Accessibility links

Возвращение Павла Ардзинба


В результате покушения 22 февраля 2012 года на автотрассе близ Гудауты экс-президент не пострадал, но погибли двое офицеров его охраны

Сегодня одной из самых горячих тем для обсуждения в абхазском обществе стала распространенная Генеральной прокуратурой республики вчера ближе к вечеру информация о добровольной сдаче властям находившегося более пяти лет в розыске Павла Ардзинба. Речь об этом практически неизбежно возникала вчера и сегодня при встречах знакомых, и почти всегда люди начинали спрашивать друг друга, «что бы это значило», хотя собеседники их обычно вряд ли знали нечто большее, чем задающие этот вопрос.

Итак, по сообщению Генпрокуратуры, размещенному на ряде популярных абхазских сайтов, «26 сентября 2017 года в 16 часов 5 минут в Следственное управление Генеральной прокуратуры Республики Абхазия добровольно явился Ардзинба Павел Харитонович, 1951 года рождения, уроженец села Дурипш Гудаутского района, проживающий в городе Гудаута, улица Отырба, 32».

Далее следует длинный перечень статей, по которым обвиняется
Ардзинба, и сообщается, что он «уже задержан, допрошен по существу обвинения и направлен для дальнейшего содержания под стражей в ИВС МВД Республики Абхазия».

Если кто вдруг не в курсе дела, поясню, что Павел Харитонович подозревается в организации покушения на жизнь третьего президента Абхазии Александра Анкваба (ныне тот – депутат абхазского парламента шестого созыва). В результате того покушения, имевшего место 22 февраля 2012 года на автотрассе близ Гудауты, сам экс-президент не пострадал, но погибли офицеры его охраны Тенгиз Пандария и Ремзик Цугба. Судебный процесс, который журналисты окрестили «судом века», начался 5 ноября 2013 года в здании МВД республики и проходил вначале немало месяцев при большом стечении публики и с беспрецедентными для Абхазии мерами безопасности, активно освещался в СМИ. Но с лета 2014-го суд, что называется, застопорился, заседания его начали проходить с большими перерывами. И тем не менее, хотя все подсудимые, кроме одного, отказались от данных во время предварительного следствия признательных показаний, 11 апреля 2017 года судебная коллегия Верховного суда Абхазии под председательством Романа Кварчия огласила резолютативную часть приговора в отношении восьми обвиняемых. Двое из них получили по двадцать лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима, другие – меньшие сроки, причем один был освобожден в зале суда в связи с фактическим отбытым сроком за время нахождения под стражей в период предварительного и судебного следствия. Еще один подсудимый, которого не заключали под стражу, был оправдан в связи с недоказанностью его причастности к преступлению. В отношении подсудимого жителя села Дурипш Анзора Бутба, который обвиняется в организации покушения, дело было приостановлено, так как он находится в розыске: уже ближе к концу процесса его освободили из-под стражи в связи с необходимостью лечения за пределами Абхазии, но потом так и не смогли добиться его явки в суд. Суд признал доказанным участие умершего в 2012 году Алмасбея Кчача в покушении и принял решение прекратить уголовное дело в связи со смертью обвиняемого.

Что касается Павла Ардзинба, то, как пояснил 12.04.2017 в интервью «Эху Кавказа» начальник судебного управления Генпрокуратуры Абхазии Даур Амичба, дело в отношении его в суд вообще не направлялось и было приостановлено, поскольку он был объявлен в розыск. В том же интервью адвокат Иван Зарандия, в частности, сказал:

«Я считаю, что это дело очень сырое. Естественно, факт покушения был, но я считаю, что не было разграничено, что каждый фигурант сделал. Это все на «воздухе», про Павла Ардзинба говорили, но доказательств нет».

Генеральная прокуратура же, как известно, 14 мая 2013 года заочно предъявила обвинение Павлу Ардзинба, объявленному в международный розыск. По ее утверждению, вместе с покончившим жизнь самоубийством Алмасбеем Кчачем он организовал преступную группу, поставившую перед собой цель осуществить государственный переворот. По версии обвинения, они и были заказчиками нападения на кортеж Анкваба.

