетский рынок как канал контрабанды, это фактически перевернет всю грузинскую экономику и станет вмешательством в легальный бизнес. А с другой стороны, если утвердить таможенные процедуры, то это будет просто лишним звеном в логистике – товары станут только дороже», – считает конфликтолог.
Бендианишвили говорит, что слышал другую версию будущего проекта от людей из окружения покупателя земли. Речь шла о строительстве автомагистрали и создании терминала для грузового транспорта.
«Подобные грузовые терминалы уже работают на разных направлениях. Туда заезжают грузовые машины, их регистрируют, они платят пошлины, проходят контроль и продолжают путь. Такие терминалы есть, например, на казбегском и садахлинском направлениях. По моей информации, здесь также планировался транспортный терминал. Предполагалось, что дорогу откроют после парламентских выборов в Грузии, потому что для России это стратегически очень важно», — говорит Бендианишвили.
«Совсем другое дело – Абхазия»
После полномасштабного вторжения в Украину Россия оказалась в международной изоляции. В этих условиях для Москвы особенно важно стало искать новые логистические маршруты, в том числе, говорит эксперт, через оккупированные территории Грузии.
Сейчас официальный сухопутный переход между Грузией и Россией – пункт пропуска Верхний Ларс. Он периодически работает с перегрузкой, поэтому, говорит Бендианишвили, для России важно обеспечить стабильный транзит товаров, в том числе из Турции.
По словам конфликтолога, в Цхинвали уже готовились к открытию дороги. Об этом ему рассказывали знакомые из Цхинвали, включая людей, работающих там в государственных структурах. Однако, по его мнению, реализация проекта, связанного с Эргнети, столкнулась как минимум с двумя серьезными препятствиями.
Первое – внутренние протесты в Грузии. Массовые митинги оказались гораздо масштабнее, чем ожидали власти. Второе – правовая проблема. Россия не меняет свою позицию в отношении признания независимости Абхазии и Южной Осетии.
Запуск же дороги через Цхинвали требует сложных правовых решений. Фактически это может означать признание этих регионов как отдельных субъектов, что для Грузии связано с вопросом суверенитета.
«Власти Грузии, исходя из своей не антироссийской политики, рассчитывали на большую лояльность со стороны России в вопросах территориальных конфликтов и грузино-российских отношений. Но этого не произошло. Россия не изменила свою позицию по отношению к оккупированным территориям и продолжает признавать независимость этих регионов. В такой ситуации крайне трудно найти правовую формулу для работы, например, железной дороги через Абхазию или Транскавказской магистрали через Цхинвали. Потому что тогда Грузии пришлось бы серьезно ограничить собственный суверенитет», — считает Бендианишвили.
Бывший госминистр по вопросам гражданского примирения и гражданского равноправия, конфликтолог Паата Закареишвили скептически оценивает перспективы югоосетинского маршрута для российской логистики.
Паата Закареишвили
«Дорога там слабая, две фуры не могут разойтись, нет портов и аэропортов. В центре государства все это будет на виду. Там нет аэропорта, ничего нет, и эти товары могут в воздухе повиснуть, можно сказать. Совсем другое дело – Абхазия».
По его мнению, именно на абхазское направление сейчас делает ставку Москва. Там уже открыт Сухумский аэропорт, модернизирован порт в Очамчире (который, по словам эксперта, скорее является торговым, чем военным), а также строится грузовой терминал в Гальском районе возле КПП «Ингури».
«Видно, что там есть какие-то движения. Через Абхазию можно доставлять товары по морю, по воздуху, а затем распределять их дальше. Поэтому, скорее всего, основная тяжесть ляжет именно туда», — считает Закареишвили.
Читайте также Громкий «тихий» проект на ИнгуриКонфликтолог также отмечает, что Москва, скорее всего, дождется завершения строительства новой дороги и тоннеля Квешети–Коби. Если этот маршрут будет работать без серьезных проблем, необходимость в альтернативных путях может отпасть. Тем не менее Закареишвили не исключает, что такие планы все же могут рассматриваться.
Строительство новой автомобильной дороги Квешети–Коби является одним из крупнейших инфраструктурных проектов в Грузии последних лет. Новый участок длиной около 23 км строится на направлении Военно‑Грузинской дорогии предназначен для обхода опасного участка Крестовый перевал, который зимой часто закрывается из-за лавин и сильных снегопадов. В рамках проекта центральным элементом станет тоннель длиной около 9 км. Новая трасса позволит обеспечить круглогодичное движение между Тбилиси и Казбеги и значительно повысит пропускную способность маршрута к грузино-российской границе.
Стратегия давления
Журналисты iFact обращают внимание на совпадение во времени двух событий: строительство грузового терминала в Гальском районе и приватизация земли в Эргнети начались в 2023 году.
В декабре 2025 года абхазская сторона впервые открыто заговорила о предназначении грузового терминала у «КПП Ингури». Астамур Ахсалба, руководитель транзитно-логистической компании, заявил, что объект будет служить транзитным звеном для грузов из третьих стран в Россию. Новый объект – частная инвестиция абхазских и российских предпринимателей. В Сухуми заявили, что строительство почти завершено, но вопросы юридического оформления еще обсуждаются. В официальных комментариях власти Тбилиси дистанцировались от проекта, подчеркнув, что Грузия не участвует в его реализации, не признает никакой «государственной границы» в этом районе и не будет пропускать грузы через этот маршрут.
Читайте также Ингурский терминал: фактор Игоря ГиоргадзеПо информации Зураба Бендианишвили, в отличие от проекта, обсуждавшегося в Цхинвали, терминал на Ингури является односторонней инициативой. Но, по его мнению, подобные проекты в целом укладываются в более широкую транзитную стратегию России, а также могут рассматриваться как давление на грузинские власти.
«Пока совершенно непонятно, какие правовые механизмы Россия может предложить для того, чтобы эти дороги функционировали. Никакого соглашения по этим вопросам нет. Но мы видим односторонние шаги: в Абхазии уже начали реабилитировать железную дорогу, построили транспортный терминал», — говорит Бендианишвили и добавляет, что таким образом они фактически проверяют, «насколько Грузия готова сопротивляться ограничениям своего суверенитета».