Accessibility links

Война с мертвыми горцами. История и современность


Начало практики тайных захоронений тел убитых в бою горцев было положено с первых дней оккупации кавказских земель царской Россией

В Ингушетии накануне были обнаружены останки, предположительно, Доку Умарова, бывшего лидера «Имарата Кавказ». Их доставили для проведения экспертизы в Москву. Информацию об обнаружении останков Умарова подтвердил Следственный комитет России. Процедура опознания займет определенное время, и, если первоначальная версия подтвердится, их захоронят на специальном кладбище, но информацию об этом захоронении засекретят навсегда. На таких же секретных кладбищах погребены президент Чеченской Республики Аслан Масхадов, многие полевые командиры и рядовые бойцы. Официальные запросы родственников о выдаче тел для захоронения российские власти оставляют без ответа.

Как утверждает историк и эксперт по Кавказу Майрбек Вачагаев, начало торговле и практики тайных захоронений тел убитых в бою горцев было положено с первых дней оккупации кавказских земель царской Россией.

Шейх Мансур или Ушурма, уроженец чеченского села Алды из тейпа Элистанжи, руководил народно-освободительным движением горцев Северного Кавказа с 1785 по 1791 год. Он был взят в плен в крепости Анапа в 1791 году, осужден и отправлен отбывать пожизненный срок в Шлиссельбургскую крепость. Суровый тюремный режим, при котором ему было запрещено подниматься из подвальных помещений, быстро свел его в могилу. Тело шейха Мансура было закопано на территории крепости, теперь уже музея. В 90-е годы прошлого столетия по инициативе Джохара Дудаева, первого президента Чеченской республике Ичкерия, были сделаны запросы на выдачу тела шейха Мансура, чтобы перезахоронить останки в Чеченской республике. Но российская сторона проигнорировала этот запрос.

Что это – варварство или продолжение войны, ведь говорят, что война заканчивается только тогда, когда похоронен последний воин? Историк Майрбек Вачагаев, проживающий в Париже, ответил:

«Российские власти не хотят, чтобы об этом человеке кто-либо вспоминал. Они хотят, чтобы на его могилу никто не приходил. Для них это очень важно. Касательно нас, чеченцев, этот факт исторически запротоколирован документально. Речь идет о шейхе Мансуре, который был взят в плен в крепости Анапа во время штурма. Был вывезен в Санкт-Петербург и оттуда уже, осужденный на вечную каторгу, перевезен в Шлиссельбургскую крепость. Через три года после осуждения, в 1794 году он скончался от туберкулеза. За три года ему ни разу не было разрешено подниматься и выйти на прогулку на солнце. В этих условиях, естественно, люди не выживали. Отличительной чертой этой крепости являлось то, что тела (умерших заключенных) никогда не выдавались (родственникам для захоронения)».

По мнению Майрбека Вачагаева, на протяжении несколько столетий, как бы ни менялась в России власть, не меняется ее отношение к чеченскому народу:

«По сегодняшний день Российская Федерация не хотела даже обсуждать вопрос о выдаче тела для перезахоронения на родине. Казалось бы, прошло 200 лет, российская империя сменилась советской властью, которая отрицала Бога, безбожники сменились якобы на демократов, которые тоже ушли, но, в итоге, независимо от политического устройства, власти едины в том, что тело выдавать нельзя».

Безуспешными остаются попытки и дагестанских общественников и историков затребовать череп наиба Хаджи-Мурата для захоронения. Долгое время выставлявшийся череп на витрине с надписью «Хаджи-мурат аварский» вдруг исчез, и музей заявил, что он утерян. Но существуют доказательства, что череп все еще хранится в музее антропологии и этнографии, бывшей Кунсткамере, в Санкт-Петербурге с инвентарной надписью «экспонат N119».

«Более наглядный пример – это наиб Хаджи-Мурат, очень известный человек. О нем в свое время написал писатель Лев Толстой. Его череп – тело захоронено на территории Азербайджана – числится как музейный экспонат в петербургском музее, в Кунсткамере. Это практика, которой они (российские власти) придерживались и продолжают придерживаться. Для них это важно и придает им уверенности в том, что они кого-то победили. На самом деле это вызывает только отвращение. Например, призывы депутатов Госдумы заворачивать тела убитых боевиков в свиные шкуры. Дело в том, что они не понимают один единственный факт, который должны были бы знать касательно ислама. Душа и тело не одно и то же в исламе. Тело может быть где угодно, главное – душа, которая возвращается ко Всевышнему», – рассказывает Майрбек Вачагаев.

Помимо известных личностей и деятелей, незахороненными остаются большое количество останков полевых командиров и повстанцев.