Вскоре после этого, в том же мае, я касался на «Эхе Кавказа» личности Павла Ардзинба. Напомню некоторые штрихи его биографии. Окончил дурипшскую среднюю школу, позже – три курса юридического факультета Ростовского университета (интересно, что Александр Анкваб, который его чуть моложе, тоже учился на юрфаке Ростовского университета, но окончил его), Участник Отечественной войны народа Абхазии, занимал во время ее пост заместителя министра обороны по вооружению и технике, хотя, по его словам, это не афишировалось). В единственном, насколько знаю, за все годы интервью прессе, которое он дал в 2005 году выходившей тогда в Абхазии оппозиционной газете «Форум», Павел Харитонович рассказывал, что в первые дни войны «сторонники коллаборационизма возненавидели» тогда его и группу абхазских патриотов за авантюристическое, на их взгляд, решение сопротивляться. А в ответ на вопрос журналиста, правда ли, что в первые месяцы обороны страна во многом держалась на его личных средствах, он сказал: «Накануне войны я был самым богатым человеком в Абхазии. У меня на счету было более 600 миллионов рублей. Перед войной я отдал три миллиона МВД, охране передал на содержание, вооружение и обмундирование еще три миллиона, Сухуму – еще три миллиона. Я тогда роздал около 15 миллионов рублей – тогда это составляло более 1,5 миллионов долларов. А в первые недели войны я свои личные деньги мешками отправлял на нужды сражающейся республики. Это потом подтянулись другие и стали помогать».

В середине нулевых другая абхазская газета, «Чегемская правда», привела свои, основанные на оценках неких неназванных экспертов, списки 20 самых состоятельных и 20 самых влиятельных бизнесменов Абхазии. Так вот в первой строчке первого списка фигурировал «Павел Ардзинба (Бзыбский ДОК)», он же находится на пятой строчке второго списка.

После того, как Ардзинба был объявлен в международный розыск, о нем, человеке, который и раньше предпочитал держаться в тени, ходили только слухи. Чего только не рассказывали: то он скрывается в какой-то из стран дальнего зарубежья (называлось, в какой), то спокойно появляется в Абхазии. В последние годы один знакомый не раз уверял меня, что «Пашка Ардзинба», как некоторые привыкли его называть в стародавние довоенные времена, живет в приморском поселке Мюссера, где у него яхта, на которой он, в случае чего, может скрыться морем…

При этом не утихали разговоре о нем как о «сером кардинале» в нынешней властной команде в Абхазии, стоящем за многими кадровыми решениями. Однажды, в преддверии досрочных президентских выборов, в августе 2014 года, когда моя коллега Елена Заводская брала большие интервью у всех четверых кандидатов в президенты, она прямо спросила у будущего главы государства Рауля Хаджимба:

«Сейчас активно распространяются слухи о том, что за вами стоит Павел Ардзинба и в случае вашего прихода во власть управлять страной будет семья первого президента, что вы на это скажете?»

Рауль Джумкович данное предположение категорически отверг. Паша, мол, такой же человек, как и все граждане Абхазии. В период войны его знали как человека, много сделавшего для Абхазии, но если он преступил закон, то должен нести ответственность по закону. И далее:

«Паша живет своей жизнью, если я его и видел, то раз пять или десять на похоронах и свадьбах. У меня с ним никогда не было ни личных связей, ни коммерческих отношений. Никаких договоренностей не только с Пашей, но и ни с кем другим у меня нет».

Тем не менее это имя не раз всплывало затем на абхазских интернет-форумах, когда обсуждалось то или иное кадровое решение. Но как «всплывало»? Удивительно, но люди, пишущие под никами, то есть анонимно, все равно предпочитали упоминать его завуалировано, например, как некоего «Павлика Морозова». Разумеется, никакого отношения к пионеру Павлику Морозову эта фигура не имеет, просто так пользователи шифровали имя Павла Ардзинба.

На этот раз, конечно, после вчерашней информации, прибегать к таким иносказаниям смысла уже не имело. И первой реакцией интернет-пользователей как в соцсетях, так и на форумах была растерянность. Типа этого: «Хм... странно». Потом пошли иронически-недоверчивые комментарии: «Человек сам сдался. Осознал свою вину. Явка с повинной – смягчающее обстоятельство. Плюс хорошие адвокаты. Плюс договоренность с властями предварительная... Все законно. Умно и правильно». Кто-то возразил: «А может, человек решил доказать свою непричастность к делу?» Кто-то высказал предположение, что у него возникли проблемы в России, на это тоже возразили: почему обязательно проблемы, просто надоело в какой-то момент быть «в бегах». Один из форумчан рассудил так: «Дураком его трудно назвать. В конце концов, сколько «скрываться»? Нужно легализоваться в Абхазии, он уже не так молод. Анкваб вернулся, почему не вернуться его оппоненту? Может быть, мы его сильно демонизируем, как демонизировали АЗА? Пока с правовой точки зрения все было сделано правильно, подозреваемый сдался добровольно и задержан по закону. Думаю, что была предварительная официальная сделка с правосудием. Это в рамках закона. Посмотрим, что будет дальше».

Что ж, посмотрим, что будет дальше.

Текст содержит топонимы и терминологию, используемые в самопровозглашенных республиках Абхазия и Южная Осетия

Уважаемые посетители форума "Эхо Кавказа", пожалуйста, используйте свой аккаунт в Facebook для участия в дискуссии. Комментарии премодерируются, их появление на сайте может занять некоторое время.

XS
SM
MD
LG