Комику Нурлану Сабурову запретили въезд в Россию на 50 лет.
Запрет "введен в интересах нацбезопасности страны, соблюдения законодательства и защиты традиционных духовно-нравственных ценностей", — заявил собеседник РИА Новости.
Сабуров – гражданин Казахстана. По данным Shot, он прилетел в Москву ночью 6 февраля. Во время прохождения паспортного контроля ему выдали документ о запрете на въезд в Россию. Как выяснили "Важные истории", Нурлану Сабурову запретили въезд в Россию по инициативе Второй службы ФСБ.
В мае 2025 года Сабурова уже задерживали в Шереметьево, а затем оштрафовали по обвинению в нарушении миграционного законодательства.
Сабуров – популярный в России стендап-комик. Он является ведущим комедийного шоу "Что было дальше?".
Весной 2022 года в США и Израиле концерты Сабурова отменяли из-за того, что он публично не высказался о нападении России на Украину.
В конце 2025 года были отменены концерты Сабурова в России.
По данным "Осторожно, новости", в ноябре прошлого года активисты из движения "Сорок сороков" написали в Следственный комитет донос на Сабурова из-за шутки про Христа.
На этой неделе Мещанский суд Москвы приговорил комика-стендапера Артемия Останина к 5 годам и 9 месяцам колонии, признав его виновным в разжигании ненависти и оскорблении чувств верующих. Поводом для возбуждения дела стали шутки Останина. Он пошутил про безногого человека в метро и Иисуса Христа.
На суде Останин не признал вину. Он принес извинения тем, кого могли оскорбить его шутки о религии, но настаивал на своей невиновности и назвал людей, которых суд счел потерпевшими, "профессиональными доносчиками".
После начала войны Россию покинули или перестали в неё приезжать многие знаменитые русскоязычные стендаперы.
Почему власть взялась за комиков, и что происходит со свободой слова в России, обсуждаем в программе "Лицом к событию" с главным редактором проекта "Можем объяснить" Максимом Гликиным и с политиком Иваном Ждановым
Российские власти и до войны преследовали юмористов. Теперь за неудачную шутку можно получить почти 6 лет колонии, а за отказ сотрудничать с ФСБ – остаться за кордоном. Это и произошло с популярным комиком Нурланом Сабуровым. У его сольных концертов в Ютюбе миллионы просмотров, а шоу “Что было дальше” с его участием, пожалуй, самый популярный русскоязычный развлекательный контент – десятки миллионов просмотров. В конце прошлого года (якобы по техническим причинам) отменили несколько сольных концертов Сабурова в разных городах. Теперь ему запрещён въезд в Россию на 50 лет. Подробнее смотрите в нашем сюжете:
Your browser doesn’t support HTML5
Комику Нурлану Сабурову запретили въезд в РФ
Чем примечательна история с Сабуровым? Отвечает Максим Гликин:
– Новой реальностью, в которой даже человек, который ничего не шутит плохого про власть и СВО, про войну не говорит, в какой-то момент оказывается персоной нон-грата, теряет аудиторию, привычный образ жизни, теряет всё, в одночасье. Эта история должна что-то говорить и той аудитории, которая пытается приспособиться к новой ситуации, но ей раз за разом показывают, что ничего нормального в стране не происходит.
Райкин шутил над начальством
Нельзя шутить ни о чём, нельзя даже молчать, шутя о чём-то, неправильно молчать, неправильно кивать, фигу в кармане держать, ничего нельзя. Стало даже хуже, чем в советские времена, когда всё-таки что-то было можно. Аркадий Райкин, самый популярный на тот момент артист, шутил над начальством, над чиновниками, над дикторами магазинов, баз, над очковтирательством. Теперь нельзя ни над каким начальством шутить. Ничего про чиновников, ни про кого. Только бытовуха, шутки ниже пояса. Цензура в плане юмора стала ещё более жестокой, чем была в советские времена, при Брежневе.
Удивлены ли вы возможными контактами с ФСБ, тем, что Федеральная служба безопасности страны ведёт работу, в том числе разъяснительную, возможно, с комиком?
– Совершенно не удивляет. Этим всегда занимался КГБ. Они никогда не прекращали заниматься артистами, музыкантами, комиками, писателями. Вся сфера культуры считается сферой безопасности.
Опекали еще в 70-е
То есть это сфера, в которой людей могут, по их мнению, развращать, совращать, портить настроение, менять ориентацию. А тема комиков – самая популярная. Естественно, плотно отпекаются все. Опекали еще в семидесятые художников-нонконформистов, абстракционистов, хотя казалось бы: где абстракционист, а где народ? Был специальный отдел, это никогда не прекращалось. В царской России это шло рядом, сыск и цензура. То же самое и здесь. Цензура, сыск, агентура, рука об руку.
Вот что думает Иван Жданов о роли спецслужб в преследовании комика:
– Образ царя, образ правителя, конечно же, это вопрос конституционного строя и безопасности государства. Напомню отравление Дмитрия Быкова, которого отравили “новичком”, этим занимается Вторая служба по защите конституционного строя. Это последовательная история, и пример Быкова ярко показывает, что это вопрос государственной важности.
смеётся ли этот человек, или ему нельзя
Не знаю, кто занимается комиками в ФСБ, рассматривает шутки, смеётся ли этот человек, или ему нельзя, ему нужно на работе сдерживаться, но докладывать наверх. Поэтому я не удивлён, что его действительно могли вызывать. Сабуров хоть и не высказался прямо против войны, но он не был z-тником и не высказывался за войну. Это человек, которому есть что терять, у которого баснословные доходы, по-моему, Собчак опубликовала, что 50 миллионов в год он зарабатывал. Было что терять, не пошёл на сделку с властью.
Кейс Сабурова – это показательная порка, месседж остальным? Или персональные претензии, учитывая и аудиторию, и заработок в России? К этому российские чиновники иногда так относятся: "что же вы у нас зарабатываете, а говорите совсем не то, что мы хотели бы услышать"? Комментирует Максим Гликин:
– И то, и другое. VК-видео как структура, по сути, сейчас государственная. Управляют ей Кириенко и Ковальчук, структура Ковальчуков. Это государственная площадка соцсети, отжатая у частных владельцев, у Дурова. Туда перешли многие пропагандисты, это главный пропагандистский ресурс в соцсетях. Поэтому к нему внимание, и заработки в нём допускаются только тем, кто лоялен, к кому нет подозрений, и как только возникает человек, по поводу лояльности которого возникли вопросы, силовики делают стойку.
Зачем давить на комиков, которые и так находятся в режиме самоцензуры? В КВН есть редакторы, которые вычитывают шутки. Это способствует тому, чтобы делать вид, что ничего страшного не происходит. Зачем давить на тех, кто там остался, громко молчит, но не высказывается против?
– Это политика постоянного "подстригания травы". В том чистом поле, которым называется сейчас медиапространство России, не должно ничего расти запрещённого, никакого дичка.
Надо профилактически кого-нибудь репрессировать
Как только кажется, что кто-то высунул голову и какой-то лопух стал смотреть не в ту сторону, коса приходит и состригает. С точки зрения тоталитарного государства, в которое Россия превращается, это абсолютно логичная, я не сказал нормальная, но логичная политика. Надо профилактически кого-нибудь репрессировать, изгонять. Если человек вёл себя мягко, значит, мягко, без посадки. А ведь могли арестовать. Только что больше 5 лет дали другому комику. А этот на свободе остался, на родину вернётся. С точки зрения силовиков, с ним поступили гуманно, максимально мягко. Он цел, жив, его увидят родные.
Комику Останину дали в колонии 5 лет и 9 месяцев, прокуратура просила на 2 месяца больше. Это за шутки об инвалиде-ампутанте и об Иисусе Христе. Приговор он встретил с иронией, судя по видео из зала суда, где сказал, как преследуют комиков в России. Всё это мы собрали в нашем сюжете:
Your browser doesn’t support HTML5
Как преследуют комиков в России
Иван Жданов говорит о делах Сабурова и Останина:
– Власть давно и последовательно уничтожает любую сатиру, любых комиков, кто критикует власть. Можно говорить о политике аккуратно, шутить, как в советское время, чтобы вроде и поняли шуточку, кто в теме, а те, кто не в теме, задумался. Такие шутки допустимы. Это же не первая история. Можно вспоминать комиков Долгополова, Данилу Поперечного, Славу Комиссаренко, которых преследовали и которые должны были уехать из России. Кому-то везёт больше, как Сабурову, которого просто не пустили в страну, можно сказать: "спасибо, что не посадили". Останину, которому дали почти 6 лет, повезло меньше. Я вижу последовательность властей по уничтожению всей сатиры, которая пошла ещё со времён Шендеровича, программы “Куклы”, зачистки КВН и прочих шоу, Путин быстро понял, что этого нужно опасаться, это то, что может разрушать его образ героя, скачущего с голым торсом по полям.
На фоне того, что случилось с Останиным, Сабуров, кажется, легко отделался. Связано ли это с его известностью? Остаётся ли она некой гарантией безопасности для артистов? Комментирует Максим Гликин:
– Если человек известен, если у него большая аудитория, много поклонников в России, он собирает полные залы, его сложнее и отменить, и посадить. Никто не поймёт, за что.
Пугачёвой опасаются дать "иноагнета"
Если сажать, надо что-нибудь предъявить понятное, доказательное, иначе народ не поймёт, то есть злить его не хотят слишком. Даже Пугачёвой опасаются дать "иноагента", не могут, всё-таки это какой-то зашквар. Если человек очень популярен, если это звезда, если у него полные залы, стараются его вытурить помягче, если надо, без жести.
Что выгоднее российской власти – стерильное культурное пространство, юмористическое отдельно, или иносказательная подпольная сатира, как в советское время?
– Режиму Ельцина и раннего Путина было выгоднее последнее, они долгое время старались делать мягкую автократию, умеренную. Выгоднее, потому что при ней лучше себя чувствуют свободные люди, а те дают хороший прирост экономики. Возникает средний класс, устойчивость, какая-то стабильность, развитие. Западные инвесторы приходят, деньги в страну приходят.
Неправильная улыбка, неправильное молчание
Помните, Медведев пытался заманивать, даже научные институты, Сколково создавал? В целом это выгоднее, чтобы партии были, минимальная конкуренция, чтобы мог бы победить где-то Ройзман. Но сейчас режим загнал в такую ловушку сам себя, что часто идёт речь не о выгоде, а о выживании режима. Он сам загнал себя в цугцванг: каждый следующий ход ухудшает его положение. Это уже всё ближе к Ирану, где даже отсутствие хиджаба или неправильное его ношение считается вызовом, который достоин чуть ли не смертной казни. Так и здесь. Неправильная улыбка, неправильное молчание, пауза, будут восприниматься, как крамола.