Accessibility links

Герман фон Хебель: «Жертвы требуют правосудия»


В Гаагский суд поступило более шести тысяч (6335) заявлений, из них 386 принадлежат этническим осетинам из Цхинвальского региона

В Тбилиси откроется местный офис гаагского Международного уголовного суда, об этом сообщили представители секретариата МУС. Группа из шести человек с рабочим визитом находится в столице Грузии. Чем обусловлено открытие местного представительства МУС в Тбилиси и на каком этапе находится международное расследование предположительных военных преступлений и преступлений против человечности в ходе августовской войны 2008 года?

«Жертвы требуют правосудия», – говорит секретарь Международного уголовного суда (МУС) Герман фон Хебель. Он и еще пятеро представителей МУС в эти дни находятся в столице Грузии. В начале будущего года в Тбилиси откроется местный офис Гаагского суда.

«С того момента, как мы откроем офис, наш представитель будет иметь тесные связи с властями Грузии, с НПО, гражданским обществом, с людьми, проживающими в разных поселениях (беженцев), естественно, со СМИ, чтобы больше информации предоставлять о текущей деятельности суда. И чтобы наш представитель получил информацию о том, какие пожелания и ожидания от Гаагского суда в Грузии. Наш представитель объяснит людям, что мы можем сделать, а что нет», – заявил секретарь МУС Герман фон Хебель грузинской службе Радио Свобода.

По его словам, открытие местного офиса не связано с ходом расследования о вероятных военных преступлениях, совершенных в ходе августовской войны. Этот незаметный для общества процесс идет полным ходом с января прошлого года.

Именно тогда прокурор МУС Фату Бенсуда получила от Палаты предварительного производства разрешение начать расследование «ситуации в Грузии за период с 1 июля по 10 октября 2008 года в связи с военными преступлениями и преступлениями против человечности, предположительно, совершенными в Южной Осетии и вокруг нее».

Началу расследования предшествовал кропотливый и долгий процесс сбора жалоб пострадавших, в который были вовлечены местные правозащитные НПО. Именно на основе их рассказов о вероятных умышленных убийствах, насилии по этническому и гендерному признаку и других правонарушениях и было начато расследование. Таких заявлений в Гаагский суд поступило более шести тысяч (6335), из них 386 принадлежат этническим осетинам из Цхинвальского региона. Заполнять иски юго-осетинам помогала российская НПО «Правовая инициатива».

Среди заявителей есть и такие, которые желают установить и степень вовлеченности России в этот конфликт. Представители российской и югоосетинской де-факто властей отказываются сотрудничать с МУС для установления конкретных лиц, в том числе высокопоставленных военных и госслужащих, совершивших конкретные преступления.

Вот что ответил представитель осетинской стороны на эргнетских встречах в рамках МПРИ Мурат Джиоев 3 октября грузинским журналистам по данному вопросу:

«Мы неоднократно заявляли, что если Международный уголовный суд признает республику Южная Осетия и готов с нами сотрудничать как с Республикой ЮО, то и мы можем. Если они считают, что РЮО – это регион Грузии, то нам не о чем с ними разговаривать».

Разговаривать и сотрудничать с МУС нужно всем вовлеченным в конфликт сторонам для установления справедливости, считает Тамар Абазадзе, юрист стратегического судопроизводства Ассоциации молодых юристов.

Она считает очень значимым тот факт, что МУС намерен открыть местный офис в Тбилиси. Гаагский суд рассматривает подобные августовской войне дела еще примерно в десяти государствах, но не везде открываются его местные офисы. Работа местного представительства МУС важна для повышения осведомленности населения. Ведь в результате августовской войны беженцами стали 27 тысяч человек. Но не каждый из них, даже потерявших члена семьи или собственность, может претендовать на статус пострадавшего или компенсацию, говорит Тамар Абазадзе:

«Прокуратура МУС идентифицирует только несколько дел. К примеру, могут взять село Берула (полностью уничтоженное в ходе войны) как территориальное место, где произошли системные преступления. И в этом конкретном селе за конкретные убийства или уничтожение домов конкретная ответственность возложена на конкретное лицо. Но расположенное рядом село Аргвети, где произошло то же самое, не может попасть в эту категорию, поскольку прокуратура может не собрать по этому делу конкретных доказательств. Соответственно, пострадавший житель Аргвети может быть разочарован, ведь у него точно так же, к примеру, убили члена семьи, как у жителя села Берула. В этом, можно сказать, и есть своеобразная слабость Гаагского суда, он не может "покрыть" все типы преступлений и следует очень строгим правилам уголовного права».

Тем не менее, спешит отметить Тамар Абазадзе, расследования военных преступлений, как и сама значимость МУС, не оспариваются. Правозащитница важным считает тот факт, что при открытии местного офиса МУС можно будет воспользоваться услугами существующего при суде целевого фонда. Фонд оказывает материальную, правовую и психологическую помощь жертвам и пострадавшим от предполагаемых военных преступлений.

* * *

Более подробно о работе МУС по расследованию предполагаемых военных преступлений в ходе августовской войны и о функции открываемого в Тбилиси местного офиса МУС вы узнаете из интервью секретаря МУС Германа фон Хебеля в пятницу в рубрике «Гость недели».

Уважаемые посетители форума "Эхо Кавказа", пожалуйста, используйте свой аккаунт в Facebook для участия в дискуссии. Комментарии премодерируются, их появление на сайте может занять некоторое время.

XS
SM
MD
LG