Accessibility links

Абхазские королевы красоты: с 1932 года до наших дней


Вчера в восьмом часу вечера в здании Абхаздрамтеатра им. Самсона Чанба началось красочное действо, известное во всем мире как конкурс красоты. Весь зрительный зал, второй ярус и почти весь третий ярус были заполнены, а билеты стоили, между прочим, от двух тысяч до семисот рублей в зависимости от места. То есть можно сказать, что это, как и все обычно подобные мероприятия, вызвало большой интерес у публики. Если же сравнить мое нынешнее посещение конкурса с предыдущими, то еще до входа в здание не могло не броситься в глаза отличие: весь отрезок улицы рядом с театром был плотно заставлен машинами, и чтобы втиснуться в их ряды, потребовалось немало времени.

Впрочем, в последний раз я был на подобном конкурсе в этом театре одиннадцать лет назад, когда частный автопарк в стране был несравнимо скромнее. Но вот коллизия, на которой хочу остановиться. Или, можно сказать, парадокс, а то и нонсенс. Могу предположить, что в какой-то мере это явление свойственно всему постсоветскому пространству (где такие конкурсы проводятся), но в Абхазии оно прослеживается очень четко. Что имею в виду? В первые годы после падения «железного занавеса», еще при позднем СССР, когда конкурсы эти перестали восприниматься как «буржуазное явление» и с их проведения было снято табу, они однозначно рассматривались как сенсация. Затем немало лет их проведение неизменно становилось общественным событием. А вот сегодня – по крайней мере в Абхазии – сегмент интересующихся ими сузился, в основном до родственников и друзей конкурсанток. (Впрочем, как видим, зрителей и без общественного ажиотажа приходит достаточно много.) Шоу эти стали рутинным делом и не пользуются большим интересом СМИ, как бывало раньше.

Абхазские королевы красоты: с 1932 года до наших дней
please wait

No media source currently available

0:00 0:04:32 0:00
Скачать

Если же говорить о конкретной истории конкурсов красоты в Абхазии, то она, на мой взгляд, довольно поучительна и заслуживает краткого обзора. Впервые такой конкурс был затеян в Абхазии на перестроечной волне в 1989 году и проводился, о чем нетрудно догадаться, под руководством Абхазского обкома комсомола. Волею судьбы я попал в число членов жюри, а потому видел его работу на начальных этапах конкурса, что называется, изнутри. А вот в СМИ никаких следов о том событии, вызывавшем у части общества жгучий интерес, так и не осталось. Дело в том, что финальная часть его должна была пройти в июле в Абхазгосфилармонии, а там как раз в это время началась круглосуточная акция протеста абхазской общественности в связи с расколом Абхазского госуниверситета по национальному признаку. А потом и вовсе грянули трагические грузино-абхазские столкновения 15-16 июля, повлекшие человеческие жертвы. После этого организаторы посчитали неэтичным продолжение конкурса. Отборочные же туры, проходившие в зале сухумского Дома моды, определили 10 финалисток. Причем и там не обошлось, пусть и без негласного, соревнования в национальном аспекте. Подавляющее большинство финалисток было грузинками, абхазок в финал вышло всего одна или две, точно не помню. Но их и участвовать в конкурсе пришло немного. Сказался, думаю, больший консерватизм в абхазских семьях.

Первый завершенный конкурс красоты – под названием «Мисс Очарование» – был проведен в Абхазии в июле 1994 года. После того, не доведенного до конца, прошло всего пять лет, но это уже была, как вы понимаете, совсем другая эпоха и другая республика. Организатором выступил Союз женщин Абхазии. Бюджет конкурса, как помнится, был весьма скромный, устроители его, что называется, учились на ходу. Но это мероприятие в Абхазии, только-только отходившей от жестокой войны, воспринималось как весьма знаменательное, символизирующее возвращение к мирной жизни, где есть место и подобным шоу. И очень обидно прозвучало для всех причастных к конкурсу мнение одного известного абхазского журналиста, который в своем желчном телекомментарии назвал конкурсанток «мисками».

