Accessibility links

Памятник неуместности. История одного послесловия


На днях на имя президента Южной Осетии Леонида Тибилова пришло обращение, подписанное жителями поселка Ленингор – осетинами и грузинами. В обращении указывалось на неуместность заявления гражданской активистки из Ленингора Тамары Меаракишвили о целесообразности строительства памятника жертвам грузинской агрессии в районном центре.

Информация об этом коллективном письме была опубликована на официальном информационном портале «Республика Южная Осетия» в статье «Чтобы помнили», автор которой обрушился с критикой в адрес Тамары Меаракишивии и нашей радистанции, которая по мнению автора отличается прогрузинской направленностью.

Реакция на статью зрела довольно долго, если учесть, что материал был опубликован 30 ноября. Ну да Бог с ним...

Я не смог дозвониться до Тамары, чтобы узнать ее мнение по поводу этого письма, но, наверное, это даже к лучшему. Полагаю, я, как автор, имею право заступиться и за статью, и за своего респондента.

Памятник неуместности. История одного послесловия
please wait

No media source currently available

0:00 0:04:28 0:00
Скачать

Начну с того, что не так грубо и категорично высказалась Тамара о целесообразности строительства памятника в Ленигоре, как об этом говорится в обращении группы ленингорских патриотов.

Это были скорее сомнения человека неравнодушного к тому, что происходит в его районе, чем какие-то категоричные оценки. Проблема видимо в том, что, увы, не каждый видит разницу.

Я напомню, о чем собственно говорила Тамара:

«Не хочу быть неверно понятой, не хочу, чтобы ответ был воспринят как отрицание фактов новейшей истории и прозвучал как кощунство по отношению к жертвам войны. Совсем нет. Но ленингорские грузины и осетины в большинстве своем говорят, что ставить этот памятник именно здесь и сейчас – это не лучшая идея. Местные люди вместе жили в стороне от этой войны, в одной далеко не самой совершенной реальности постсоветской Грузии, пока в 2008 году их всех вместе не переместили в другую реальность, так же далекую от совершенства.

Люди не чувствуют вины друг перед другом за эти перемещения. Да, они вместе пережили трудные времена, натерпелись и от бандитов, и от властей. Теперь они хотят, чтобы пережитое ими вместе не стало вдруг чем-то их разделяющим. Относятся к этому трепетно. Поэтому любой намек на разделение, образно говоря, на хороших и плохих или правых и неправых здесь воспринимается болезненно, как нечто ненужное, вредное. В этом и состоит патриотизм местных людей. В этом и опасения по поводу памятника – он как бы делит их на агрессоров и их жертв».

Ну и на что в этих словах подвинулись бдительные граждане из Ленингора? Чего такого непотребного усмотрели в ее словах? И еще непонятно, когда в Ленингоре успели появиться такие бдительные патриоты. Совсем недавно их еще не было.

Вот, например, в 2012 году незадолго до парламентских выборов в Грузии в Ленингорском районе работала съемочная группа телекомпании Бидзины Иванишвили «Девятый канал». Журналисты искали свидетельства об осетинских погромах, которые устраивали местные криминальные группировки, косившие под гамсахурдистов. Тогда в районе все как в рот воды набрали. С журналистами наотрез отказались общаться даже жертвы этих погромов.

Понятно почему – эти криминальные группы были еще в силе, могли и наказать, причем по обе стороны от осетино-грузинской границы.

Единственным человеком в районе, который согласился на общение с прессой, была Тамара. Она рассказала историю изгнания жителей осетинского села Сапершети, у которых бандиты отняли все – дома, мебель, деньги, фамильные драгоценности, скот. Отняли даже сыр и масло.

Как мне рассказывала Тамара, она тоже боялась и за себя, и за домашних, поэтому попросила журналистов скрыть ее лицо. И оказалась права, потом в поселке наводили справки, выясняли, кто общался с прессой.

Вот где тогда были подписанты этого гневного письма? Почему бы им тогда не подать свой голос? Почему бы, например, им не возмутиться во всеуслышание, когда непосредственный участник погрома в Сапершети был назначен на руководящую должность в Ленингорском районе?

Я не хочу называть ни главу района, при котором погромщик был правой рукой, ни фамилию этого человека, Кому интересно, поинтересуйтесь у любого из подписантов этого обращения к президенту. В поселке все про всех все знают, как знают и о сотрудниках грузинской контрразведки и полиции, которые сегодня работают в районной администрации.

Знают и помалкивают, а тут вдруг прорвало... С чего бы это? Из-за памятника? Не смешите... Скорее из-за критических замечаний в адрес главы района Алексея Босикова и прочих безобразий.

Да и не про памятник этот материал был в принципе. Материал был о другом: если углубляться в тему конфликта, то придется расставлять все точки над i. Придется разбираться в поступках людей во время конфликта, а это никому не нужно, в том числе и подписантам обращения. Сейчас все понимают, что это были поступки слабых людей, которые пытались приспособиться к тяжелой жизни.

Если в Цхинвале такие пункты в биографии просто не прощают, то в Ленингоре людям, по сути, предложили начать жизнь с чистого листа. И этой возможностью надо дорожить. Об этом, собственно, и говорила Тамара.

Текст содержит топонимы и терминологию, используемые в самопровозглашенных республиках Абхазия и Южная Осетия

Уважаемые посетители форума "Эхо Кавказа", пожалуйста, используйте свой аккаунт в Facebook для участия в дискуссии. Комментарии премодерируются, их появление на сайте может занять некоторое время.

XS
SM
MD
LG