Accessibility links

Надо бить во все колокола


По мнению конфликтолога Зураба Бендианишвили, де-факто граница с Южной Осетией – это единственная линия для провокации, которая остается у России

По мнению конфликтолога Зураба Бендианишвили, де-факто граница с Южной Осетией – это единственная линия для провокации, которая остается у России

ПРАГА---Мы продолжаем тему в прямом эфире с конфликтологом, руководителем НПО "Коалиция за права беженцев" Зурабом Бендианишвили, который находится на телефонной линии из Тбилиси.

Кети Бочоришвили: Политики и эксперты, которые следят за ситуацией у границы с де-факто республикой, считают, что единственный выход – бить во все колокола, апеллировать к международному сообществу. Это вряд ли у кого-то вызывает сомнения, но вы по роду своей службы постоянно общаетесь с жителями приграничных сел. Какой они видят ситуацию со своих позиций маленьких людей, которые непосредственно страдают, что они говорят в разговорах с вами?

Зураб Бендианишвили: Как ни странно, они очень хорошо ориентируются в политических моментах, потому что привыкли к этой ситуации и прямо говорят, что это проблема российско-грузинских взаимоотношений, и что Грузия и Россия как-то должны договориться, чтобы это никак не отражалось на простых людях. Естественно, они выражают большое недовольство и тем, что грузинское правительство не может защитить их права и интересы, и из-за неурегулированности политических проблем страдают простые люди.


Кети Бочоришвили: Зураб, когда слушаешь людей и наших корреспондентов, которые там работают, понимаешь, что они непосредственно общаются с российскими пограничниками – не может быть такого, чтобы они с ними не общались. Какой у них настрой по отношению к тем людям, которые, в принципе, это выполняют, и какие у них отношения с российскими пограничниками?

Зураб Бендианишвили: Вы знаете, человеческие отношения очень нормальные. Старшее поколение общается между собой. Пограничники говорят, что это их задание, и они ничего не могут сделать. Даже были случаи в Дици, когда приносили еду и вместе распивали вино. Они, так сказать, ненапряженно общаются – люди понимают, что там простые пограничники, ни в чем не виновные, но люди также говорят, что и они ни в чем не виноваты и не понимают, почему должны страдать из-за политических распрей.

Кети Бочоришвили: Зураб, а звучат какие-то радикальные настроения среди жителей? Они не говорят, например, что будут стоять, что бы ни произошло, будут отстаивать свою землю, право посещать могилы близких? Или они смирились с этой ситуацией, понимают, что обострять отношения нельзя и нужно действительно ждать, когда эта проблема решится на международном уровне.

Зураб Бендианишвили: Протест, конечно же, присутствует, и очень сильный, но люди понимают, что решение проблемы не в их руках. Если они будут резко реагировать, то не за горами 2008-й год, и они все помнят, чем это закончилось.

Кети Бочоришвили: Как вы считаете, как эксперт, какие недоработки сегодня имеются в политике грузинских властей по этому вопросу?

Зураб Бендианишвили: Я думаю, что все-таки нужно в тех вопросах, которые реально существуют, ставить точки. Понимаю, что с Россией надо стараться общаться конструктивно, но когда чистейшая провокация направлена на тот же исторический выбор последних 20-ти лет Грузии, чтобы поменять направление политического движения или воздействовать на правительство, чтобы достичь каких-то других уступок в направлении России, – Грузия должна четко говорить, что это политическая проблема, и эта ползучая аннексия направлена только в эту сторону. Потому что 100 или 200 метров никому фактически не нужны и ничего никому не прибавляют, кроме как играют на нервах грузинского руководства и показывают Западу, что "мы можем там делать все, что хотим". То есть после Абхазии в Южной Осетии – это единственная линия для провокации, которая остается у России.

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG