Accessibility links

Бедиани – новая жизнь новых людей


Центр начал свое существование в 95-м году в поселке Дзегви. Его первыми воспитанниками стали «дети улиц»

Поселок Бедиани, расположенный в Цалкском районе, в конце 80-х практически полностью опустел. Греки, которые представляли преобладающее большинство населения, разъехались. В поселке осталась лишь психиатрическая клиника и люди, которые работали в ней. Однако в конце 90-х там был восстановлен женский монастырь. В Бедиани поселились монахини из тбилисского Преображенского монастыря, а вместе с ними – воспитанники детского дома. Бедианский детский центр функционирует по сей день.

Из Тбилиси до Бедиани около двух с половиной часов езды на машине. Дорога плохая, автомобиль то и дело подскакивает на ухабах. Последний серпантин перевала заканчивается. Бедиани поначалу кажется совсем пустым: здесь тихо, серо и холодно. Людей не видно. Кудахчет курица над бледно-желтыми цыплятами, за ними со двора лениво наблюдает черно-белый кот.​

Немного поодаль появляются первые признаки жизни. Там воспитанники детского центра и волонтер из Южной Африки – инженер и специалист ирригационной системы – строят теплицу. Если все пойдет, как они задумали, то скоро детский центр и его выпускники, которые продолжают жить в Бедиани, смогут собрать свой первый урожай и постепенно наладят небольшой бизнес.

Важа или же Мишка, как его зовут здесь все, живет между Тбилиси и Бедиани. В Тбилиси учится на магистра, в Бедиани – занимается сельским хозяйством. Говорит, что хочет осесть здесь в будущем и не понимает, почему все стремятся к жизни в большом городе. Мишка вообще не по годам сознателен, но его главной отличительной чертой окружающие считают способность разглядеть во всем положительные стороны.

​«Перспектив самих по себе не существует. Ты должен сам их создать для себя. Жизнь в Бедиани мне не кажется сложной. Я с детства рос здесь. Я полюбил это место и начал думать о том, какой может быть моя жизнь тут. В селе не выживешь, если не будешь трудиться. Теплицы, которые мы строим сейчас, – это шанс для меня и для населения Бедиани в целом найти дело, которым мы сможем заниматься здесь. Мы сами создаем этот шанс», – говорит Мишка.

У Мишки не осталось родственников. Кроме тех, с которыми он «породнился» в детском центре. Здесь есть дети, которые, как и он сам, остались одни. С некоторыми родители систематически общаются и навещают, о некоторых не вспоминают годами.

Сало – семнадцатилетняя общительная девочка с каштановыми волосами, собранными в пучок на затылке. Она думает поступить на факультет журналистики или, может, туризма. А возможно, и вовсе стать ветеринаром. Две недели назад любимица Сало – голубоглазая хаски Вивьен родила шестерых щенков. Роды воспитанницы детского центра принимали все вместе.

Девочки здесь живут отдельно от мальчиков в домах, расположенных напротив. Еще несколько домов занимают семьи, дети которых какое-то время были воспитанниками центра. Этот центр начал свое существование в 95-м году в поселке Дзегви, рассказывает его директор Звиад Хапава. Его первыми воспитанниками стали «дети улиц».

«Монахини из дзегвского Преображенского монастыря искали детей по улицам, в метро. Поначалу они приводили их в монастырь, чтобы те могли получить там элементарное, но необходимое, – обед и душ. Потом для детей там был открыт дом, в котором они могли находиться на постоянной основе. В конце 90-х центр с 50 воспитанниками переехал в Бедиани. Они закончили местную школу. Большинство из них обзавелись семьям, трудоустроились», – говорит Хапава.

С детьми, «выловленными» с улиц, непросто. Девятилетний ребенок, к примеру, курит, а когда ты пытаешься запретить ему это, он возвращается туда, где может делать это беспрепятственно, – на улицу. Туда, где нет правил, обязанностей и нравоучений. Вернее, на улице они тоже есть, но это другие правила и другие ценности, которые на тот момент кажутся ребенку куда более привлекательными, чем сытая жизнь с «занудами».

Мишка никогда не жил на улице, но видел ребят, которые попадали в центр оттуда. И отнюдь не все, говорит он, смогли адаптироваться к среде, которая, казалось бы, по всем параметрам выигрывает у улицы: где тепло, сытно и безопасно.

«Такой ребенок не понимает, почему воровать плохо. Напротив, украсть для него что-то – это хорошо, это успех. В первую очередь, потому что так мыслят все, кто окружает его. Таким детям очень сложно привыкнуть к детскому дому или к любой другой среде, где действуют иные правила. Они хотят играть по своим правилам».

С середины 90-х, когда центр только начинал свое существование, прошло больше 20 лет. Впрочем, и сегодня в крупных городах Грузии дети на улицах – явление отнюдь не редкое. Никто не может назвать точную цифру – статистики нет. Несмотря на определенную активность властей и неправительственного сектора, дети продолжают жить на улицах и выживать там, как умеют. Порой даже умудряясь как-то содержать родных, говорит Звиад Хапава.

Он полагает: чтобы жизнь этих детей как-то изменилась, следует во многом изменить существующую систему и приложить больше усилий. Должны быть вложены определенные финансовые ресурсы, создана инфраструктура и найдены «ключи» к тонкостям работы с такими детьми.

Как правило, они, эти дети, не доверяют миру, говорит Хапава. Доверие приходит со временем, в ходе верно выстроенных отношений. И если ребенка удается расположить к себе, он уже не стремится вернуться на улицу и начинает использовать свою энергию и возможности в правильном направлении.

Уважаемые посетители форума "Эхо Кавказа", пожалуйста, используйте свой аккаунт в Facebook для участия в дискуссии. Комментарии премодерируются, их появление на сайте может занять некоторое время.

XS
SM
MD
LG