Мой собеседник, участник двух последних российско-чеченских войн Ахмад в данное время проживает за пределами России. В разговоре с «Эхом Кавказа», он рассказал историю своей семьи:

«Из моей семьи погибло 12 мужчин – братья, племянники и двоюродные братья. Девять из них похоронены, но не на фамильных кладбищах, а там, где настигла смерть. Трое пропали без вести. Двоих двоюродных братьев по отцу – Мусу и Аюба – федералы расстреляли в Цоцин-юрте. Мы нашли только рубашку Аюба со следами пуль, а о Мусе вообще ничего неизвестно. Остальные погибшие – четыре двоюродных брата, шестеро родных братьев, мой сын и племянник погибли в бою. Племянника Асхаба, ему было 20 лет, заманили в Чечню и пытками убили кадыровцы. Где могила, тоже неизвестно».

Во время двух войн в Чеченской республике широкое распространение получила торговля как живыми, так и убитыми. Официальные обращения даже не рассматривали, продолжил свой рассказ Ахмад:

«Моя тетя по отцу, мать Мусы, многократно обращалась к властям с просьбой о выдаче тела сына. Но безрезультатно. По своим личным каналам я тоже пытался ей помочь. По некоторой информации, один из моих пропавших братьев закопан на (военной) базе в Ханкале. Получить более точную информацию так и не удалось».

Мой собеседник привел пример переговоров властей и родственников убитых:

«Отцы двоих погибших в группе, в которой я воевал, обивали пороги военных комендатур и сельских администраций. Этим отцам сделали предложение: «вы даете нам пять человек в обмен на останки одного человека». Им было без разницы: виновны – невиновны, воевали – не воевали, симпатизировали – не симпатизировали... Просто нужны были имена чеченцев, чтобы их назначить боевиками. Один из отцов ответил, что у него нет таких людей, и оставил попытки заполучить останки сына. Но второму отцу выдали останки сына, и он их захоронил. Я не буду называть имен, еще не время. Если бы он не выполнил условие, он никогда не заполучил бы тело сына. Они из Урус-Мартана».

Официальные запросы по поводу выдачи тел родственников Ахмад считает пустой тратой времени и несбыточными надеждами:

«Где эти власти, которые рассматривают наши запросы, считают нас за людей, разговаривают с нами, как с людьми? Я не говорю о боевиках или тех, кто сопротивлялся или сочувствовал. Весь чеченский народ в заложниках. Только у Кадырова и его окружения есть какое-то право, но и то ограничено Кремлем. Ни в Чеченской республике, ни в России нет легитимной власти, с которой можно иметь дело».

Первого президента Чеченской республики Ичкерия Джохара Дудаева, погибшего после ракетного удара 21 апреля 1996 года, тайно захоронило его ближайшее окружение. В настоящее время эту тайну хранит семья Дудаева.

Вдова Джохара Дудаева Алла рассказала «Эху Кавказа», почему они скрывают и будут скрывать место захоронения.

«Это было вполне естественно, потому что в те времена тело первого президента Ичкерии федералы могли бы вырыть и потом глумиться над ним, показать обнаженным, как показали тело Аслана Масхадова. То есть это было продумано нашим правительством и было устроено захоронение на трех кладбищах для тех, кто воевал. В действительности, его похоронили на четвертом. Там было только девять человек, самые близкие родственники, которые сейчас уже все погибли. Самые близкие родственники знают, конечно, где он похоронен. Дети знают. Можно не показывать, а просто объяснить».

Много лет добивается выдачи тела демократически избранного чеченского президента Аслана Масхадова его семья. Официальной датой его гибели считается 8 марта 2005 года, но у его семьи есть сомнения по поводу обстоятельств его гибели. На многочисленные требования и запросы российские структуры не реагируют. Кроме обвинений в терроризме, публикуемых в СМИ, его семье не предоставлено никакого официального постановления с обвинением и обоснованием, почему тело не может быть выдано. Поэтому, считает семья Масхадовых, у них есть право требовать выдачи останков для захоронения на родовом кладбище.

Что касается Доку Умарова, то, по мнению ряда представителей чеченской общественности и чеченского правительства в изгнании, он нанес сокрушительный удар по освободительной борьбе чеченского народа за независимость, неожиданно провозгласив «Имарат Кавказ» в 2007 году. Немногим позже «Имарат Кавказ» был объявлен террористической организацией и внесен в санкционный список ООН как организация, связанная с Аль-Каидой. В свою очередь, это способствовало объявлению российскими властями террористами всех, кто с оружием в руках отстаивал право народа на самоопределение.

Уважаемые посетители форума "Эхо Кавказа", пожалуйста, используйте свой аккаунт в Facebook для участия в дискуссии. Комментарии премодерируются, их появление на сайте может занять некоторое время.

XS
SM
MD
LG