Но потребность в этих конкурсах в обществе была, к тому же в независимой Абхазии стала популярной информация о том, что в далеком 1932 году на конкурсе «Мисс мира» в Брюсселе победительницей признали абхазку из Турции Кереман Халис Едже (Быжноу). Ею, потомком абхазских махаджиров девятнадцатого века, конечно, гордились, и появилось немало мечтающих о таких же лаврах. Кстати, она умерла в Стамбуле всего несколько лет назад.

И вот в 1996 году за организацию конкурса на уже более профессиональном уровне взялась инициативная группа во главе с владельцем частного банка Бесланом Кобахия. Конкурс был проведен в Абхаздрамтеатре и вызвал большой общественный интерес. Но в кулуарах все равно звучала критика – не только со стороны принципиально не приемлющих подобные конкурсы (их уже осталось немного), а со стороны воспринявших это тогда как пир во время чумы – учитывая тяжелейшее материальное положение большинства жителей блокадной Абхазии.

Инициатором следующего конкурса, который я видел, в 2006 году стал бизнесмен и парламентарий Беслан Бутба. Шоу снова проходило в Абхаздрамтеатре, было основательно подготовленным и красочным.

Но это все были разовые инициативы отдельных лиц, каждый раз новых. А вот затем организацию конкурсов красоты уже на постоянной основе взяла в свои хрупкие, но уверенные руки президент культурного фонда L-star Лали Сичинава. При этом она не раз выходила и на международный уровень, вывозя юных представителей Абхазии за рубеж. Так, этим летом восьмилетняя Ялса Зантария представила Абхазию на Международном фестивале красоты, таланта и моды Prince&Princess of the World 2017 в болгарском городе Бургасе и завоевала титул «Принцесса мира – 2017». Да, существуют противники подобных конкурсов для детей, считающие их соревнованием родительских амбиций и усматривающие в них вред для неокрепшей детской психики. Однако есть немало и сторонников, полагающих, что такие конкурсы с самых юных лет развивают в детях осанку, умение двигаться, раскрепощенность перед массами людей.

Но вернемся ко вчерашнему конкурсу в Сухуме. В честь юбилейного Х фестиваля Лали Сичинава, изменив регламент конкурса, приняла решение вручить короны всем десятерым участницам «взрослой части» конкурса. Обладателями титула «Королева Абхазии – 2017» стали Лана Хурхумал, Сабрина Пкин, Николь Джопуа, Сарида Цвижба, Саида Бзаркал, Лика Конджария, Анастасия Палий, Астанда Зухба, Амина Хаджимба, Анастасия Цулукия. Такое решение, изменив регламент конкурса, приняла единолично Лали Сичинава.

А еще 15 самых юных участниц фестиваля стали обладателями равнозначного титула «Мини-мисс Абхазия – 2017». Обладателями корон стали также женщины, которые помогали Лали Сичинава на протяжении десяти лет проводить конкурс: режиссеры-постановщики, психолог, декораторы, дизайнеры.

Лали Сичинава рассказала, что десять лет назад она начинала проект конкурса красоты после сложных жизненных обстоятельств, и именно праздник молодости, красоты, таланта и грации помог ей справиться со многими трудностями. Кроме того, она сообщила, что в будущем году будет увеличен возраст для участия в конкурсе «Королева Абхазии – 2018» – от 25 лет до бесконечности.

Текст содержит топонимы и терминологию, используемые в самопровозглашенных республиках Абхазия и Южная Осетия

  • 16x9 Image

    Виталий Шария

    В 1969 году окончил сухумскую 7-ю среднюю школу, в 1974 году – факультет журналистики Белорусского госуниверситета.

    В 1975-1991 годах работал в газете  «Советская Абхазия», в 1991-1993 годах – заместитель главного редактора газеты «Республика Абхазия».

    С 1994 года – главный редактор независимой газеты «Эхо Абхазии».

    Заслуженный журналист Абхазии, член Союза журналистов и Союза писателей Абхазии.

Уважаемые посетители форума Радио "Эхо Кавказа", пожалуйста, используйте свой аккаунт в Facebook для участия в дискуссии. Комментарии премодерируются, их появление на сайте может занять некоторое время.

XS
SM
MD
LG