Accessibility links

Вейшнория против Удии: условная ничья


Карта российско-белорусских военных учений «Запад-2017»

ПРАГА---Завершились российско-белорусские военные учения «Запад-2017». Минобороны Российской Федерации сообщило о возвращении своей военной техники в пункты постоянной дислокации. Итоги этих учений мы обсудим со старшим аналитиком белорусского Института стратегических исследований Денисом Мельянцовым.

Вадим Дубнов: Денис, давайте подведем некоторые итоги: было ли в этих учениях что-то такое, что могло бы подтвердить все те громкие опасения, которыми политологи и другие наблюдатели делились перед этими учениями? Вот вроде бы военная техника России вернулась в пункты дислокации…

Денис Мельянцов: Как в общем-то предполагали все серьезные аналитики, никаких предпосылок и фактов, которые бы свидетельствовали о том, что действительно планируются какие-то агрессивные и провокационные действия со стороны России, не было ни до учений, не наблюдалось и в момент учений. Вся та истерия, которая развивалась в последние месяцы вокруг учений, была инспирирована, скорее, по политическим мотивам, и не имела под собой никаких серьезных фактов, никакой серьезной и рациональной обоснованности, поэтому ее нужно рассматривать, скорее, не в каком-то военно-стратегическом плане, а как информационное противоборство либо политическая борьба, и не более того.

Вадим Дубнов: Ну, как говорят, инфляционные ожидания иногда бывают опаснее самой инфляции. Все-таки политические ожидания были и, видимо, не совсем на ровном месте. Почему на этот раз ожидание было таким драматичным?

Денис Мельянцов: Тут, наверное, две главные причины – одна вытекает из другой. Первая – это фон событий на Украине, потому что если взять предыдущие учения «Запад», которые проходили в 2009 и 2013 годах на территории Беларуси, то были, конечно, определенные опасения у отдельных кругов, в основном соседних натовских стран, но такой истерии не было. После Украины, естественно, что любое действие России – будь то в политической плоскости, тем более военной, – рассматривается как угроза, даже если каких-то конкретных оснований для этого нет. Вторая причина – это тотальное, глубинное недоверие по отношению к России со стороны и западных стран, и натовских, и самой Украины, и других государств. Это недоверие как раз таки создает этих информационных, дипломатических и политических монстров, и можно сказать, что это самая главная причина того, почему мы наблюдали такую мощнейшую информационную волну.

Вадим Дубнов: Денис, я сильно ошибусь, если предположу, что Москва все-таки своей легендой этих учений как бы поощряла подобные ожидания – все эти игры в Лубению, Вейшнорию, все эти явные намеки на Польшу и Литву… Ну вот как бы те, кто хотел бояться, имели основание бояться, нет?

Денис Мельянцов: Я бы все-таки не согласился. Во-первых, Вейшнория и Лубения были озвучены белорусским Министерством обороны, а не российским. На брифинге заместителя министра обороны Российской Федерации ничего этого на самом деле не было. Условные противники рисуются всегда, раньше просто не практиковались такие наименования – они либо назывались просто «условный противник», либо в разных военных играх назывались цветами, номерами и т.д., и эта определенная новизна, скорее, скопирована с натовских учений, где любят называть разные условные государства, но здесь она не пошла на пользу. Тем не менее, такие условные государства прочерчиваются всегда, но, согласитесь, было бы намного страннее, если бы такой условный противник был не в северо-западной части Беларуси начерчен, а, например, в восточной. Это бы, конечно, сразу заставило связывать с Донбассом, якобы белорусы будут с россиянами что-то такое подобное обыгрывать.

Также не могло появиться такого государства – условного противника – и на южной границе, потому что это бы очень серьезно обеспокоило наших украинских соседей, а поскольку у нас с Украиной хорошие политические и очень плодотворные экономические отношения, то, естественно, на это тоже пойти не могли. Оставалось западное направление, тем более что тут, я думаю, никто не собирался из себя невинность строить, и единственным возможным условным противником всегда было НАТО – и для России, и для Беларуси, и для блока ОДКБ, – и здесь не нужно ничего такого выдумывать, потому что страны НАТО – и отдельно, и блок НАТО целиком, – отрабатывают в самую первую очередь отражение атак со стороны России.

Если мы посмотрим последние учения по обороне Сувалкского коридора и учения по гражданской обороне, которые проходили в Литве, – они вообще называли условного противника Удия, хотя по-литовски Беларусь иногда называется Гудия. Т.е. здесь настолько прозрачный намек, что белорусы в общем-то, можно предположить, могли бы ответить чем-то похожим.

Уважаемые посетители форума "Эхо Кавказа", пожалуйста, используйте свой аккаунт в Facebook для участия в дискуссии. Комментарии премодерируются, их появление на сайте может занять некоторое время.

XS
SM
MD
LG