Accessibility links

Испанская грусть постсоветского сепаратиста


Параллели между событиями в Испании и на Кавказе не очевидны, но кому и когда это мешало развернуть ассоциативный ряд...

Думаю, не ошибусь, если скажу, что результаты референдума в Каталонии восприняты с удовлетворением в Южной Осетии и Абхазии. Ожидания или даже пожелания именно таких итогов звучали в социальных сетях еще неделю назад.

С плохо скрываемым удовлетворением о результатах референдума и назревающим в Испании кризисом рассказывали сегодня и российские телеканалы. Все это выглядело едва ли не как пропаганда сепаратизма.

По мнению российского психолога, академика Российской академии образования Александра Асмолова, ситуация заключается в том, что в массовом сознании россиян преобладает международный дискурс, связанный с различного рода конфликтами в разных концах планеты. В этом дискурсе все время акцентируется внимание россиян на том, что США и Европа, в данном случае Испания, всячески выступают как оппозиционеры разных форм сепаратизма (едва ли не праведного) и душат этот сепаратизм. Говорит Александр Асмолов:

«С моей точки зрения, за подобным освещением российскими СМИ мировых событий стоит задача, чтобы думали больше о Каталонии и меньше о себе. Эта задача достигается. В Москве переживают за Каталонию, сочувствуют Каталонии, как Донбассу. Но вместе с тем авторы этих установок не знают и не чувствуют других их последствий – как только мы начинаем любить сепаратизм в Каталонии, мы, сами того четко не рефлексируя, поддерживаем любые центробежные силы внутри своей собственной страны».

Российский политолог Сергей Маркедонов так объясняет повышенный интерес жителей Абхазии, Южной Осетии или Нагорного Карабаха к референдумам об отделении, будь то в Каталонии или Шотландии. Дело в том, говорит Сергей Маркедонов, что у жителей непризнанных территорий есть такая фантазия, будто какой-то более или менее удачный прецедент самоопределения помогает твоему собственному самоопределению:

«Есть определенная иллюзия, что существуют некие стандарты признания государств, признания борьбы за самоопределение, и что чем больше таких случаев, тем легче собственное продвинуть и легитимизировать. Собственно говоря, природа симпатий в этом.

Это, действительно, старая такая надежда, которую я не раз слышал, особенно от многих моих друзей из Абхазии и Нагорного Карабаха: «Вот там случилось, глядишь, и до нас очередь дойдет». Это иллюзия, реально это нигде не работает. Разве самоопределение Косово помогло легитимизировать сюжет с Крымом, Донбассом и Абхазией? Или сюжет с Северным Кипром как-то изменился в зависимости от Косово? Не поменялось же ничего.

– А что должно случиться, чтобы «очередь дошла»?

– Для того чтобы очередь дошла, нужно, чтобы сильные мира сего в эту очередь встали. Когда, извините, США со всей их натовской мощью встают за Косово, тогда и получается такой замечательный прецедент самоопределения».

Параллели между событиями в Испании и на Кавказе, мягко говоря, не очевидны, но кому и когда это мешало развернуть ассоциативный ряд, выявить связи, провести аналогии... Тем более кавказским товарищам, которые могут без подготовки произнести прекрасный двадцатиминутный тост на любую тему. Тем более, когда это еще и удовлетворение указать на несовершенство или даже кризис той системы координат, из которой вас выбросили и поставили в положение второго сорта.

Текст содержит топонимы и терминологию, используемые в самопровозглашенных республиках Абхазия и Южная Осетия

Уважаемые посетители форума "Эхо Кавказа", пожалуйста, используйте свой аккаунт в Facebook для участия в дискуссии. Комментарии премодерируются, их появление на сайте может занять некоторое время.

XS
SM
MD
LG